Notice: Undefined index: section in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 4

Notice: Undefined variable: return in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: return in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: return in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 81

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 82

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 85

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 85

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 85

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 85

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 88

Notice: Undefined variable: _SESSION in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 90

Notice: Undefined variable: site_content in /var/www/hkdkest3/data/www/ez2www.com/index.php on line 137
Глава 20. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в. : История политических и правовых учений - А.А. Ерышев : Большая юридическая библиотека

Глава 20. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 

Историческая обстановка в Западной Европе в первой полови­

не XIX в.

Английский либерализм.

Французский либерализм.

Немецкий либерализм.

Политико-правовые воззрения идеологов социализма.

Политические взгляды Огюста Конта.

Девятнадцатое столетие началось под гром орудий революцион­ной французской армии, командующий которой Бонапарт еще только вынашивал честолюбивые планы о мировом господстве. Ход историче­ского времени не только многократно ускорялся, но и ярко раскрывал свой сложный, крайне противоречивый характер. Глубокий внутренний переворот совершался и в духовном мире личности, что было гениаль­но прочувствовано и раскрыто великими художниками того времени: И. Гёте, Ф. Шиллером, Л. Бетховеном и многими другими. Утвердив­шийся в Западной Европе капиталистический строй обрел свою идеоло­гию в либерализме.

Л. Мамут, глубоко анализируя это влиятельное политическое и ин­теллектуальное течение, выделяет два основополагающих тезиса кон­цептуального ядра либерализма: первый — личная свобода, свобода каждого индивида и частная собственность — наивысшие социальные ценности; второй — реализация указанных ценностей обеспечивает не только раскрытие творческого потенциала личности и ее благополучие, но одновременно ведет к расцвету общества в целом и совершенствова­нию его государственной организации.

107

 

Вокруг этого концептуального, смыслообразующего ядра концентри­руются другие элементы либеральной идеологии. Среди них непремен­но находятся представления о рациональном устройстве мира и прогрес­се в истории, об общем благе и праве, конкуренции и контроле. В таких представлениях безусловно присутствуют идеи правового государства, конституционализма, разделения властей, представительства, самоуп­равления и т. п. [3, с. 465].

Английский либерализм представляют два мыслителя: Иеремия Бен-там (1748-1832) и Джон Стюарт Милль (1806-1873).

Основой общественной жизни и высшим принципом морали, по мне­нию И. Бентама, является "принцип полезности", или утилитаризма (от лат. utilitas — польза), согласно которому основой морали, права и всех общественных отношений является польза, т. е. то, что приносит удо­вольствие или предупреждает страдание. И. Бентам выступил с кри­тикой буржуазно-демократических идей Ж. Ж. Руссо, в особенности его теории общественного договора, и откровенно провозгласил глав­ной функцией государства защиту интересов крупных собственников. Он признавал право государства на беспощадное подавление народных восстаний. Согласно И. Бентаму, важнейшей целью человеческой жизни является наивысшее счастье наибольшего числа людей.

Следует отметить, что в 30-40-х годах XIX в. возникает и широко распространяется разработанная французским мыслителем О. Контом философия позитивизма. Возникнув во Франции, позитивизм затем по­лучил развитие в Англии, Германии и других странах Западной Европы. В первоначальном толковании О. Конта позитивизм означал требование к философам исследовать позитивное (положительное) научное знание как философское. О. Конт полагал, что позитивная философия должна представлять окончательное состояние человеческого ума, ибо наблю­дение — это универсальный метод приобретения знаний. Развитие же науки О. Конт понимал как накопление полученных знаний, и прежде всего оформленных как законы. Знания, таким образом, предстают как описательные и противопоставляются тенденции объяснения. Познание у О. Конта не выходит за пределы эмпирического мира, т. е. мира фено­менов, на что сразу же обратил внимание другой видный позитивист, ан­глийский философ Дж. Милль. Он продолжал развивать основные идеи О. Конта: был сторонником эмпиризма, отрицал возможность дедуктив­ного знания; рассматривал логику как "ветвь" психологии; утверждал, что любой вывод — это вывод "от частного к частному". Дж. Милль много внимания уделял разработке такого метода философии позити-

108

 

визма, как индукция. Взгляды Дж. Милля значительно повлияли на анг­лийского философа Г. Спенсера. Этот ученый отличался незаурядностью и силой воздействия на идеологическую жизнь эпохи.

Жизнь Дж. Милля, не особенно богатая на внешние события, чрезвы­чайно динамична по своему внутреннему интеллектуальному, духовно­му, творческому содержанию. С детства он отличался разносторон­ним незаурядным, пытливым и критичным умом. Творческие принципы Дж. Милля характеризует его работа над "Основаниями политической экономии". Выход в свет этого двухтомного труда (1848) вызвал широ­кий отклик среди интеллектуальной общественности, породив много последователей и почитателей. От издания к изданию Дж. Милль совер­шенствовал свое произведение. В результате третье издание настолько отличалось от первого, что даже ортодоксальные приверженцы посчита­ли Дж. Милля ретроградом. Однако Дж. Милль остался верен своим принципам научной добросовестности и принципиальности в отстаива­нии истины.

В названной работе и других, например "О свободе", "Представи­тельное правление", излагаются его взгляды на государство, власть, пра­во, закон. Л. Мамут подчеркивает, что Дж. Милль, начав свою научно-литературную деятельность в качестве приверженца бентамовского утилитаризма, затем отошел от него. Он пришел к выводу, что нельзя всю нравственность целиком базировать лишь на постулате личной эко­номической выгоды индивида и на вере в то, что удовлетворение корыст­ного интереса каждого отдельного человека чуть ли не автоматически приведет к благополучию всех. По его мнению, принцип достижения личного счастья (удовольствия) может "срабатывать" при условии, что он неразрывно, органически связан с другой руководящей идеей о необ­ходимости согласования интересов, причем не только интересов отдель­ных индивидов, но и общесоциальных.

В рассуждениях о представительном правлении Дж. Милль проводил одну из главных своих политических идей относительно непосредствен­ной причастности к устройству и деятельности государства народа, его ответственности за состояние государственности. Представительное правление учреждается по выбору народа, склонного принять данную государственную форму.

Дж. Милль — поклонник фритредерства (течения, представители которого выступали за свободу торговли и невмешательство государства в хозяйственную жизнь), буржуазной демократии и умеренных либе­ральных реформ.

109

 

Дж. Милль в отличие от О. Конта придавал большое значение че­ловеческой свободе, воспитанию индивидуальности. Он прослеживал историко-философскую традицию и показывал, что отношение к про­блеме свободы воли, по крайней мере со времен Пелагия, разделяет как философов, так и теологов. Одни ученые считают, что человеческие желания и поступки строго обусловлены. Другие, напротив, убеждены, что воля не определяется, подобно другим явлениям, предыдущими об­стоятельствами, а сама диктует себе некую модель поведения. В целом Дж. Милль придерживался концепции предопределенности воли. По его мнению, метафизическая теория свободы воли, так защищаемая филосо­фами, возникла потому, что полярная точка зрения, т. е. признание чело­веческих действий необходимыми, казалась несовместимой с инстинк­тивным сознанием каждого. Но на самом деле если известны мотивы, которые сложились в душе индивида, то возможно предсказать его по­ведение с такой же уверенностью, как и угадать всякое физическое яв­ление.

Французский либерализм также представляют два мыслителя: Бен-жамен Констан (1767-1830) и Алексис де Токвилъ (1805-1859). Стер­жень политико-теоретических конструкций Б. Констана — проблема ин­дивидуальной свободы.

Для европейца Нового времени (чьи взгляды выражал Б. Констан) эта свобода есть не что иное, как свобода, которой обладали люди в антич­ном мире. У древних греков и римлян она заключалась в том, что суще­ствовала возможность коллективного осуществления гражданами вер­ховной власти, а также непосредственного участия каждого гражданина в делах государства. Вместе с тем свобода в эпоху античности совмеща­лась с почти полным подчинением индивида публичной власти и остав­ляла весьма небольшое пространство для проявлений индивидуальной независимости. Свобода же современного европейца (и только она при­емлема для Б. Констана) означала личную независимость, самостоятель­ность, безопасность в сочетании с правом влиять на управление госу­дарством. Непосредственное постоянное участие каждого индивида в отправлении функций государства не относится к строго обязательным признакам указанного типа свободы.

По мнению Л. Мамута, Б. Констан был уверен, что люди, будучи сво­бодными, в состоянии самостоятельно и разумно реализоваться в жизни. Они способны за счет индивидуальных усилий и без воздействия какой-либо надличностной силы обеспечить себе достойное существование. Руководствуясь этими представлениями, Б. Констан серьезно корректи-

110

 

рует руссоистский тезис о необходимости всемогущества народного су­веренитета. Его границы должны заканчиваться там, где начинается "не­зависимость частного лица и собственная жизнь" (индивида, уточняет Л. Мамут). Наличие подобных рамок превращает сдерживание власти и контроль над ней в краеугольные принципы политико-институциональ­ного устройства общества [3, с. 477].

Под влиянием идей Б. Констана сложилась политическая концепция А. Токвиля. Две яркие работы А. Токвиля — "О демократии в Америке" и "Старый режим и революция" — создали ему авторитет в науке о по­литике и государстве. Л. Мамут подчеркивает, что А. Токвиль тонко ис­следовал и тщательно описывал особенности политической культуры граждан формировавшегося западного демократического общества. Его беспокоили проявления этой культуры, которые угнетали дух свободы, ослабляли демократически-правовой режим. Он, в частности, осуждал индивидуализм, усиливавшийся по мере выравнивания условий суще­ствования людей. Самоизоляция индивидов, их замыкание в узких рам­ках личной жизни, отстранение от участия в общественных делах — чрезвычайно опасная тенденция. Это зловещая социальная болезнь эпо­хи демократии. Индивидуализм объективно на руку тем, кто предпочи­тает деспотические порядки и тяготится свободой. Противоядие пагуб­ной разобщенности граждан А. Токвиль видел в предоставлении им как можно больших реальных возможностей "жить своей собственной поли­тической жизнью с тем, чтобы граждане получили неограниченное коли­чество стимулов действовать сообща". Гражданственность способна преодолеть индивидуализм, сохранить и упрочить свободу. Ни равен­ство, ни свобода, взятые порознь, не являются самодостаточными усло­виями подлинно человеческого бытия. Только будучи вместе, в единстве, они обретают такое качество [3, с. 482].

Л. Мамут справедливо отмечает, что А. Токвиль — выдающийся теоретик демократии и одновременно последовательный либерал — глубоко постиг истину о том, что либерализм должен пойти навстречу демократии и в эпоху выхода на общественно-политическую арену куль­та равенства сочетание либерализма и демократии будет способствовать сохранению высшей либеральной ценности — свободы.

Из представителей немецкого либерализма общеевропейскую изве­стность приобрели Вильгельм фон Гумбольдт (1767-1835) и Лоренц Штейн (1815-1890).

В. Гумбольдт осуществил поворот от философской антропологии к философии языка, стремился превратить языкознание в систематиче­скую науку и даже выдвинул проект создания энциклопедии языков,

111

 

"философски обоснованного сравнения языков", очевидно, имея в виду гегелевскую "Энциклопедию философских наук". Будучи гегельянцем, В. Гумбольдт рассматривал язык как акт синтеза или сочетание духа (мыслительных форм) и звука (материального). Согласно В. Гумбольдту, дух и мысль (интеллект) не могут существовать и развиваться вне язы­ка, "язык есть орган, образующий мысль". Язык — специфический объект, обусловливающий мыслительную деятельность, связующее начало между человеком и миром.

В. Гумбольдт — не только философ, языковед, но и государственный деятель. Принимая философское учение И. Канта, он стремился его кон­кретизировать и развить на материале общественной истории. Согласно теории исторического познания В. Гумбольдта, всемирная история есть результат деятельности духовной силы. Главное политическое сочине­ние В. Гумбольдта — "Опыт установления границ деятельности государ­ства". Общая позиция, с которой ученый подходил к государству, — гу­манистический индивидуализм. В своем произведении он утверждал, что задачей государства является защита внешних границ и обеспечение внутреннего правопорядка. Но в остальном государство должно вся­чески себя ограничивать и предоставить свободу индивидуальному и на­циональному развитию. К чести В. Гумбольдта, пишет Л. Мамут, в его позиции в "Опыте" все же учитывается полезность и нужность (при из­вестных обстоятельствах) некоторых социально-охранительных функ­ций, выполняемых политико-юридическими институтами, граждане призываются к уважению законных прав государства и т. д. Понимание и признание определенной необходимости государства выгодно отлича­ет либерализм В. Гумбольдта от многих анархистских учений и полити­ческого нигилизма разного толка. В этом плане, подчеркивает Л. Мамут, идеи немецкого мыслителя не утратили своей актуальности. Своими ан­тифеодальными идеями, деятельностью в области высшего образования (реформа системы просвещения в Пруссии, учреждение Берлинского университета и др.), и особенно учением о языке, В. Гумбольдт оставил глубокий след в истории немецкой культуры.

Л. Штейн в своей социально-политической доктрине основным счи­тал вопрос об индивиде, его правах, его собственности. Ему принадле­жат фундаментальные исследования об обществе, государстве, праве, управлении. Представляют интерес такие труды этого ученого, как "История социального движения во Франции с 1789 г. до наших дней" (первая книга этого трехтомного издания — "Понятие общества"), "Уче­ние об управлении", "Настоящее и будущее науки о государстве и праве

112

 

Германии". В концепции Л. Штейна общество предстает как некое само­стоятельное и по-своему персонифицированное социальное образова­ние. От простого аморфного множества индивидов его отличает наличие такого интегрирующего фактора, как постоянная всесторонняя зависи­мость людей друг от друга. Особенность общества составляет также то, что каждый в нем руководствуется лишь собственной волей. В силу ука­занных обстоятельств в обществе, по мнению Л. Штейна, отсутствует почва для свободы. Отсюда его категорическое заключение: принцип, на котором основывается общество, — несвобода. Высшей формой обще­ства является государство, которое вместе с тем имеет иную организа­цию и совсем другие цели, нежели общество. В нем устанавливается органическое единство самых разных индивидуальных воль и действий людей, образующих общество. Государство, считает Л. Штейн, есть пер­сонифицированный организм всеобщей воли и потому должно служить только всеобщему. Благодаря такой организации и такому своему пред­назначению именно государство обеспечивает свободу. Свобода — тот принцип, на котором зиждется государство [3, с. 488].

Рассмотрим политико-правовые воззрения идеологов социализма: Клода Анри де Рувруа Сен-Симона (1760-1825), Шарля Фурье (1772— 1837) и Роберта Оуэна (1771-1858).

В первые десятилетия XIX в. утопический социализм являлся про­грессивной общественно-политической и философской теорией. Три ве­ликих социалиста предлагали меры по предотвращению революции и преобразованию общества бескровным путем, ненасильственными сред­ствами. Во многом расходясь друг с другом, в целом они вьщвинули ряд важнейших идей, послуживших исходным материалом для политиче­ской социологии.

А. Сен-Симон, Ш. Фурье, Р. Оуэн отвергали любое серьезное поли­тическое, и особенно всякое революционное, действие. В их произведе­ниях сравнительно мало внимания уделено политике, государству и пра­ву. Воззрения А. Сен-Симона о государстве и праве преимущественно определялись его концепцией исторического прогресса. Он считал, что человеческое общество закономерно развивается по восходящей линии. Продвигаясь от одной стадии к другой, оно стремится вперед, к своему "золотому веку". Если А. Сен-Симон признавал важность вопросов, свя­занных с публичной властью, и считался с необходимостью их опре­деленного решения для установления и торжества новых принципов человеческого общежития, то другого крупного французского социали­ста — Ш. Фурье — они мало интересовали. Политика и политическая

113

 

деятельность казались ему бесполезным занятием. В отличие от своих французских современников А. Сен-Симона и Ш. Фурье крупнейший английский социалист Р. Оуэн выступил уже в период промышленной революции и вызванного ею обострения классовых конфликтов, прису­щих капиталистическому обществу. Эти обстоятельства обусловили спе­цифику системы оуэновских реформаторских воззрений. Центральное звено этой системы взглядов—учение о характере человека. Р. Оуэн го­раздо энергичнее и последовательнее выступал против частнособствен­нических отношений, чем А. Сен-Симон и Ш. Фурье.

В 30-40-х годах XIX в. в духовной жизни Западной Европы, отмеча­ет Л. Мамут, знаменательную роль сыграли концепции революционно-утопического коммунизма. Джеймс Бронтер О'Брайен (в Англии), Огюст Бланки и Теодор Дезами (во Франции), Вильгельм Вейтлинг (в Германии) и другие выступили непосредственно от имени борющего­ся рабочего класса с требованием коренного переустройства общества. Их политическая программа синтезировала революционные традиции, заложенные Г. Бабёфом, с содержательной критикой тогдашней буржуаз­ной цивилизации, предпринятой А. Сен-Симоном, Ш. Фурье, Р. Оуэном. Л. Мамут делает справедливый вывод о том, что в приведенных положе­ниях нетрудно распознать зародыш идеи политического господства ра­бочего класса как необходимого результата социалистической револю­ции. Известно, что эта идея, выдвинутая и обоснованная К. Марксом, явилась одной из центральных в историко-материалистическом учении о государстве и праве [3,497].

Остановимся на политических взглядах Огюста Конта (1798-1857). Он ввел в науку термин "социология" (от лат. cosietas — общество и греч. logos — учение), что означает "учение об обществе". Именно его нередко называют основоположником социологии как самостоятельной науки об обществе. О. Конт выступил против представления об обще­стве как о простой совокупности индивидов, которые многими мысли­телями до него рассматривались как своего рода "социальные атомы", существующие чуть ли не автономно по отношению друг к другу. Согласно такому пониманию развитие отдельных людей как бы предше­ствует развитию общества. Чем более развиты отдельные индивиды с точки зрения их способностей к производственной, духовной и иной деятельности, их нравственных, политических и других качеств, тем, следовательно, совершеннее будет общество. Так рассуждали, в частно­сти, представители немецкого и французского просвещения И. Гердер, Д. Лессинг, Вольтер, Ж. Ж. Руссо и др.

114

 

Иная точка зрения, которая принадлежала, например, французским мыслителям XVIII в. П. Гольбаху и К. Гельвецию, заключается в том, что человек есть продукт социальных обстоятельств. Они убедительно пока­зали роль социальной среды в формировании личности, считали, что не только навыки к той или иной деятельности, но и характер людей фор­мируется обстоятельствами их социальной жизни. Отсюда следует, что общество если не во всем, то во многом формирует людей по своему об­разу и подобию. И чтобы изменить людей, сделать их более совершен­ными и гармонично развитыми, надо изменить общество, его социаль­ные и политические институты, систему образования и воспитания. Такой подход к весьма актуальной не только в XVIII, но и в XIX в. про­блеме взаимодействия личности и общества поддерживал и развивал О. Конт. Он поставил и решал проблему функционирования и развития общества как целостного социального организма. Именно О. Конт пред­ложил рассматривать общество как систему. Согласно его взглядам, об­щество определяет развитие и деятельность всех составляющих его субъектов, будь то личность, сословие или класс, которые часто упо­минаются в его работах. Ученый ввел в социологию понятия "соци­альная статика" для истолкования структуры общества, взаимосвязей его различных сторон и "социальная динамика", с помощью которого он раскрывал механизм функционирования и развития общества. В итоге О. Конт разработал систему понятий социальной философии, с помо­щью которой выразил свои взгляды на общество и исторический про­цесс. Этому посвящены многие его работы, среди которых особое место занимают "Курс позитивной философии" в шести томах и "Система по­зитивной политики" в четырех томах.

О. Конт называл свою философию и социологию позитивными, пояс­няя, что они целиком базируются не на воображении или догадках, а на данных науки, на научных наблюдениях. Он вошел в историю науки и философии как основоположник позитивизма — одного из наиболее влиятельных и поныне направлений в области философии. Центральны­ми в позитивистской социальной философии О. Конта являются пробле­мы закономерного характера развития общества и его первоосновы. Ре­шая их, он сформулировал "великий основной закон интеллектуальной эволюции человечества". Согласно этому закону познавательная дея­тельность людей, их общественное сознание и в конечном счете челове­ческая история прошли три стадии развития: теологическую, метафизи­ческую и позитивную. На первой из этих стадий — теологической — доминирует религиозное мифологическое сознание, на основе которого

115

 

складывалось отношение людей к внешнему миру, формировалась их мораль, решались их каждодневные проблемы. На метафизической ста­дии человеческое сознание, по О. Конту, больше оперирует не вообра­жением, а понятиями, отражающими реальные процессы жизни людей. Однако в силу слабого развития знаний людей об окружающем их мире эти понятия довольно абстрактны. Метафизический метод мышления, ориентирующийся, по мнению О. Конта, на познание реальных явлений, "упрощал теологию и мало-помалу разлагал ее". В то же время он не по­зволял более конкретно понять сущность многих явлений и не мог окон­чательно избавить сознание от мифов. На позитивной стадии человечес­кое сознание исходит в своих суждениях и выводах преимущественно из научных наблюдений. Первичность сознания людей и его решающее воздействие на развитие общества—таков подход основоположника по­зитивистской философии О. Конта к решению проблем исторического развития. При этом особую роль он отводил науке как высшему прояв­лению интеллектуальной эволюции человечества [48, с. 318].

С этих позиций О. Конт подходил и к политике. Еще Т. Гоббс говорил о необходимости создания науки о политике, которая бы заняла достой­ное место рядом с научными достижениями Н. Коперника, И. Кеплера и Г. Галилея. Причем такой наукой он считал философию государства. В русле этой традиции О. Конт обосновывал мысль о том, что полити­ческую науку можно возвести в ранг "опытных наук". В XIX — начале XX в. сначала О. Конт, К. Маркс, Ф. Энгельс и их последователи, а затем Э. Дюркгейм, В. Парето, Г. Моска и другие анализировали политические феномены в более широком контексте социальных наук в целом в терми­нах непреложных закономерностей и причинно-следственных связей.

По мнению В. Нерсесянца, О. Конт в своих политических ориентаци-ях придерживался консервативно-охранительной позиции. Он считал главным источником морального и политического кризиса общества и даже основной причиной революционных настроений "глубокое раз­ногласие умов и отсутствие общих идей". Выход он усматривал в обна­ружении таких положительных научных истин, которые, будучи хорошо усвоенными, окажутся в состоянии чуть ли не сами по себе привести человечество к миру и счастью. Представление О. Конта о праве исходит из идеи о том, что подчиненность нравственных и общественных явле­ний неизменным законам не противоречит свободе человека [3, с. 501].

116