§ 2. Предмет и метод науки конституционного права

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 

Выяснив, что непосредственным объектом науки конституционно­го права является конституционное право как специфическая отрасль национального права, и получив пока хотя и общее, но достаточно развернутое представление об этой отрасли, мы получаем возможность четко определить предмет указанной науки. Объект и предмет науки, несомненно, тесно взаимосвязаны, но не тождественны. Если опреде­ление объекта науки позволяет ответить на вопрос, на что направлен в ней познавательный процесс, и тем самым раскрыть содержание дан­ной науки, то определение предмета науки должно ответить на вопрос, что именно в данном объекте изучает или призвана изучать данная наука, и тем самым более глубоко охарактеризовать ее через выявление сущности этой науки. Не случайно у разных наук может быть общий объект, но никогда не бывает одного и того же предмета. Очень часто говорят о науке зарубежного конституционного права (или о науке конституционного права зарубежных стран), о науке конституционно­го права развивающихся стран, о науке конституционного права РФ (или другой отдельной страны), о науке конституционного права стран СНГ (или о науке конституционного права зарубежных стран СНГ) и т.д. Но, по сути дела, речь здесь идет не о разных науках, а о различ­ных областях научного знания, его ответвлениях внутри одной и той же науки конституционного права. Ясно, что объекты изучения у них существенно отличаются, хотя все они исследуются с позиций одного и того же предмета единой, общей науки конституционного права.

Предмет науки конституционного права. Не подлежит сомнению, что правильное определение объекта науки конституционного права значительно приближает нас к научному определению ее предмета, но не может его заменить. Поэтому нам представляются неудачными не­редкие попытки уйти в учебной литературе от прямого, четкого и специального рассмотрения вопроса о предмете науки конституционного права, ограничиваясь лишь выяснением объекта (предмета) регулиро­вания конституционного права как отрасли права.* Обращает на себя внимание, что в этом обновленном и в целом удачном учебнике была снята специальная глава «Наука конституционного права», содержав­шаяся в предшествующем издании 1996 г., и оставлена только глава «Конституционное право как отрасль национального нрава». Не нахо­дит читатель четкого определения предмета науки конституционного права и во многих других учебниках и учебных пособиях, хотя практи­чески везде справедливо подчеркивается необходимость разграниче­ния понятий «конституционное право как отрасль права» и «конститу­ционное право как отрасль правовой науки» (см. указанные выше учеб­ники М.В. Баглая, В.Е. Чиркина, К.В. Арановского и др.).

* См, напр.: Конституционное право / Под ред. В.В. Лазарева. М., 1998. Гл. 1.

Конституционное право как отрасль национального права направ­лено на регулирование фактических (экономических, политических, социальных и духовных) общественных отношений, а наука конститу­ционного права — непосредственно на исследование конституционно­го права как отрасли права, т.е. системы конституционно-правовых норм и отношений. И лишь постольку, поскольку наука конституцион­ного права не может не изучать при этом действие этих правовых норм и отношений в реальной общественной жизни, она опосредованно, сквозь призму этих норм и отношений изучает и фактические (в смыс­ле неправовые) общественные отношения, ими регулируемые.

Но даже тогда, когда особо выделяется проблема предмета науки конституционного права, она опять-таки нередко сводится, по сущест­ву, к вопросу о предмете (объекте) регулирования конституционного права как отрасли права. Так, К.В. Арановский, говоря о науке государ­ственного права зарубежных стран, пишет, что «это отрасль знания, предметом которой является юридическое регулирование организации и деятельности государства, его отношений с лицами, общественными и религиозными движениями, территориальными образованиями и другими субъектами в связи с осуществлением политической власти. Иными словами, в предмет этой науки входит отрасль государственно­го права, государственно-правовые отношения».*

* Арановский К.В. Указ. соч. С. 6.

Во-первых, здесь допущено характерное для многих изданий не­правомерное смешение объекта и предмета науки, ибо «отрасль госу­дарственного права, государственно-правовые отношения» — это объ­ект, а не предмет науки конституционного (государственного) права. Во-вторых, правовая наука, в том числе и наука конституционного права сама по себе, непосредственно не осуществляет «юридическое регулирование организации и деятельности государства», ибо, как по­казано выше, это — задача конституционного (государственного) права как отрасли права, а не соответствующей науки. В-третьих, включать в предмет рассматриваемой науки отрасль государственного права озна­чает не видеть того, что при всей взаимосвязи этих явлений они носят разнопорядковый характер, поскольку одно относится к праву, а дру­гое — к знанию, учению о нем, которое объективируется непосредст­венно не в правовых нормах и отношениях, а в научных трудах, учеб­никах, статьях, докладах и т.д.

В другом случае предметом науки конституционного (государст­венного) права зарубежных стран признается «государственное право конкретных стран или, иными словами, национальные государственно-правовые системы, изучаемые как в аналитическом, так и в синтетичес­ком плане».* Спору нет, прежде чем браться за определение предмета науки, необходимо выяснить, каков ее объект, в данном случае «наци­ональные государственно-правовые системы». Но можно ли ограничи­ваться только этим и сводить, например, вопрос об определении пред­мета науки конституционного права лишь к разъяснению того, что такое конституционное (государственное) право как отрасль нацио­нального права, как это делается в данном и во многих других учебных изданиях. Здесь опять-таки мы имеем дело с ошибочным отождествле­нием объекта и предмета науки. А в итоге получаем хотя и верное в принципе, в конечном счете, но мало что дающее для углубленного понимания сути этой науки определение: наука конституционного права — это наука о конституционном праве как отрасли права кон­кретных стран. К этому следует добавить, что вряд ли правомерно отождествлять саму науку и ее предмет.

* Мишин А.А. Указ. соч. С. 5.

Не может удовлетворить в этом отношении и такой подход, когда под видом определения предмета науки конституционного права дает­ся простое (более или менее подробное) перечисление разделов, макротем или макропроблем этой науки. Это типично для такого рода суждений: конституционное право — это наука об основах конституционного строя, основных правах и свободах человека и гражданина, о формах государства, его избирательной системе, организации и дея­тельности органов государственной власти и местного самоуправле­ния. По сути дела, здесь речь идет о более или менее обобщенном перечислении главных элементов системы конституционного права различных стран и соответствующих основных разделов науки и учебного курса. Но перечисление структурных элементов, раскрывающее содержание объекта науки, никогда не заменяло и не могло заменить определения предмета науки, призванного схватить и отразить ее сущ­ность.

Да, наука конституционного права, несомненно, изучает указанные конституционно-правовые институты, как и многие другие конститу­ционно-правовые нормы и отношения. Но ее главный смысл и задача состоят в том, чтобы за огромным многообразием соответствующих явлений и процессов выявить глубинные свойства, связи, взаимодей­ствия, отношения, тенденции и закономерности их организации, функционирования и развития, не лежащие на поверхности общественной жизни. Поэтому предмет науки конституционного права — это иссле­дование свойств конституционно-правовых норм, институтов и отношений, тенденций и закономерностей их организации, функциониро­вания и развития, а также путей, форм и механизмов их реализации в жизнедеятельности личности, общества и государства.

Метод науки конституционного права. Если определения объекта и предмета науки позволяют понять, что изучает данная наука, то выяснение ее метода, как известно, направлено на общее понимание того, как, каким образом, какими способами она это делает. Как и другие науки, наука конституционного права использует не один, а целый ряд методов. Поэтому в названиях как данного параграфа, так и его подраз­дела понятие «метод науки конституционного права» используется по традиции в собирательном, обобщающем смысле. Еще одно общее предварительное замечание состоит в том, что, говоря о методе науки конституционного права, необходимо всегда помнить, что, как и другие науки, она опирается в своих исследованиях на общефилософскую и общенаучную методологию, а также на методы других, в том числе и неправовых, наук (например, системный метод, метод структурно-функционального анализа, статистический метод и др.). Здесь же ак­цент будет сделан на выяснении специфичности метода конституцион­ного права, которую тоже нельзя понимать в абсолютном смысле, по­скольку этими же методами могут пользоваться в той или иной мере и другие, особенно другие правовые, науки.

Каждая наука, выделяя для себя особую область познания, выраба­тывает и свой метод исследования, которым она пользуется наряду с общефилософскими, общенаучными и иными методами. Специфич­ность метода науки конституционного права, как и метода каждой науки, определяется прежде всего особенностями ее предмета. Эта спе­цифичность может выражаться и в том, что хотя тем или иным конкрет­ным методом могут пользоваться и другие науки, тем не менее в данной науке этот метод занимает особо важное место и играет, например, определяющую роль. Применительно к науке конституционного права все это означает следующее.

Во-первых, наука конституционного права широко использует, как и другие юридические науки, метод формально-логического (или фор­мально-юридического) анализа исследуемого нормативного материала, состоящий в уяснении сути и значимости закона или иного норматив­ного акта, исходя из его собственного содержания. Этот метод иногда называют еще и формально-догматическим, поскольку он направлен на раскрытие догмы права. Ограниченность, недостаточность использова­ния лишь этого метода, необходимость привлечения и других методов не должны приводить к отказу от данного метода. Другое дело, что недопустима абсолютизация роли и значения этого метода, свойствен­ная юридическому позитивизму. Этот метод может и должен приме­няться в сочетании с другими методами исследования.

Во-вторых, очень важную роль в науке конституционного права играет широко используемый в ней сравнительный (компаративный) метод. Поскольку в целом нет всемирного конституционного права (если не считать некоторых общепризнанных принципов и норм меж­дународного права), а есть лишь национальные конституционно-пра­вовые системы отдельных стран с их специфическими особенностями и индивидуальным своеобразием, то одной из важнейших задач науки конституционного права (прежде всего ее общей части) является вы­явление общего и особенного в развитии этих систем. И достигается это в первую очередь путем сравнительного сопоставления конститу­ционно-правового строя различных стран. С помощью этого метода облегчается и объективная оценка места и роли опыта каждой страны в развитии конституционного права и науки о нем. На этой же основе наука конституционного права имеет возможность вырабатывать прак­тические рекомендации по совершенствованию конституционного за­конодательства в соответствующей стране. Недаром в народе говорят, что все познается в сравнении.

В-третьих, сравнительный метод дополняется сравнительно-исто­рическим методом, значение которого состоит прежде всего в том, что он требует сопоставления национальных конституционно-правовых систем не только в статике, т.е. с точки зрения достигнутого на данный момент, но и в исторической динамике, с точки зрения их возникнове­ния и развития. Конечно, наука конституционного права придает первостепенное значение изучению того, что достигнуто на современ­ном этапе развития конституционализма в мире и отдельных странах. Но она, несомненно, включает в качестве очень важного компонента исследование того, какой исторический путь прошло это развитие. Именно на этой базе лучше всего выявляются общие тенденции и за­кономерности такого развития и особенности их проявления.

В-четвертых, немаловажное значение в науке конституционного права имеет и метод конкретного социально-правового исследования, особенно когда необходимо досконально, с учетом уникального свое­образия отразить конституционно-правовой опыт конкретной страны или специфические особенности какого-либо ее конституционно-пра­вового института. Наука конституционного права — это не только ее «скелет» (теоретические схемы, принципы, классификации, категории, законы и т.д.), но и «плоть» и «кровь» (конкретная характеристика конституционно-правовой системы данной страны и ее отдельных эле­ментов). Здесь особенно незаменим метод конкретного социально-пра­вового анализа, в использовании которого наука конституционного права имеет возможность достаточно широко использовать и методы эмпирического исследования социальных явлений, наиболее полно и глубоко разработанные в социологии. Особенно важно их применение при изучении реального действия конституционно-правовых норм и их эффективности.

Конституционное право как учебная дисциплина. Наука консти­туционного права и соответствующий учебный курс, как уже отмеча­лось, с одной стороны, очень близки и во многом совпадают по содер­жанию, поскольку в основе учебной дисциплины лежит данная наука; а с другой — существенно отличны друг от друга, ибо решают качест­венно различные задачи своеобразными путями и методами. Отличие состоит прежде всего в том, что учебный курс конституционного права по своему содержанию носит значительно более узкий характер, неже­ли наука конституционного права. Ни один даже самый большой по выделенному количеству часов учебный курс не в состоянии вместить в себя весь огромный объем знаний, накопленный наукой конституци­онного права за столетия. По существу, в вузах изучаются лишь более или менее широкие основы конституционного права. Особенно нагляд­но большое различие в объемах знания между наукой и учебной дис­циплиной проявляется в том, что наука призвана заниматься консти­туционным устройством более двухсот стран мира, а в учебном курсе (даже если в нем выделяется его особенная часть) обычно речь идет лишь о 10—15 странах, характер и уровень развития конституционного строя которых наиболее полно и рельефно способен отразить совре­менное состояние конституционализма в мире.

Поскольку главной задачей науки является изучение действитель­ности ради получения нового научного знания, то и изложение мате­риала в ней носит исследовательский характер. В учебном курсе основ­ная задача иная — помочь слушателям овладеть уже добытыми наукой знаниями и методами, средствами их получения. Поэтому и способ изложения материала здесь носит более обобщенный и рафинирован­ный характер. Даже если взять общую часть курса конституционного права, в которой рассматриваются важнейшие конституционно-право­вые институты безотносительно к той или иной конкретной стране, то нетрудно заметить, что наука конституционного права анализирует их значительно более широко, полно и глубоко по сравнению с соответст­вующей учебной дисциплиной.

В заключение рассмотрения данного вопроса попытаемся хотя бы кратко и обобщенно ответить на вопрос: почему необходимо и важно изучать курс конституционного права? Во-первых, данный курс имеет большое познавательное значение. Он позволяет значительно расши­рить общий и профессиональный кругозор каждого его изучающего прежде всего за счет научного анализа таких важнейших вопросов жизни личности и общества, как народовластие, демократия и пути ее реализации, права и свободы человека и гражданина, гражданское об­щество, правовое государство, социальное государство, разделение властей, парламентаризм, авторитаризм, тоталитаризм, федерализм, автономия и местное самоуправление, гражданство, и многих других. Конечно, любой учебный курс, имея свою «нишу» в системе подготов­ки специалиста-юриста, расширяет кругозор слушателя, ибо несет новое для него знание. Но и при этом нельзя не видеть особой значи­мости курса конституционного права, определяемой в первую очередь значимостью объекта его изучения — конституций, конституционного права, регулирующих фундаментальные основы государственной и об­щественной жизни.

Во-вторых, изучение курса конституционного права имеет немалое практически-политическое значение. Известно, например, что в про­цессе разработки и принятия Конституции РФ 1993 г. очень важную роль сыграли анализ и обобщение зарубежного опыта развития консти­туционализма, особенно в передовых демократических странах, тем более что в истории самой России его почти не было. Это нашло свое прямое отражение как в структуре, так и в содержании многих разделов и статей нашей конституции. Был общепризнан и весомый вклад в разработку и принятие проекта этой конституции многих известных российских ученых-конституционалистов.

Возьмем теперь другую сторону дела. Очень часто граждане нашей страны многое теряют в своей жизни и практической деятельности только потому, что не знают или плохо знают свои права, свободы и обязанности, закрепляемые прежде всего в Конституции РФ и других конституционно-правовых актах. Изучение курса конституционного права позволяет устранить этот серьезный недостаток общественно-политической жизни, создает возможность более твердо и последова­тельно отстаивать законные права и интересы личности, бороться про­тив бюрократических и иных извращений демократии и гуманизма. Сравнительный анализ конституционно-правового устройства разных стран учит выработке правильной политико-правовой ориентации и оценке конституционных установлений как в своей, так и в других странах, что особенно важно для тех специалистов, работа которых проходит за рубежом или связана с выездами туда. Чрезвычайно важ­ное практическое значение изучение этого курса представляет для тех, кто уже занят или будет занят в сфере государственного управления и местного самоуправления, поскольку именно в нем концентрированно излагаются самые фундаментальные основы прав и свобод человека, статуса, компетенции и взаимоотношений органов государственной власти и местного самоуправления и т.д. В этом отношении курс кон­ституционного права особенно тесно связан с курсами политологии и административного права.

В-третьих, трудно переоценить идейно-воспитательное значение изучения курса конституционного права. Оно состоит прежде всего в том, что овладение знанием этого курса направлено на серьезное по­вышение политико-правовой культуры слушателей и рост их граждан­ственности, на успешное формирование гражданского общества, пра­вового государства и демократического правосознания в нашей стране. В результате усвоения данного курса достигается лучшее понимание социальной ценности демократических политико-правовых институ­тов, что не может не сказаться положительно на повышении граждан­ской активности и инициативы, прежде всего молодежи и студентов. Особенно велик идейно-воспитательный потенциал изучения таких важнейших тем и проблем курса, как конституционно-правовой статус личности, правовые основы конституционного строя, государство и его политический режим, судебная власть и ее органы, местное управление и самоуправление и др.

1