§ 4. Федерация

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Понятие федеративного государства. Термин «федерация» проис­ходит от латинского слова «федераре», что означает «объединять», «ук­реплять союзом». Это сложное государство. В отличие от унитарного государства, которое целиком или в основе своей состоит из администра­тивно-территориальных единиц (как мы видели, в некоторых унитарных государствах есть также автономные образования), составными частями федерации являются государства-члены или государственные образова­ния. Они называются по-разному: штаты (США, Индия и др.), земли (Австрия, Германия), провинции (Канада, Пакистан и др.), кантоны (Швейцария), эмираты (ОАЭ) и т.д. Обобщенно их называют обычно субъектами федерации. Этот доктринальный термин принят теперь и отдельными конституциями. Наряду с субъектами федерации, которые занимают всю (например, Австрия) или подавляющую часть территории государства (Индия), существуют иногда и другие части федеративного государства: территории или союзные территории (например, Индия, США), владения (Венесуэла), федеральный или столичный округ (Бра­зилия, Нигерия), ассоциированные государства, занимающие особое по­ложение (США).

В настоящее время среди зарубежных стран существует 23 федера­тивных государства: 6 в Европе (Австрия, Бельгия, Германия, Швейца­рия, Югославия, а также созданная в 1995 г. сербо-хорвато-мусульманская федерация в Боснии и Герцеговине — бывшей республике Югосла­вии, а ныне самостоятельном государстве), 4 в Азии (Индия, Малайзия, ОАЭ, Пакистан), 6 в Америке (Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Канада, Мексика, США), 4 в Африке (Коморские Острова, Нигерия, Танзания, Эфиопия, где федерация учреждена в 1994 г.), 3 в Океании (Австралия, Папуа — Новая Гвинея, Соединенные Штаты Микронезии). Многие из них имеют свои особенности, но сербо-хорвато-мусульманская федера­ция уникальна: это «государство в государстве», федеративное государ­ство внутри унитарного. Таким путем на основе международного согла­шения был найден выход для прекращения длительных военных дейст­вий, возникших на этнической и религиозной основе.

Большинство федераций .^- крупные и средние государства, в кото­рых в совокупности проживает около трети населения Земли. Среди них есть мощные в экономическом отношении страны (Германия, США и др.), небольшие государства с высоким уровнем развития (Австрия, Бельгия и др.), но есть и отсталые государства, где промышленность развита крайне слабо (Нигерия) или ее вообще нет (Коморские Острова).

Возникновение федеративных государств и их структура. Созда­ние федераций в зарубежных странах проходило по-разному. Некоторые

164

 из них были созданы на основе союза, объединения независимых госу­дарств (например, образование Танзании на основе объединения Танга­ньики и Занзибара в 1964 г.), объединения или вступления в союз госу­дарственных образований или политических единиц, имевших фактичес­ки (но не юридически) некоторые признаки государственности (штаты в США, кантоны в Швейцарии, эмираты в ОАЭ). Многие федерации обра­зовывались «сверху», актами государственной власти (Индия при реор­ганизации федерации в 1956 г., современный Пакистан на основе консти­туции 1973 г.). Первая группа федераций стала называться федерациями на основе союза или договорными федерациями. В прошлом в некото­рых из них (в так называемых социалистических федерациях, но не всег­да: в Чехословакии, например, этого не было) субъекты федерации сохра­няли суверенитет и право сецессии (выхода) из федерации, что было записано и в конституциях. Отсюда проистекала концепция «двойного суверенитета» федерации и ее субъектов, членов. Субъекты такой феде­рации обязательно имели свои конституции, свое гражданство. Границы субъектов не могли быть изменены без их согласия.

Вторая группа федераций — это федерации на основе автономии, или конституционные федерации. Субъекты таких федераций не обла­дают суверенитетом (конституционное положение о внутреннем сувере­нитете штатов в Мексике относится лишь к самостоятельному решению ими внутренних вопросов), зачастую не имеют собственных конститу­ций, их границы иногда изменяются актами центральных органов (парла­мента). При этом мнение субъектов (штатов, провинций и т.д.) должно быть выслушано, но оно имеет лишь консультативный характер.

Деление федераций на указанные две группы в современных услови­ях имеет преимущественно исторический характер. После распада соци­алистических федераций не стало конституций, где говорится о сувере­нитете субъектов и о праве выхода. Подавляющее большинство федера­ций основаны фактически на принципах автономии составных частей. Единственным исключением является конституция Эфиопии 1994 г., где говорится о праве выхода из состава федерации, но это право сформули­ровано не как право штатов, а как право национальностей.

С точки зрения структуры различают симметричные и асимметрич­ные федерации. В первом случае в состав федерации входят только однопорядковые субъекты (например, земли в Австрии, Германии, эми­раты в ОАЭ), несубъектов — федеральных территорий, владений и Др. — в ее составе нет. Абсолютно симметричная федерация предпола­гает полное равенство субъектов, их одинаковый статус и полномочия. На деле таких федераций нет. В Германии земли представлены неодина­ково в верхней палате, в ОАЭ эмираты имеют неодинаковое представи­тельство в однопалатном консультативном Национальном собрании. В

165

 трети зарубежных федераций есть несубъекты — особые территориаль­ные образования. Во всех зарубежных федерациях есть какие-то элемен­ты асимметрии, если не юридические, то фактические (ср., например, влияние каждого из двух субъектов — Сербии и Черногории — на феде­ральные дела в Югославии).

В зарубежной литературе различаются также интеграционные и деволюционные федерации. В первых при сохранении особенностей со­ставных частей высока степень централизации, во вторых преобладает тенденция все большего учета специфики различных субъектов федера­ции, в связи с чем положение отдельных субъектов может быть не совсем одинаковым. В отечественной литературе первая группа обычно называ­ется централизованными федерациями (к ней относится большинство федераций, основанных на автономии), вторая — относительно де­централизованными федерациями (к ней относится и часть федераций, основанных на автономии). Это различие определяется не столько путем анализа конституционных документов, сколько практической полити­кой, реальным положением дел.

В науке и конституционной практике используются три различных подхода к структуре федерации: национально-территориальный, территориальный и комплексно-территориальный. В «чистом» виде ни один из них не применяется, всегда используются несколько факторов, следова­тельно, имеются элементы комплексного подхода. Речь в данном случае идет о том, какому из факторов придается решающее, доминирующее значение. Подавляющее большинство федераций в зарубежных странах построено по территориальному признаку. Национальный момент не учитывался, а зачастую и не мог быть учтен. Германия, Мексика, Брази­лия, ОАЭ, США, Швейцария построены по территориальному признаку. При создании некоторых из них учитывались исторические, а иногда экономические или географические факторы.

В марксистско-ленинской концепции федерализма доминирует наци­онально-территориальный принцип создания федерации. Это значит, что субъекты федераций должны создаваться по национальному призна­ку, на территориях, где компактно проживает та или иная этническая группа (в марксистской теории говорится обычно о нациях). Составное слагаемое этого принципа — «территориальный» — было направлено против «ревизионистов», предлагавших культурно-национальную авто­номию, о которой говорилось выше. Национально-территориальный принцип был положен в основу прежней югославской федерации, кото­рая распалась в 1991 г., Чехо-Словакии, прекратившей свое существова­ние с 1 января 1993 г. в связи с разделением на два государства: Чехию и Словакию. Распался Советский Союз, построенный по национально-тер­риториальному принципу. Использование этого принципа без учета ре-

166

 альной обстановки в ряде случаев породило сепаратизм, чем воспользо­валась этнократия. Однако это не значит, что данный принцип не может быть применен в соответствующих условиях. В 1993 г. небольшая Бель­гия была преобразована в федерацию по национально(этно)-территориальному принципу. Он использован в конституции Эфиопии 1994 г. В своеобразных условиях Индии также частично используется этот прин­цип в форме территориально-лингвистического подхода к структуре фе­дерации.

В настоящее время в науке и конституционной практике предпочте­ние чаще всего отдается комплексно-территориальному подходу. Он предполагает, что может быть учтен национальный фактор, как в Бель­гии, но наряду с этим используются и все другие факторы: исторические, экономические, географические и иные, как в Индии, Пакистане, Ма­лайзии.

Субъекты федерации и их правовое положение. Подавляющую часть территории федеративных государств занимают субъекты федера­ции (в некоторых федерациях, например, в Малайзии, ОАЭ, вся террито­рия состоит только из субъектов). Их число неодинаково: от 2 в Танзании до 50 в США. В Соединенных Штатах Микронезии и Пакистане — по 4 субъекта, в Эфиопии — 9, в Малайзии — 13, в Мексике — 31 и т.д. Субъекты федерации называются по-разному: штаты — в США, Индии, Эфиопии; провинции — в Канаде, Пакистане; земли — в Австрии, Герма­нии; кантоны — в Швейцарии; эмираты — в ОАЭ.

Субъекты федерации часто имеют свои конституции (в США, Мекси­ке — все штаты, в Танзании — только Занзибар, в Индии свой конститу­ционный закон имеет штат Джамму и Кашмир), но в провинциях Канады и Пакистана, у штатов Венесуэлы конституций нет. В отличие от автоно­мии субъекты федераций сами принимают свои конституции, которые не нуждаются в утверждении центральных органов (речь, разумеется, идет о тех федерациях, где субъекты имеют свои конституции). Субъекты федераций создают свои парламенты (кроме ОАЭ, где субъектами управ­ляют абсолютные монархи — эмиры). Эти парламенты могут быть и однопалатными, и двухпалатными (в Индии, например, часть штатов имеют двухпалатные парламенты, а часть — однопалатные). Парламен­ты издают местные законы. В Швейцарии в некоторых небольших канто­нах законы принимаются народными собраниями. Штаты имеют свое правительство (его глава — губернатор, премьер-министр, главный ми­нистр), могут иметь собственную судебную систему, вплоть до верхов­ных судов штатов, действующих параллельно с федеральными судами (например, в США), но во многих федерациях (например, в Канаде) у провинций собственной судебной системы нет. Субъекты федераций могут иметь свое гражданство (в США его имеют все штаты, а в Индии и

167

 Пакистане у субъектов федерации собственного гражданства нет). Иног­да штаты имеют свои символы (герб, флаг, столицу), могут заключать между собой неполитические союзы (создание федеративных образова­ний, иных, чем существующая федерация, им запрещено), а также согла­шения экономического и культурного характера с субъектами федера­ций других государств (это делается главным образом между субъекта­ми, близкими по языку, а иногда и с другими государствами, например соглашения франкоязычного Квебека в Канаде с Францией).

Иногда субъекты федераций создают свои представительства в дру­гих государствах, но только с разрешения министерства иностранных дел. Такие представительства выполняют лишь задачи экономического и культурного, но не политического характера.

Субъекты федераций представлены во второй палате федерального парламента, которая считается специфическим органом выражения их интересов. Они имеют в этой палате или равное представительство, не­зависимо от численности населения (по 2 сенатора от каждого штата США, по 3 — в Бразилии), или неравное, которое зависит от численнос­ти населения, хотя и не пропорционально ему (например, от 3 до 6 от каждой земли в Германии, от 1 до 34 от каждого штата в Индии). Нет такого представительства в Танзании — там парламент однопалатный и действует иной порядок представительства субъектов в нем, в ОАЭ нет избираемого парламента, но есть консультативное однопалатное собра­ние при правительстве с разным представительством эмиратов.

Штаты иногда создают свои координационные органы (совет глав правительств штатов, национальная ассоциация легислатур — законода­тельных органов штатов), иногда несколько штатов объединяются в крупные экономические районы, которые не создают свои политические органы, но образуют разного рода экономические комитеты по различ­ным совместным программам.

Несубъекты в федеративных, государствах. Наряду с субъектами в состав многих федеративных государств входят территориальные обра­зования, не являющиеся субъектами федерации. Это федеральный округ — столица с прилегающими окрестностями (округ Колумбия со столицей Вашингтоном в США, столица Бразилиа в Бразилии, федераль­ный округ Абуджа в Нигерии и т.д.), федеральные территории (напри­мер, остров Гуам в США), федеральные владения (обычно это прибреж­ные острова, которые не населены или население которых имеет пере­менный состав — служба маяков, метеостанций и т.д.). В США есть так называемые ассоциированные государства — Пуэрто-Рико, Республи­ка Маршалловых Островов, Соединенные Штаты Микронезии, Респуб­лика Палау. Число различного рода несубъектов невелико (9 в Австра­лии, 6 в Индии, 2 в Венесуэле и т.д.).

168

 Составные части федераций, не являющиеся субъектами, своих кон­ституций не имеют. В некоторых случаях они создают местные парла­менты, которые в Индии, например, принимают даже местные законы, но эти законы требуют санкции назначаемого губернатора, да и сами парла­менты действуют скорее как совещательные органы при нем. Владения целиком управляются федеральными органами, лишь в отдельных из них есть племенные советы. Ассоциированные государства теоретически не­зависимы (Республика Палау, Соединенные Штаты Микронезии, Рес­публика Маршалловых Островов являются даже членами ООН), но от­ветственность за их оборону и внешние сношения несет правительство США, сами они никаких внешнеполитических акций не осуществляют. Несубъекты федерации за редкими исключениями не представлены в верхней, федеральной палате парламента (в Бразилии и Нигерии они посылают представителей в сенат, но меньшее число, чем штаты). В США несубъекты посылают одного делегата (резидент-комиссара и т.д.) в нижнюю палату парламента с правом совещательного голоса.

Проблема сецессии субъектов. Как отмечалось, в настоящее время конституционное право не признает права выхода субъектов из состава федерации, признается лишь право самоопределения внутри федерации. Единственным, хотя и своеобразным исключением, как отмечалось, яв­ляется конституция Эфиопии 1994 г. Остальные конституции о таком праве умалчивают.

Факты сецессии, удачные и неудачные, все же бывали. В XIX в. группа кантонов попыталась выйти из состава Швейцарии, образовав свое объединение — Зондербунд (особый союз). Они были возвращены в федерацию с помощью вооруженных сил. В США в связи с попыткой выхода из федерации 11 южных штатов была Гражданская война 1861— 1865 гг. Уже тогда Верховный суд США сформулировал конституцион­ный принцип: наш союз нерасторжим. В XX в. попытки сецессии отдель­ных штатов были предприняты в Австралии, Мексике, Нигерии, но были пресечены силой оружия (в Австралии — судебным приказом). В 1985 г. и в 1995 г. для сецессии франкоязычного Квебека из Канады был исполь­зован референдум, но оба раза сепаратистам не удалось собрать боль­шинства голосов (правда, в последний раз сторонники единства одержа­ли победу с незначительным большинством голосов — приблизительно 40 тыс.).

В начале 90-х годов несколько республик («социалистические рес­публики» Словения, Хорватия и др.) вышли из состава Югославии и применение вооруженных сил не остановило сецессию.

В 70-х годах сецессия Бенгалии из Пакистана была осуществлена вооруженным путем, при помощи войск Индии. Образовалось государст­во Бангладеш. В Малайзии конституция не предусматривает права выхо-

169

 да, но в 1965 г. Сингапур вышел из ее состава мирным путем и образовал собственное государство; каких-либо вооруженных мер по его возвраще­нию в федерацию не предпринималось.

В Чехо-Словакии сецессии не было. Произошло разделение государ­ства на два: Чехию и Словакию. В 1991 г., используя конституционные положения, из состава СССР вышли Латвия, Литва и Эстония, ставшие самостоятельными государствами. В результате Беловежских соглаше­ний самостоятельными государствами стали Россия, Белоруссия, Украи­на, вышедшие из состава СССР, а затем и другие бывшие союзные рес­публики — Азербайджан, Армения, Грузия, Казахстан и др.

Размежевание предметов ведения федерации и ее субъектов. По­скольку и федерация в целом, и ее субъекты обладают качествами го­сударственности, конституции федеративных государств размежевыва­ют предметы ведения федерации и ее субъектов, чего не делается при определении полномочий даже политической автономии (в последнем случае предоставляется лишь право издания местных законов по неко­торым вопросам). Существует несколько способов такого размежева­ния, в основе которых лежит различное сочетание четырех элементов:

1) исключительные полномочия федерации; 2) исключительные полно­мочия субъектов; 3) совместная компетенция федерации и субъектов;

1) остаточные полномочия, не охваченные ни одним из перечисленных элементов.

Трудно точно классифицировать способы размежевания полномочий (предметов ведения) федерации и ее субъектов из-за множества огово­рок, запретительных формулировок, несовершенства содержащихся в конституциях перечней полномочий, из-за того, что в одной и той же конституции иногда используются элементы разных способов, из-за казуистичности формулировок. Но в основном такие способы могут быть сведены к пяти вариантам. Первый способ состоит в том, что консти­туция устанавливает исключительную компетенцию федерации, а все остальные вопросы относит к ведению ее субъектов. Компетенция фе­дерации может быть установлена путем перечня вопросов, относящихся к ее исключительному ведению (так была установлена компетенция федерации, например, в Танзании по конституции 1977 г., перечисляв­шая 17 вопросов общего значения; таким же образом предусматривает 19 пунктов с подпунктами конституция Эфиопии 1994 г.). В этом случае дается перечень вопросов, по которым федеральные органы могут при­нимать законы. Компетенция федерации может быть определена и «не­гативным способом» — путем запрета субъектам федерации принимать законы по указанным в конституции вопросам. К предметам ведения федерации обычно относятся оборона, внешняя политика, авиатранс­порт, железные дороги, почта, телеграф и др. Только федерация может

170

 регулировать эти вопросы актами, принимаемыми ее органами. При данном способе регулирования тенденция заключается обычно в том, что полномочия федерации расширяются, нередко путем толкований конституции судами.

Второй способ размежевания предметов ведения заключается в том, что устанавливается исключительная компетенция субъектов федера­ции, в которую федеральные органы не могут вмешиваться. Это редкий способ размежевания предметов ведения, и в чистом виде он сейчас не применяется, но как частный случай наряду с другими используется конституциями США, Швейцарии и некоторых других стран. Он дает определенные гарантии субъектам от вмешательства в сферу их ведения со стороны федеральных органов. Однако к ведению субъектов обычно отнесены вопросы, не имеющие принципиального значения.

При третьем способе конституции устанавливают две сферы компе­тенции: федерации и ее субъектов (Аргентина, Канада и др.). Часто в конституции дается перечень вопросов, относящихся к обеим сферам, а иногда четко перечислены только федеральные полномочия, полномочия же субъектов охарактеризованы в «негативном плане» — говорится, какие меры федерация не вправе применять по отношению к ее субъек­там. В конституции Швейцарии исчерпывающего перечня полномочий ни в одной статье не дается, полномочия федерации и штатов сформули­рованы казуистично и разбросаны по разным статьям конституции. При этом особое значение приобретает вопрос об остаточных полномочиях, не упомянутых ни в том, ни в другом перечне. Поэтому в конституции может содержаться специальная оговорка, согласно которой не назван­ные в конституции полномочия могут быть отнесены к компетенции либо федерации, либо ее субъектов. В первом случае это означает огромное расширение полномочий федерации, во втором даются дополнительные полномочия субъектам, укрепляется их самостоятельность.

Четвертый способ размежевания предметов ведения состоит в том, что указываются три их сферы: компетенция федерации, ее субъектов и совместная компетенция федерации и субъектов. Сфера совместной ком­петенции часто называется в конституциях и теории совпадающей, кон­курирующей компетенцией. Наиболее подробный перечень такого рода содержится в конституции Индии 1949 г. В специальном приложении к ней названы 97 вопросов, относящихся к компетенции федерации, 47 во­просов совпадающих полномочий и 66 вопросов, относящихся к компе­тенции штатов. Многие из этих вопросов имеют комбинированный ха­рактер: под одним и тем же номером обозначаются не совсем сходные вопросы. Остаточные полномочия отнесены к ведению федерации.

Этот способ размежевания компетенции является довольно слож­ным, использование его затруднено ввиду сходства многих вопросов,

171

 расписанных по разным рубрикам. Такую детализацию конституции фе­деративных государств, кроме Индии, не используют.

Наконец, пятый способ размежевания компетенции присущ консти­туциям Пакистана, Нигерии и некоторых других стран. Он заключается в том, что конституция дает перечень только двух сфер: федеральной и совместной компетенции. Перечня же исключительных полномочий субъектов не существует (в конституции Пакистана, правда, о нем упо­минается, но на деле его нет). Конституция содержит общую формули­ровку: все вопросы, которые не вошли в указанные два перечня (остаточ­ные полномочия), относятся к исключительному ведению субъектов фе­дерации, и в этой сфере закон субъекта федерации имеет преимущество по отношению к федеральному закону, т.е. действует закон субъекта, а не федеральный закон. Такой подход имеет преимущества по сравнению с охарактеризованной выше трехчленной классификацией. Он избавля­ет от излишней «жесткости» списков (а при любой тщательности их составления что-то может быть упущено, забыто), способствует укрепле­нию самостоятельности субъектов в рамках федеральной конституции. В новейших федеральных конституциях все чаще используется именно этот способ.

Наряду с рассмотренными пятью основными способами размежевания компетенции в некоторых конституциях федераций применяются i другие способы. Так, в Австрии разделены вопросы, относящиеся к ком потенции законодательной и исполнительной власти федерации и ее субъектов. Конституция этой страны содержит также понятие «основы законодательства». Их устанавливает федерация, а субъекты (земли) в соответствии с этим издают местные законы. Оригинальный способ раз­межевания компетенции применен конституцией Бразилии 1988 г. Она предусматривает размежевание предметов ведения при участии не толь­ко федерации и штатов, как это принято в других государствах, но и федерального округа и муниципий (в последнем случае — администра­тивно-территориальных единиц внутри штатов). Эта конституция разли­чает: исключительную компетенцию союза (федерации), совместную компетенцию союза, штатов, федерального округа и муниципий и, нако­нец, компетенцию союза, штатов и федерального округа по законодатель­ству. Остаточные полномочия отнесены либо к компетенции штатов, либо к компетенции муниципий.

Формы участия субъектов федерации в решении общегосударст­венных вопросов. Существует множество таких способов. К их числу относятся: 1) осуществление совместной компетенции федерации и ее субъектов. По вопросам совместной компетенции могут быть изданы и законы федерации, и законы ее субъектов, но в данной сфере отношений превалирует федеральный закон, действует он, а не закон субъекта феде-

172

 рации; 2) создание особой палаты в парламенте, обычно называемой сенатом и рассматриваемой как орган специфического представительст­ва субъектов (установлено представительство в данную палату от субъ­ектов в равном или неравном количестве). Федеральный закон не может быть принят без согласия этой палаты. Он принимается без ее согласия, только если нижняя палата преодолеет отказ верхней палаты (ее вето) квалифицированным большинством голосов; 3) автоматическое включе­ние по должности должностных лиц субъектов федерации в общефеде­ральные органы; 4) периодически созываемые совещания премьер-мини­стра федерации и премьер-министров (главных министров, губернато­ров) ее субъектов (Индия, Канада, Папуа — Новая Гвинея и др.); резуль­таты таких совещаний иногда оформляются федеральным законом, иног­да, хотя это сделать и не удается, они используются в практической деятельности исполнительных органов; 5) совещания президента и глав исполнительной власти субъектов; 6) совещания руководителей одно­именных министерств (департаментов) федерации и ее субъектов, кото­рые во многом формируют политику в данной отрасли экономики, управ­ления. Такого рода совещания направлены также на координацию прак­тических действий.

Федеральный контроль и федеральное принуждение. Поскольку федеральные конституция и законы имеют верховенство, существует федеральный контроль за соблюдением конституции субъектами федера­ции. Обычный, регулярный контроль осуществляется конституционны­ми и иными судами (контроль за соответствием актов субъектов феде­ральной конституции), действует контроль по линии исполнительной власти (в отличие от законодательных органов органы исполнительной власти в большинстве федераций подчинены по вертикали), применяется финансовый контроль (за правильным использованием субсидий федера­ции ее субъектами) и т.д.

Вместе с тем во многих федерациях существуют чрезвычайные спо­собы федерального контроля: введение чрезвычайного положения на территории субъекта (субъектов) федерации, президентское правление в субъектах, федеральное принуждение, институт федеральной интер­венции (вмешательства), приостановление собственного управления субъекта федерации. О возможности федерального принуждения гово­рят конституции США, Германии, других стран. Крайним способом феде­рального принуждения являются военные действия; они использовались при сецессии некоторых субъектов в США, Швейцарии, Нигерии, Паки­стане.

Возможность введения чрезвычайного положения на части террито­рии субъекта федерации, в субъекте федерации в целом или в федерации подчиняется общим правилам, указанным выше. При введении чрезвы-

173

 чайного положения ограничиваются политические и личные свободы граждан, применяются «жесткие» способы управления и т.д. Чрезвычай­ное положение вводилось на части территории Индии в связи с действия­ми террористов, в Пакистане во время этнических столкновений, в Ма­лайзии, на Коморах в связи с попытками военного переворота, в отдель­ных штатах Мексики в связи с партизанским движением повстанцев.

Институт президентского правления особенно часто использует­ся в Индии, где было уже более 100 случаев его применения. Президент­ское правление вводится целиком в штате или в группе штатов сроком на 2 месяца, а в крайнем случае — на 6 месяцев. Основанием для примене­ния этой меры являются массовые беспорядки, исчезновение в штате конституционных властей, иные чрезвычайные обстоятельства (напри­мер, массовая коррупция в органах власти штата). Президент издает указ о введении президентского правления по совету кабинета (премьер-ми­нистра). Деятельность законодательного собрания штата приостанавли­вается или оно может быть даже распущено, правительство штата сме­щается или его деятельность приостанавливается, вся полнота власти по управлению штатом переходит к президенту. Он назначает для этого своего представителя (обычно им бывает назначенный ранее губернатор штата, который в нормальной ситуации не обладает существенными пол­номочиями, поскольку штатом управляет его правительство, сформиро­ванное партией или партиями, имеющими большинство в законодатель­ном собрании штата). Губернатор управляет штатом до тех пор, пока не будет восстановлена нормальная ситуация. После этого деятельность прежних органов штата возобновляется, а если они были распущены и смещены, проводятся новые выборы в законодательное собрание штата, которое формирует его правительство. После этого губернатор утрачива­ет чрезвычайные властные полномочия.

Близкий к этому институт — федеральное принуждение по отноше­нию к земле (землям) в Германии. При применении этой меры парламент земли (ландтаг) распускается, для управления землей назначается феде­ральный комиссар. Случаев применения федерального принуждения в Германии не было.

Институт федеральной интервенции (вмешательства) вдела штатов предусмотрен конституциями латиноамериканских федераций — Ар­гентины, Бразилии, Венесуэлы, Мексики, а также конституцией Эфио­пии 1994 г. В случае чрезвычайной ситуации в штате президент, при­влекая армию, вправе сместить органы власти и управления штата, назначить для управления им своего представителя. Президент дейст­вует самостоятельно, так как, например, в латиноамериканских феде­рациях нет совета или кабинета министров как особого органа, или по совету такого органа либо премьер-министра (Эфиопия). Перечень в

174

 конституциях условий для применения федеральной интервенции яв­ляется исчерпывающим и не подлежит произвольному расширению. Согласно конституции Бразилии 1988 г., федеральная интервенция в дела штата возможна в точно указанных восьми случаях (обеспечение целостности страны, угроза публичному порядку, необходимость обес­печения свободного осуществления власти и др.), в том числе в случае, если штат не платит в течение двух лет налоги в федеральный бюджет. Штаты в Бразилии также имеют право вмешательства в дела муниципий (административно-территориальных единиц), но тоже в точно указан­ных случаях, в частности при непредставлении отчетов, предусмотрен­ных законодательством.

В истории латиноамериканских федераций было несколько сот слу­чаев федеральной интервенции, но в XX в. этот институт используется все реже. Действуют другие, отлаженные механизмы подчинения субъ­ектов воле федерации, способы координации деятельности федерации и штатов.

Институт приостановления собственного (провинциального) уп­равления субъекта федерации предусмотрен конституцией Папуа — Новой Гвинеи 1975 г. Эта страна в отличие от рассмотренных ранее имеет квазимонархическую форму правления (монарха Великобритании представляет генерал-губернатор), поэтому указанная мера осуществля­ется не главой государства (он не имеет существенных полномочий), а премьер-министром, лицом, которому принадлежит реальная власть; од­нако акт премьер-министра требует последующего утверждения парла­мента. Приостановление собственного управления провинции — субъ­екта федерации — возможно в случаях коррупции в ее органах управле­ния, развала управления, несоблюдения конституции. При этом управле­ние провинцией, каждая из которых имеет свою конституцию, переходит непосредственно к федеральному правительству, провинциальное зако­нодательное собрание распускается, орган исполнительной власти про­винции отстраняется от выполнения своих обязанностей. В этот период руководит управлением провинции федеральный министр, ответствен­ный за местное управление. Эта мера не может длиться более 9 месяцев, но парламент может продлить срок еще на 6 месяцев. В течение этого времени должны быть проведены выборы в провинциальное собрание и сформировано местное правительство.

Конституции предусматривают необходимость контроля парламента за применением чрезвычайных мер в отношении субъектов федерации. В Бразилии, например, при применении федеральной интервенции дол­жен быть в течение пяти дней созван парламент для контроля за дей­ствиями исполнительных органов. В Индии парламент принимает на себя полномочия законодательного собрания штата при введении в нем

175

 президентского федерального в других странах.

1