Глава XXII

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 

 

В виду постоянного возобновления и возрастания государственных потребностей, и подати должны уплачиваться из постоянного источника, который не только не иссякает, но с течением времени усиливается, так как он призван удовлетворять возрастающим потребностям государства. Таким источником может явиться только народный доход во всей его совокупности.

Все, что способствует поднятию народного дохода, увеличивает и податной источник финансового хозяйства. Только быстрым развитием народного хозяйства в истекшем столетии и умножением народного богатства можно объяснить сильное возрастание за последнее время финансового хозяйства большинства государств.

Таким образом, между народным хозяйством и финансами государства существует самая тесная связь.

Но точно определить размер народного дохода в каком-либо государстве представляется невозможным, а тем более немыслимо устроить взимание налогов непосредственно с народного дохода, т.е. сделать из последнего податной объект. Приходится брать налоги с отдельных участников в народном доходе, каковыми являются представители всех частных хозяйств в государстве, в которых народный доход образуется.

При этом часто спорят о том, что следует облагать, - самые имущества или доходы ими приносимые? - Но ясно, что для того, чтобы налог мог уплачиваться постоянно, его источником должен быть доход; если же налог посягнет на самый капитал, то этим он подорвет источник доходов частного хозяйства, а, следовательно и податной источник. А, если на практике мы видим налоги и на доходы и на капиталы, то разница между ними только в объекте налога, и, облагая капиталы, делают это на основании предположения, что они приносят или могут приносить доход. С этой почти зрения все налоги являются подоходными, в широком смысле этого понятия. Относительно того, что налоги не должны посягать на капиталы, сходится большинство финансовых писателей. Впрочем, представители социально-политический школы, с А. Вагнером во главе, допускают обложение капиталов в размере, превышающем доходность последних, с целью способствовать более равномерному распределению имуществ в народе. Но такое требование не должно входить в податную политику, главным назначением которой должно быть доставление казне нужных ей средств при наименьшем обременении народа.

По замечанию Гельда, обложение лиц, находящихся на разных степенях благосостояния, должно быть таково, чтобы не было подорвано существование бедных, но чтоб и у богатых не была отнята возможность к дальнейшему образованию капиталов.

И никоим образом нельзя одобрить податной политики, ведущей к разорению отдельных частных хозяйств.

Если к обложению частных капиталов следует относится с осторожностью, то тем паче надо остерегаться, что бы не подорвать народного дохода чрезмерными налогами.

Признаками чрезмерного податного обременения являются частые обманы и уклонения от налогов, накопление недоимок, выселение из государства капиталов и жителей, уменьшение поступлений от налогов и т.п.

Конечно, государство имеет не одни только материальные интересы, и последние иногда должны быть принесены в жертву требованиям высшего порядка. Напр., если грозит опасность политической независимости государства или его целости, то в таких случаях иногда приходится крайним напряжением податных сил привести в некоторое расстройство народное хозяйство.

Но долго такое чрезмерное обложение продолжаться не может, и государство, посягающее на народный капитал, неминуемо должно придти к гибели. Единственным средством предупредить таковую является сокращение государственных расходов и понижение налогов.

При распределении податного бремени между отдельными плательщиками никак нельзя поручиться, что такие-то из них будут участвовать в несении этого бремени в такой-то степени. Лица, уплатившие налоги, могут в известных случаях освободиться от податного бремени, передвинув таковое на других лиц. Это явление называется переложением налогов.

Переложение налогов может повести, как к упорядочению налогов, так и к увеличению их неравномерности.

Стремление каждого плательщика налогов сложить с себя их тяжесть вполне понятно.

В средние века, когда между государством и народом стояли аристократические сословия, эти последние собирали с народа налоги, а сами, благодаря своему политическому могуществу, почти не участвовали в уплате налогов. В более новое время, когда выдвинулось значение рынка, и свободная конкуренция стала играть важную роль в народном хозяйстве, вопрос о том, кому быть окончательным плательщиком налога, решается экономическим перевесом разных общественных классов и отдельных лиц. Борьба с почвы политической переходит на экономическую, состоящую, главным образом, в установлении цен, т.е. каждый плательщик налогов стремится включить эти последние в цену своих продуктов и услуг. Решающим моментами при переложении налогов служат спрос и предложение и соотношение между ними. Переложение, идущее от предложения к спросу, называется прямым, а - двигающееся от спроса к предложению - обратным переложением.

Всякий налог может быть переложен при наличности известных обстоятельств, и специально переложимых и непереложимых налогов нет.

Многие считают переложение налогов за благотворное явление, способствующее исправлению неравномерности налогов. Увлечения в этот отношении дошли до того, что французский экономист Канар и немецкий - Приттвиц провозгласили, что каждый старый налог хорош, а каждый новый налог дурен, пока он не будет исправлен чрез переложение.

Канар прибавляет, что налоги в конце концов расходятся по всему народу, и что действие их на последний тождественно с тем действием, какое оказывает на человеческий организм кровопускание, при котором, если кровь пущена из одной части тела становится бледнее кровью весь организм.

Если бы было так на самом деле, то нечего было бы заботиться о тщательном выборе налогов и о хорошей их организации, так как они все равно будут упорядочены все-врачущим временем. Но переложение налогов совершается нелегко. Ему предшествует ожесточенная борьба на экономической почве. Низшие классы стремятся сложить налоги на высшие, эти последние стараются взвалить податное бремя на плечи низших классов, владельцы недвижимой собственности на капиталистов и т.д. Шеффле говорит по этому поводу, что каждый прогресс в людском быту совершается чрез борьбу материальных и идеальных интересов, и что в податных вопросах борьба ведется с особыми своекорыстием и настойчивостью. По большей части переложение налогов усиливает их неравномерность, так как в сопровождающей его борьбе победа достается обыкновенно сильнейшей в хозяйственном отношении стороне. Рошер называет переложение налогов лишним злом, присоединяющимся к прочим темным сторонам налогов.

Говоря о переложении налогов, следует упомянуть и о так называемой капитализации налогов, состоящей в том, что налог, взимаемый с какого-либо имущества, капитализируется и, при переходе имущества к новым владельцам, последними уже не чувствуется.

Например, налог, взимаемый с известного земельного участка, уменьшает его доходность. Если этот участок продается, то покупатель, желая поместить свой капитал в приобретаемую недвижимость, примет во внимание и налоги, лежащие на ней, и цена недвижимости уменьшается на сумму капитализированного налога, так что новый владелец такового уже не чувствует.

В заботах о наилучшем устройстве обложения подыскивали такой налог, который наиболее удовлетворял бы податным принципам, и предлагали заменить таковым все существующие разнообразные налоги. Таким образом, был предложен длинный ряд проектов единого налога. На практике нигде не удалось установить такого единого налога. И почти все новейшие ученые высказываются против такого налога.

У Леруа-Болье длинная глава посвящена доказательствам невозможности осуществить идею единого налога в какой бы то ни было форме. Главное возражение сводится к тому, что при современном складе финансового хозяйства невозможно добыть одним каким-нибудь налогом всего количества материальных средств, потребных на покрытие государственных расходов.

Из массы разнообразных проектов единого налога особенного внимания заслуживает учение физиократов об едином поземельном налоге. Физиократы учили, что только поземельная собственность приносит чистый доход, так как одна земля, благодаря присущей ей творческой силе, сверх вознаграждения за вложенные в землю труд и капиталы, дает еще известный приплод, чего нет в других промыслах. Вследствие этого, одна земля и должна быть облагаема. Далее, так как чистый доход от земли ничто иное, как дар природы, получаемый, будто, землевладельцами без всякой с их стороны заслуги, то, по мнению физиократов, он может быть вполне востребован государством, как общая собственность. В конце концов физиократы требуют замены всех существующих налогов единым налогом на землю.

Практического осуществления идея физиократов об едином поземельном налоге не получила. Даже законодатели французской революции, бывшие под сильным влиянием идеи физиократов, не нашли возможным обойтись одним поземельным налогом. Известна попытка, сделанная маркграфом Баденским Карлом-Фридрихом осуществить идею физиократов на деле; но этот опыт, произведенный в трех баденских деревнях, не увенчался успехом.

Не получили практического осуществления и возникавшие в последнее время проекты единого подоходного налога.

Вообще всякий единый налог должен был бы быть очень высок и всякая ошибка в его распределении вела бы к большой неравномерности и отзывалась бы тяжело на плательщиков.

Вагнер полагает, что единым налогом нельзя достигнуть общности обложения. Тьер сравнивает налоги с тяжестью, которая для большей легкости должна быть распределена на разные пункты тела.

Прудон говорит по поводу проектов единого налога, что таковой явился бы суммой финансовых несправедливостей - налогом "идеальной несправедливости".

При несправедливом распределении единого налога, а этого совершенно избегнуть нельзя никогда, ошибки непоправимы. Когда же налогов несколько, то один налог несправедлив в отношении к одним лицам, другой - к другим, в общем же можно надеяться, что они будут служить поправкой друг другу.

Таким образом, все говорит в пользу множественности налогов. Но здесь опасна и другая крайность. Слишком большое множество налогов крайне стесняет частную жизнь, усложняет податную организацию и увеличивает издержки взимания налогов. Между тем, были высказаны также мнения, что, чем больше налогов, тем лучше. Такого мнения держится Артур Юнг, утверждающий, что простота в обложении величайшая добавочная тягость; Дизраэли, сделавшийся впоследствии лордом Биконсфильдом, называет золотым правилом, чтобы страна, подобная Англии, прибегала ко многим разнообразным налогам.

В действительности каждое государство имеет несколько налогов, т.е. целую систему таковых.

Весьма многие финансовые ученые пытались создать свои теоретические системы налогов, причем здесь царит страшная пестрота.

Авторы таких теоретических податных систем обыкновенно начинают с того, что ставят ряд требований, каким должна удовлетворять, по их мнению, податная система, и соответственно таковым вводят в нее разные налоги.

Образчиком такой системы, к тому же построенной весьма последовательно, может служить податная система Лоренца Штейна.

Лоренц Штейн говорит, что назначение податной системы состоит в том, чтобы охватить всю жизнь народного хозяйства во всех ее проявлениях. В основу своей системы Штейн кладет 3 коренные источника доходов, именно, капитал, труд и хозяйственную индивидуальность, причем обложение капитала достигается прямыми налогами, обложение труда - косвенными, а обложение хозяйственной индивидуальности - подоходным налогом. Каждой категории налогов Штейн дает особое назначение: прямые налоги должны обеспечить податной системе прочность, косвенные - общность, а подоходный - равномерность. Затем, Штейн строит свою податную систему следующим образом. На первом месте он ставит прямые налоги, которые он называет также налогами на капитал, распространяя понятие последнего и на личные силы, способности и знания человека. Далее, у него идут косвенные налоги или налоги на труд, к которым он относит разные налоги на предметы потребления. Но эти прямые и косвенные налоги, по словам Штейна, не затрагивают дохода от так называемой хозяйственной индивидуальности, являющегося результатом особенностей в хозяйственном положении отдельных плательщиков налогов. Для обложения этого дохода Штейн и вводит в свою податную систему подоходный налог.

Что касается податных систем, существующих в разных государствах, то таковые сложились чисто практически вследствие и по мере нужды государства в деньгах. При этом податные системы государств, находящихся более или менее на одинаковой степени развития, представляют много общего и разнятся между собой лишь в немногих чертах.

Как в финансовой практике так и в теории, существует много делений налогов.

Так, делят налоги на личные и вещные, на налоги на доходы и на источники доходов, на налоги с владения и налоги с действий, на оценочные налоги и налоги с потребления или расходов, на прямые и косвенные налоги и т.д.

Самым распространенным из приведенных делений налогов является деление их на прямые и косвенные. Но, несмотря на распространенность только что названного подразделения налогов, до сих пор нет полного согласия относительно того, что следует класть в основу этого подразделения, и какие налоги в какую категорию относить.

Так например, что один ученый считает прямым налогом, - сплошь и рядом относится другим ученым к косвенным налогам. Даже в податном законодательстве в этом отношении нет единства, напр., налог на помол по Прусскому праву считался косвенным, а по Итальянскому - прямым, налог на ценные бумаги (фонды) во Франции фигурирует среди косвенных налогов, тогда как в других государствах он считается прямым налогом.

Большинство финансовых ученых видит разницу между прямыми и косвенными налогами в большей или меньшей их переложимости, в способе их взимания либо с тех лиц, которых предполагается обложить, либо с таких лиц, относительно которых предполагается, что они передвинут с себя тяжесть налогов на других. При этом к прямым налогам относят такие, относительно которых предполагается, что субъект налога явится и окончательным плательщиком его, которые взимаются непосредственно с лиц и имуществ и по именным спискам. Леруа-Болье говорит, что "прямыми налогами законодатель стремится настичь прямо предполагаемого плательщика налога, а при косвенных налогах это достигается как бы рикошетом". Косвенными налогами считают такие, которые взимаются на основании разных актов плательщика, и при которых переложение как бы заранее допущено.

В действительности же специально переложимых или непереложимых налогов нет, и всякий налог, при наличности известных условий, может быть переложен. Таким образом, переложимость налогов не может служить прочным основанием для подразделения налогов.

Более твердым основанием для подразделения налогов являются признаки, по которым судят о податной способности и о податной обязанности плательщиков. Эти признаки и кладутся проф. Лебедевым и некоторыми другими учеными в основу классификации налогов.

Действительно для того, чтобы признать лицо обязанным платить налоги, необходимо предположить у него существование средств к тому. Судить же о наличности таких средств в каждом отдельном случае весьма трудно, а часто и невозможно. В особенности это справедливо для новейшего времени, когда занятия и профессии все более и более дифференцируются, жизнь принимает все более разнообразные формы и умножается класс людей, никаких очевидных доходов или источников доходов не имеющих, а между тем удовлетворяющих свои весьма разнообразные, а иногда и утонченные потребности. Приходится отказаться от одной непосредственной оценки податной способности, а судить о таковой на основании разных посредствующих моментов. Приходится рядом с прямым обложением дать место и косвенному, причем разница между прямыми и косвенными налогами заключается в том, что при назначении и взимании прямых налогов о податной способности плательщиков заключают непосредственно по находящемуся в их обладании имуществу или по получаемым ими доходам; в косвенном же обложении это делается на основании посредствующих моментов, напр., по производимым плательщиком расходам или по его потреблению. В первом случае как бы говорят плательщику: "Ты имеешь столько-то, а потому ты должен внести в казну такую-то сумму". Во втором случае: "Ты то-то расходуешь или потребляешь, значит у тебя такие-то средства, и ты должен уделить из них известную сумму в казну".

С этой точки зрения, прямыми налогами являются личные, подоходные, все налоги на разные источники доходов: на землю, дома, промыслы и денежные капиталы, - а также к прямым налогам следует причислить сильно развившийся в последнее время особый вид налогов с обращения имуществ; косвенными налогами являются налоги на предметы потребления и налоги на предметы роскоши.

Русский Устав о прямых налогах относит к таковым: налоги поземельные, с недвижимых имуществ в городах, посадах и местечках, налоги с торговли и промышленности, налоги с денежных капиталов, личные налоги и государственный квартирный налог. К косвенным налогам у нас отнесены: налоги с питей, табачный, сахарный, нефтяной, спичечный и таможенные пошлины.

Издавна ведутся споры о том, какие налоги лучше, прямые или косвенные.

Подобные споры происходили между учеными, экономистами и финансистами, в законодательных собраниях, и не раз волновали все общественное мнение. Если проследить все высказывания при этом разнообразные мнения и доказательства в пользу прямых, или косвенных налогов, то можно придти к заключению, что ни те, ни другие не имеют решительных преимуществ друг перед другом.

Обе категории налогов одинаково необходимы в податных системах.

В прямых налогах более ясна податная обязанность граждан; в прямых налогах более осуществима равномерность обложения в смысле приведения его в соответствие податной способности плательщиков; взимание прямых налогов обходится обыкновенно дешевле, чем взимание косвенных; некоторые из прямых налогов, напр. подоходные, более подвижны в том смысле, что могут быть регулируемы в соответствии с колебаниями в величине государственных расходов. Но одними прямыми налогами трудно осуществить общность обложения и невозможно собрать те огромные суммы, какие потребны для покрытия теперешних государственных расходов. Косвенные налоги отличаются сравнительной нечувствительностью для плательщиков и дают возможность финансовому хозяйству добывать обильные средства. Те самые лица, которые с ропотом несут умеренные прямые подати, сплошь и рядом незаметно уплачивают гораздо более высокие косвенные налоги. Далее доходность косвенных налогов обыкновенно возрастает сама собой вслед за ростом народного богатства и быстрее, чем доходность прямых налогов. Такой естественный рост доходности косвенных налогов как нельзя более соответствует постоянному развитию государственного хозяйства и увеличению государственных расходов.

В настоящее время во всех государствах существуют рядом и прямые и косвенные налоги, причем последние во многих государствах преобладают в количественном отношении над первыми. Именно имперский бюджет Германии и федеральный бюджет Соединенных Штатов Сев. Америки почти целиком держатся на косвенных налогах. В России, Франции и Англии более половины всех государственных доходов получается путем косвенных налогов. Такое же явление представляет большинство других европейских государств.

Заслуживает внимания политика, какой придерживается относительно прямых и косвенных налогов Англия. При нормальных обстоятельствах государственный бюджет Англии зиждется главным образом на косвенных налогах, которые, вместе с не имеющим в Англии большого финансового значения поземельным налогом и налогом с жилых домов, и составляют постоянную - консолидированную часть английского бюджета доходов; изменяющуюся - подвижную часть последнего составляет главным образом подоходный налог. Этот налог и повышается обыкновенно как только наступает потребность в чрезвычайных ресурсах. Таким образом Англии неоднократно удавалось покрывать значительные чрезвычайные расходы повышением подоходного налога.

 

1