13.9. Проблемы правопонимания в российской науке

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Рассматриваемые выше теории права в основе правопо­нимания имеют разные явления правовой действительности. Одни -— явления, существующие «до закона» (естественное право, солидаризм), другие — то, что возникает «после зако­на» (социологическое направление в теории права), третьи делают акцент на нормативности права (юридический пози­тивизм). Первые два подхода не сводят право к закону. Наряду с законом в качестве права рассматривают и другие явления. Однако следует подчеркнуть, что ни одно из этих направле­ний не отрицает существования позитивного права как сис­темы норм, связанных с государством.

Если обратиться к взглядам на право в советской, а ныне — в российской теории права, то можно выявить те же самые подходы к праву В 20-е гг. мы видим представителей

199

 

/ советской науки, придерживающихся социологических взгля­дов (П. И. Стучка, Е. Б. Пашуканис), психологической тео­рии (М.А. Рейснср), теории социальных функций Дюги (А- Г. Гойхбарг), и тех, которые делали упор на нормативной характеристике права (Н. В. Крыленко). Заметим, что все ука­занные лица принимали самое активное участие в подготовке советских законов, занимали ответственные посты в государ­стве.

Последние десятилетия плюрализм во взглядах на право в советской науке не исчез. Многие авторы не удовлетворя­ются пониманием права как системы норм, связанной с го­сударством. Такое понимание расценивается как «узконорма-тивное» и недостаточное с их точки зрения. Делаются попыт­ки найти более широкое понимание права, которое бы нс сводилось к законам, к системе норм.

Одним из мотивов этого поиска было то, что узконорма-тивное понимание права связывает последнее с государством и что государство может издавать и неправовые законы, на­рушающие права граждан, что необходимы критерии оценки законов. С другой стороны, нереализованные нормы в пра­воотношениях, решениях судьи и т. д. остаются мертвыми нормами.

Постсоветская юридическая наука ничего нового в проб­лему понимания права не внесла. Мы наблюдаем элементар­ное эпигонство, повторение идей других теорий в разном их сочетании, а иногда и прямую апологетику.

Несколько упрощая проблему, российские правоведы и философы в зависимости от их подходов и взглядов на пра­во, объясняющих его сущность, подразделяются на три груп­пы: юсисты, социологи-плюралисты и социологи-монисты (право — только нормы, генетически и функционально свя­занные с государством).

Юсисты (от слова «)и5» — право) стоят на позиции раз­личения права и закона. С их точки зрения, закон еще не право. Одни из них прямо, другие — косвенно придержива­ются идей естественного права, исходят фактически из ду­ализма права. Так, С. С. Алексеев пишет о естественном пра­ве, которое императивно вытекает из естественного порядка вещей, из самой жизни1. Право, отмечает В. Д. Перевалов,

* См.: Алексееве. С. Государство и право. М., 1993. С. 50. 200

 

возникло раньше государства, а поэтому носит естественный характер. Право — естественное качество человека, обладает природной ценностью1.

Право — это нормативно закрепленная и реализованная справедливость, отмечает Р. 3. Лившиц. Учитывая, что ядром естественного права признается справедливость, то указанная мысль — это в конечном счете выражение идеи естественного права. Различая право и закон, Лившиц утверждает, что закон может быть правовым и неправовым. Однако, отмечает автор, «однозначного критерия, отличия правового закона от непра­вового не существует»2. Признание весьма примечательно. Такого критерия действительно не существует. У каждого мо­гут быть свои представления о естественном праве, справед­ливости. В таком случае любой закон можно объявить непра­вовым и тем самым обосновать его нарушение. Р. 3. Лившиц добавляет, что право — это не просто нормативно закреплен­ная справедливость, а справедливость, реализующая общест­венный компромисс. Здесь мы наблюдаем крен в сторону со­циологического подхода, ибо компромисс права ~ это всегда социальный компромисс между социальными группами с противоположными или по крайней мере несовпадающими интересами.

Следует отметить, что авторы, придерживающиеся ес-тественноправовых взглядов, вынуждены учитывать реаль­ность и сделать определенные отступления от чисто естест-венноправовых взглядов, признать другие «грани» права. Так, С. С. Алексеев отмечает три такие грани: догма права (т. е. фактически норма позитивного права); правовое со­держание — субъективные права отдельных субъектов и наиболее глубокий слой права— правовые идеи3. Фактиче­ски автор сближается с широким интсгративным понима­нием права, примыкая к социологам-плюралистам.

Социологи-плюралисты, критикуя монистический под­ход к праву, называя его узконормативным подходом, стре­мятся создать широкое, интегративное понятие права. Та­кое понимание фактически сводится к тому, что понятием права охватываются различные социальные факторы. Так,

' Теория государства и права. Екатеринбург, 1996. С. 102, 495.

2 Лившиц Р. 3. Теория права. М„ 1994. С. 69, 78.

3 См.: Алексееве. С. Философия права. М., 1998. С. 36--49.

201

 

В. К. Леушин, следуя за С. С. Алексеевым, выделяет в сис­теме права три элемента: естественное право, субъективное право и позитивное право1. Но почему бы этот список не дополнить обычным и корпоративным правом? Р. 3. Лив­шиц нс удовлетворяется одной справедливостью и включает в право идеи, нормы и общественные отношения. Еще ра­нее философы Я. Ф. Миконенко и Л. И. Алексеев включали в понятие права правосознание, нормы позитивного права и правоотношения. Д. А. Ксримов идет еще дальше и вклю­чает в понятие права и действия. Среди сторонников широ­кого, интегративного понимания права можно назвать П.С.Явича, Л.С.Мамута, В.А.Туманова и др. Анализ их взглядов занял бы много места. Отметим, что указанные и другие авторы нс претендуют на создание какой-то новой теории.

В противоположность им В. С. Нерсссянц претендует на создание новой, либертарной теории права, - которая факти­чески оказывается не более как вариацией теории естествен­ного права. Право, с его точки зрения,— это формальное равенство, всеобщая необходимая форма свободы, всеобщая справедливость. Они составляют .сущность права. Нерсесянц признает и наличие позитивного права (правового закона), которое и представляет собой форму равенства, свободы и справедливости. Таким образом, и здесь предполагается ду­ализм права, различение законов — правовых и неправовых. Правовые законы — это те, которые есть форма равенства, свободы и справедливости*-Здесь критерии правового и не­правового весьма размыты, ибо весьма размыты и неопреде­ленны представления о равенстве, свободе и справедливости, и сами указанные ценности могут не стыковываться, проти­воречить друг другу.

Например, с целью, достижения справедливости может быть в праве установлено неравенство в виде привилегий или распределения по труду, по капиталу и т. д. В то же время весьма распространено мнение, в определенной мере обосно­ванное, что, чем больше равенства, тем меньше свободы, и наоборот. И вообще, абстрактные понятия свободы, равенства и справедливости весьма неопределенны и требуют конкре­тизации: свобода — для кого, для чего и от чего; равенство —

1 Теория государства н права. Екатеринбург, 1995. С. 230. 202

 

кого с кем, в каком отношении; справедливость — какая (по труду, по капиталу, по рождению и т. д.).

Итак, сущность права оказывается весьма неопределен­ной. С таким же успехом Яожно утверждать, что право — мера, форма несвободы, неравенства. Право и возникло в си­лу появления социального неравенства и закрепило его. И современное право нередко отходит от равенства. Можно сказать, что право — это мера несвободы. Свобода действует до права, и если нуждается в праве, то как в средстве своего ограничения. В качестве такового право и возникло. Первые правовые нормы были запретами, прямыми предписаниями о должном поведении. Очевидно, что запреты и обязыва-ния — это способы ограничения свободы. Это тот правовой заслон, который ставит ограничения беспредельной свободе. Современные правовые системы — это в не меньшей мере ограничения свободы индивида в пользу других индивидов или общества в целом. Очевидно, что Уголовный кодекс — это не мера свободы, а ограничение свободы. Если заглянуть в ГК РФ, то здесь мы увидим, что подавляющее большинство норм носят императивный, предписывающий характер, огра­ничивающий, в частности, свободу предпринимательской де­ятельности.

Широкое интефативное понимание права имеет, на наш взгляд, существенные недостатки.

С онтологической точки зрения в понятие права включа­ются разнородные явления, хотя и связанные между собой:

нормы, различного рода идеи (о равенстве, справедливости и т.д.), так называемые фактические правосознание, право­отношения, субъективное право и даже сами действия, регу­лируемые правом. Право лишается онтологической однород­ности, монолитности, становится явлением весьма неопреде­ленным. .

С гносеологической точки зрения сторонники интегра­тивного подхода утверждают, что такой подход способствует всестороннему исследованию права. Однако такой подход не является гносеологически продуктивным. Рассмотрение пра­восознания, морали, правоотношения как явлений самостоя­тельных, но связанных с правом, более продуктивно, позво­ляет, в частности, более обстоятельно выявить их связи с пра-1юм. Интегративное понимание права фактически делает не-

203

 

нужным исследование проблем связи права и правосознания, права и морали, права и правоотношений и т.д.

С праксоологической точки зрения широкое интегратив" ное понимание права приводит к его неопределенности, не­четкости и неясности, способно подорвать основы законнос­ти. С точки зрения такого подхода правотворческие органы совсем и нс правотворческие, ибо право уже существует до принятия законов, и творить право нет нужды,

Широкое понимание права ставит право! фименителя в ситуацию неопределенности. Что, например, должен взять в основу решения суд: идеи правосознания, представления о свободе, справедливости или конкретное правоотношение, требующее защиты, отодвинув в сторону закон как неправо­вой? А как определить, является ли закон правовым или не-правовьтм, если нет точных и определенных критериев?

Подчеркнем, что прагматический подход не только праг­матически (практически) целесообразен, но и теоретически обоснован и учитывает рациональные идеи других теорий. Подчеркивая генетические (по происхождению) и функци ональные (право формируется и обеспечивается государст­вом) связи государства и права, этот подход не рассматривает право только как произвольный приказ (волю) государства, а видит ее обусловленность/ ограниченность социальными, в том числе и экономическими, факторами, системой ценнос­тей, утвердившейся в обществе.

Он не отвергает наличие и того, что называется естест­венным правом (идеи о справедливости, об элементарных нормах человеческого поведения, о необходимости опреде­ленных нрав и обязанностей и т. д.), именуя это правосозна­нием, которое предшествует позитивному праву и служит критерием его оценки.

Учитывается и то, что право не только существует в виде норм, но и «живет», реализуется в действиях людей, решениях судов, правоотношениях, взаимодействует с другими соци­альными нормами, т. е- учитываются социологические фак­торы действия права.

Не отвергается значение и психологического фактора, то­го, что право в ходе реализации проходит через сознание и волю людей, сопровождается их психологическими пережи­ваниями.

204

 

Берутся во внимание и взгляды солидаризма. ибо право в современных условиях зачастую выражает согласованные ин­тересы разных социальных групп, выступает как некий комп­ромисс этих интересов. В итоге можно отметить, что факторы, которые при интефативном подходе включаются в состав, понятие самого нрава, рассматриваются как самостоятель­ные, но тесно связанные с правом. В настоящем пособии представлен прагматический подход к сущности и роли права.

1