51. Правовая самозащита личности

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 

Личность, согласно п. 2 ст. 45 Конституции России, вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Кроме того, каждому гарантируется судебная защита его прав и свободы; решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд; каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (ст. 46 Конституции Российской Федерации). Кстати, говоря о последнем случае, у россиян появляются новые возможности в связи с подписанием Президентом Российской Федерации Федерального закона «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»1. Присоединение России к фундаментальному общеевропейскому акту, обеспечивающему защиту прав и основных свобод личности, призвано стать основополагающим механизмом укрепления правовой государственности и налагает серьезнейшие обязательства на главу государства и все ветви государственной власти. Принимая во внимание очевидное несовершенство все еще действующих, но весьма отстающих от требований времени и международных стандартов норм российского уголовно-процессуального законодательства, именно на него и сделаны ссылки, связанные с основной частью оговорок к Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. с последующими изменениями и дополнениями к ней, подписанными от имени Российской Федерации в городе Страсбурге 28 февраля 1996 г.2. Причем срок

1  См.: Российская газета, 1998. 7 апреля. С. 3.

2 Там же.

и

действия этих оговорок ограничен периодом, требуемым для внесения в законодательство России соответствующих изменений и дополнений.

Важно отметить, что, согласно Федеральному закону «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» от 30 марта 1998 г. № 54, Российская Федерация в соответствии со ст. 25 Конвенции признает компетенцию Европейской комиссии по правам человека получать заявления (жалобы) от любого лица, неправительственной организации или группы лиц, которые утверждают, что они явля ются жертвами нарушения Российской Федерацией их прав, изложенных в Конвенции и указанных Протоколах к ней, в случаях, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления в действие этих договорных актов в отношении Российской Федерации3. Наряду с этим и в соответствии со ст. 46 Конвенции Российская Федерация признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении нашего государства4 .

Следует учитывать и то, что Европейская комиссия по правам человека и Европейский суд по правам человека, созданные вышеуказанной Конвенцией, могут при определенных обстоятельствах (условиях) рассматривать так называемые индивидуальные случаи, т. е. дела, связанные с предполагаемыми нарушениями определенных прав конкретных лиц5.

На наш взгляд, трудно переоценить значение ратификации Россией Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод вместе с ее Протоколами для реализации принципа правовой самозащиты личности.

3 См.: Российская газета. 1998. 7 апреля. С. 3.

4 Там же.

5  Подробнее см.: Черниненко С.В. Субъективные границы международного права // Советский ежегодник международного права. 1985. — М.: Наука, 1986. С. ИЗ.

Для более обстоятельного рассмотрения правомочий граждан по самостоятельной защите ими своих прав и свобод, а также соответствующих этому процедур целесообразно, мы полагаем, осуществить их классификацию с выделением трех видов.

Первый вид носит общий характер, что означает правовую самозащиту как часть коллективной юридической самозащиты. Это может быть коллектив большей или меньшей численности. Например, когда речь идет о праве граждан и их групп на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных Федеральным законом способов их разрешения, включая право на забастовку (п. 4 ст. 37 Конституции России).

Второй вид правомочий можно назвать смешанным, так как в его осуществлении участвуют как отдельно взятая личность, так и коллектив.

К третьей разновидности самозащитных правомочий относятся те из них, которые в подавляющем большинстве случаев осуществляются в индивидуальном порядке. Например, подача в суд искового заявления физического лица. Это можно проиллюстрировать конституционной нормой о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53 Конституции). Не менее наглядно это видно из содержания п. 3 ст. 50 Конституции Российской Федерации, устанавливающего право каждого осужденного за преступление на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном Федеральным законом, а также право просить о помиловании или смягчении наказания.

Целый ряд правомочий граждан по их самозащите все еще не урегулирован в их процессуальном осуществлении. Таковы, например, реальные процессы индивидуальных и коллективных акций протеста против невыплаты заработной платы, голодовки, иные акты гражданского неповиновения, чреватые противоправными поступками и социально-конфликтными ситуациями.

Обратим внимание на то, что юридический механизм за-t щиты прав и свобод граждан действует в определенных поли-

'143.

\

тических, социально-психологических условиях, которые могут как снижать эффективность провозглашенных правовых институтов, так и усиливать их действие. Однако даже самые совершенные юридические механизмы и процедуры бессильны в условиях нестабильной политической ситуации, упадка экономики, потери ценностных ориентиров и моральной деградации, национальной и социальной конфронтации. Устранение этих негативных факторов поможет создать условия, обеспечивающие эффективную реализацию института правовой самозащиты личности.

Центральное место в конституционном механизме реализации прав граждан занимает принцип непосредственного действия Конституции и, в частности, закрепленных в ней прав и свобод человека в сочетании с институтами судебной власти. Непосредственное действие прав и свобод может быть реально обеспечено только судом. Будучи изначально незаинтересованным, компетентным, объективным органом, суд гарантирует соблюдение прав и законных интересов граждан в их взаимоотношениях с властью. Тем самым благодаря суду уравновешивается фактическое неравенство между мощной государственной машиной и «маленьким человеком». Суд отлично приспособлен для механизма снятия общественных противоречий, ослабления противоречий, ослабления напряженности в обществе.

Таким образом, в достаточно большом арсенале средств, призванных обеспечивать защиту прав человека и гражданина, центральное место занимает защита по суду.

Общеизвестно, что защита нарушенных прав человека судом наиболее эффективна и цивилизованна. Однако до недавнего времени в России право граждан на защиту в суде было существенно ограничено. Достаточно сказать, что судебная защита политических прав (свобода слова, собраний; получение информации; право быть избранным в органы власти и т. д.) вообще не допускалась6.

В последнее время последовательно принимаются акты, расширяющие права граждан на судебную защиту. Расширение сферы деятельности суда в защите прав и свобод человека —

* Доклад о соблюдении прав человека и гражданина в РФ за 1993 год //Российская газета, 1994. 25 августа.

процесс, безусловно, необходимый и прогрессивный и тем не менее породивший многие проблемы юридического характера. На первое место, пожалуй, следует поставить проблему применения норм материального права. Сегодня действует достаточно много нормативных актов, касающихся самых разных прав человека и противоречащих друг другу, что вызывает большие сложности у судов в их применении. Поэтому возникает необходимость в глубоком изучении и правильном применении судьями достаточно широкого массива законодательных актов, которые они раньше не применяли. Ведь расширение прав личности и возможностей их судебной защиты возлагает на суд особую ответственность и значительно усиливает его значение в обществе и государстве.

Для более полного представления о праве граждан на судебную защиту рассмотрим в общих чертах, как развивалось законодательство в этом направлении. Законы, обеспечивающие это право, можно условно разделить на:

—  предоставляющие право на судебную защиту в обшей форме, т. е. безотносительно к каким-либо определенным правоотношениям;

—  устанавливающие право граждан на судебную защиту в частных случаях, т. е. на защиту конкретных прав, защиту от нарушений со стороны определенных органов и должностных лиц.

Поскольку в настоящее время накоплен достаточно большой массив правовых актов в данной области, необходимо упомянуть в качестве примера лишь некоторые из них, имевшие или имеющие особо важное значение.

Исключительно важным юридическим актом в области защиты прав человека явилось принятие 5 сентября 1991 г. Съездом народных депутатов СССР «Декларации прав и свобод человека»7, которая применялась судами в качестве законодательного акта с 22 ноября 1991 г.

Верховный Совет РСФСР принял свою Декларацию прав и свобод человека и гражданина, которая законодательным актом прямого действия не являлась, но послужила юридической

7 Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1991.

основой для приведения в соответствие с ней российское законодательство.

Наиболее важными считаются положения ст. 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующие судебную защиту прав и свобод. Значение их тем более высоко, что право обращения в суд должно рассматриваться не как одно из прав человека и гражданина, перечисленное в общем ряду, а как гарантия всех прав и свобод.

Существует множество норм, устанавливающих право на судебную защиту конкретных прав (ст. 31, 32 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР», ст. 28, 29, 34 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»8, ст. 7, 15, 22, 23 Закона РФ «О государственной тайне»9 и т. д.). Необходимо только подчеркнуть, что отсутствие специальной нормы о судебной защите какого-либо определенного права гражданина не лишает его возможности обратиться в суд — в этом случае должны непосредственно применяться конституционные нормы, гарантирующие гражданам судебную защиту. Решить многие проблемы в реализации этих норм был призван принятый 27 апреля 1993 г. Закон РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан». В соответствии с ним суды рассматривают жалобы на любые действия (решение), нарушающие права и свободы граждан, кроме двух случаев: во-первых, действий (решений), в отношении которых установлена исключительность компетенции Конституционного суда, и, во-вторых, действий (решений), в отношении которых предусмотрен иной порядок судебного обжалования (например, судебная проверка законности и обоснованности ареста или гражданские дела, рассматриваемые в исковом производстве), но само право, как отмечено выше, гарантируется Конституцией.

По всей видимости, дальнейшее совершенствование механизмов судебной защиты прав граждан будет связано с приведением в соответствие с конституционными нормами о правах личности отраслевых законодательств, некоторые принципы которых противоречат конституционным предписаниям.

8 Российская газета. 1998. 2 апреля. С. 12—13.

9 Закон РФ «О государственной тайне» 1993. Российская газета, 1993. 21 сентября.

1