§ 4. Социально-экономические права

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Отношение к социально-экономическим правам в различных странах неодинаково. В государствах тоталитарного социализма им придается особое значение, и они находятся на первом месте в главе конституций о

62

 поавах и обязанностях граждан. В постсоциалистических конституциях они оттеснены назад естественными правами человека. В конституциях капиталистических стран, а также многих развивающихся стран они обычно перечисляются вперемежку с другими правами.

В конституциях, принятых до первой мировой войны, не говорилось о социально-экономических правах личности и граждан. Включение таких положений в широком масштабе (отдельные упоминания встречались в конституции Мексики 1917 г., Веймарской конституции Германии 1919г.) связано с опытом России, затем СССР и других стран тоталитар­ного социализма. После второй мировой войны положения о социально-экономических правах граждан стали включаться в конституции капита­листических стран (в японскую 1946 г., итальянскую 1947 г.). Однако и сейчас не только в действующих старых конституциях (например, США), но и во многих новых основных законах нет норм о социально-эко­номических правах граждан, а во многих случаях (в том числе и в неко­торых постсоциалистических государствах) соответствующие положе­ния сформулированы как пожелания, как определенные намерения госу­дарства (вспомним, что говорилось выше о моральных правах). К тому же нормы о социально-экономических правах допускают иные варианты (право на труд не исключает безработицы). В ряде стран положения о социально-экономических правах включены в разделы о директивных принципах политики государства и рассматриваются не как субъектив­ные права, защищаемые судом, а лишь как ориентир для деятельности правительства (Индия, Нигерия, Филиппины и др.).

К числу социально-экономических прав относится прежде всего право собственности и ее наследования. Какую-то собственность, хотя бы на незначительные предметы домашнего обихода, иные изделия, элементы окружающей природы, имеют все лица, даже те, которые в джунглях или на затерянных островах ведут первобытный образ жизни. В конституциях речь идет прежде всего о собственности, обеспечиваю­щей жизненные потребности человека. Ее обычно называют частной собственностью, хотя имеются и другие понятия частной собственности (например, в марксизме). Однако крупную частную собственность (осо­бенно ту, которая определяется в марксизме как собственность на сред­ства производства) не могут иметь все члены общества, определенная часть их ее лишена и вынуждена работать по найму у государства, у коллективных собственников (например, акционерных обществ) или ин­дивидуальных предпринимателей. Выход из такого положения марксис­ты видят в уничтожении частной собственности, которую они характери­зуют как эксплуататорскую (речь идет о собственности на средства производства, -

существование же собственности как таковой и права собст­венности марксизм не отвергает). Такая ликвидация частной собствен-

63

 ности может быть осуществлена, с точки зрения марксизма-ленинизма, путем сплошной национализации средств производства, чтобы сделать всех работниками «единого государственного синдиката», или путем добровольного кооперирования крестьян, кустарей и ремесленников, что рассматривалось как преобразование частной трудовой собственности е общественную социалистическую, хотя на практике это вылилось в на­сильственное кооперирование, что повлекло за собой в СССР миллион­ные жертвы.

Представители других научных направлений видят пути преодоления указанного противоречия в создании «среднего класса», который должен стать преобладающим в обществе с высоким уровнем жизни, или в пре вращении наемных работников в совладельцев предприятий (путем покупки акций, участия в прибылях, в управлении предприятием и т.д.),  ограничении прав собственника в соответствии с концепцией социальной роли частной собственности и т.д. Есть и другие научные взгляды, в соответствии с которыми современные производительные силы в эпоху постиндустриального информационного общества переросли рамки частной собственности на средства производства, становящейся эконо­мически невыгодной для владельцев и тормозящей развитие производст­ва. Считается, что само развитие производства ведет к обобществлению собственности в самых различных формах, в том числе путем создания таких предприятий, которые принадлежат работающим на них лицам (таких предприятий, в том числе принадлежащих профсоюзам, довольно много в некоторых Скандинавских странах, есть они и в США).

О праве собственности в том или ином объеме говорится практически во всех конституциях (кроме временных основных законов). Во многих из них уже нет прежних формулировок о священной и неприкосновенной частной собственности, вместо этого говорится о социальных функциях частной собственности, о том, что она обязывает собственника (Брази­лия, ФРГ, Италия и др.). Согласно конституциям, собственность может быть изъята для государственных и общественных нужд в интересах общества. Возможна национализация отдельных отраслей хозяйства, об­служивающих общественные потребности (электроэнергетика, вода, газ, нефть, автомобильные заводы), впрочем, на практике это положение толкуется весьма расширительно: национализация самых различных объектов происходила в Великобритании, Египте, Италии, Франции, Мексике и т.д.. В условиях военного положения возможна реквизи­ция — временное изъятие собственности, например для целей обороны государства, но за плату, возможно временное изъятие на таможне за­прещенных к вывозу предметов, может быть ограничено право собствен­ника распоряжаться землей (в городах, сельскохозяйственными земля­ми и др.). Однако конкретное имущество у собственника (кроме реквизи­

64

 ции и некоторых других случаев) может быть изъято только в обществен­ных целях, на основе закона, по решению суда и при равноценном возме­щении, которое в спорных случаях также определяется судом и зачастую должно быть предварительным.

Можно обладать любой собственностью, не запрещенной законом. Однако во многих странах иностранцы не имеют права собственности на землю, на природные подземные богатства. Кроме того, некоторые объекты изъяты из оборота и не могут находиться в собственности отдельных лиц (яды, определенные виды оружия и др.). По классичес­кому мусульманскому праву четыре «стихии» — пастбища, вода, воз­дух, огонь — являются предметами общего пользования и не могут находиться в собственности частных лиц. На самом же деле на землю и воду во многих мусульманских странах давно утвердилась частная собственность.

В конституциях тоталитарных социалистических стран существует другой подход к праву собственности. Частная собственность рассматри­вается как эксплуататорская и в принципе считается несовместимой с социализмом, хотя в последние годы в сохранившихся странах тотали­тарного социализма (кроме КНДР и отчасти Кубы) частная собствен­ность и предпринимательская деятельность допускаются в довольно ши­роких масштабах. Конституции стран тоталитарного социализма исхо­дят из деления собственности на предметы производства и предметы потребления (обихода). Последняя форма собственности характеризует­ся конституциями как личная собственность, ее защита гарантируется. Допускается также частная трудовая собственность: собственность еди­ноличных крестьян, кустарей, ремесленников на ограниченные по разме­рам средства производства, орудия труда и т.д.

Конституции стран тоталитарного социализма устанавливают нерав­ноправное положение различных видов собственности. Законом уста­новлены преимущества для социалистической собственности (государ­ственной и общественной, т.е. собственности различных объединений работников, прежде всего производственных кооперативов крестьян), причем высшей среди них считается государственная, подлежащая по­вышенной правовой защите.

d современных конституциях все чаще говорится об интеллектуаль­ной собственности, связанной с творческим трудом (например, об автор­ских правах). Речь идет о нематериальной собственности, например на имя автора, на неприкосновенность произведения, изобретения, на право извлекать доходы из авторства и т.д.

С правом собственности связано право на свободную хозяйственную инициативу, на предпринимательскую деятельность. Это право зани­маться любой деятельностью, приносящей доход, если такая деятель-

65

 ность не запрещена законом (может быть запрещено, например, произ­водство ядов, оружия). Для предпринимательской деятельности сущест­вует государственная регистрация, выдается свидетельство, лицензия с указанием разрешенных видов деятельности.

Злоупотребление этим правом недопустимо. Во многих странах за­прещена монополистическая деятельность — создание объединений с целью вытеснить конкурентов с рынка и установить монопольные цены на свою продукцию, запрещено ограничивать свободу законной конку­ренции, действуют специальные законы о защите прав потребителей, организованы специальные общества потребителей (общественные объ­единения), деятельность которых обычно довольно эффективна.

К числу важнейших социально-экономических прав относятся права, связанные с трудовыми отношениями. Это прежде всего право на труд и свобода труда. Конституция и законы регулируют коллективный труд в обществе, а не индивидуальный для себя (например, работа на садовом участке). Конституции стран тоталитарного социализма ограничиваются положениями о праве на труд (о свободе труда не говорится), под кото­рым обычно понимается обеспечение государством гарантированной ра­ботой всех трудоспособных и желающих трудиться, а также ликвидация безработицы. Действительно, во многих таких странах (но не во всех) массовая безработица через 10— 15 лет после социалистических револю­ций была ликвидирована, правда, за счет переизбытка рабочих мест и связанной с этим крайне низкой оплаты труда: заработная плата, по существу, делилась между всеми работниками, в том числе и лишними. В капиталистических странах положение о праве на труд было включено в конституции, как правило, после второй мировой войны и сопровожда­лось оговоркой о помощи со стороны государства безработным. Оно было дополнено положением о свободе труда, т.е. о праве заниматься любым видом труда по своему желанию, если эта форма работы не запрещена законом. Эта формулировка одновременно была направлена против при­нудительного труда, практиковавшегося в тоталитарных, фашистских государствах, и против обязательного принуждения к труду (в отдельных социалистических государствах, в частности в СССР, в мирное время вводилось принуждение к так называемому общественно полезному труду для тунеядцев, практиковалась их административная высылка из некоторых крупных городов). В демократических странах принудитель­ный труд допускается на военной службе, по приговору суда, в условиях чрезвычайного положения.

Право на труд и свобода труда дополняются конституционными поло­жениями о безопасных и здоровых условиях труда, о праве на свободный выбор профессии, на достойное вознаграждение (в социалистических конституциях обычно говорится об оплате труда в зависимости от его

66

 количества и качества, а иногда — от общественной значимости), о праве на справедливую оплату труда. Законами установлен обязатель­ный почасовой (в США) или помесячный (во Франции) минимум оплаты труда. Существует государственное пособие в случае вынужденной без­работицы. Обычно оно составляет определенный процент от предыдущей средней заработной платы (в Великобритании — 50—60%, в Германии _ 30—35%) и выплачивается не более года (в Канаде — 8 месяцев) и только тем лицам, которые выплачивали ранее из заработной платы страховые взносы по безработице (в большинстве стран такое пособие получают лишь от 2/3 до 1 / 2 безработных). Размер пособия понижает­ся через каждые несколько месяцев. При отказе дважды от предложен­ной работы безработный может быть снят с пособия.

Среди социально-экономических прав конституции зарубежных стран называют также право на отдых. Оно означает предоставление одного или двух выходных дней в неделю, которые оплачиваются работо­дателем (иногда этих дней больше, если проводится вынужденное сокра­щение рабочего времени с целью повышения занятости), установление законом предельной продолжительности рабочей недели 40 часов (чего, однако, не существует во многих развивающихся странах), ежегодный оплачиваемый отпуск. Во многих развитых капиталистических странах продолжительность такого отпуска по закону составляет 3 (Герма­ния) — 5 (Испания, Франция) недель, но по статистике он длится дольше (например, в Германии, 2/3 работающих отдыхают, включая праздники, 36 дней), так как по коллективным договорам работодателя и профсоюза отпуск может быть увеличен, что и делается. В Италии отпуск длится в среднем 4 недели, а США — 23 дня. Самый короткий отпуск в Японии: по статистике 7,6 дня в году. Во многих развивающихся странах законов об отпусках не существует, как, впрочем, и самого отпуска для многих категорий работников, особенно в сельском хозяйстве, сфере обслужи­вания.

В подавляющем большинстве стран конституции предусматривают право на забастовку (стачку) — коллективное прекращение работы с выдвижением определенных требований к работодателю или государст­ву. Забастовки должны осуществляться в рамках закона о разрешении трудовых конфликтов. Прежде всего это означает, что требования басту­ющих могут иметь лишь экономический характер (повышение заработ­ной платы, улучшение условий труда и т.д.). Политические забастовки (с выдвижением политических требований), всеобщие забастовки (прекра­щение работы по всей стране), стачки солидарности (не ради собствен­ных требований, а в поддержку бастующих других предприятий) закона­ми обычно запрещены. Не разрешаются также забастовки на предпри­ятиях жизнеобеспечения (снабжение водой, электроэнергией и т.д.), на

67

 транспорте — железнодорожном, воздушном, а иногда и на других видах транспорта, работникам отдельных профессий (например, правоохрани­тельным органам, государственным служащим). Правда, из этих запре­тов иногда делаются исключения, а иногда, напротив, ужесточается перечень запрещений.

Проведение забастовки подчиняется установленным в законе прави­лам: предварительное уведомление работодателя о готовящейся забас­товке (обычно за неделю, за пять дней), проведение предварительных примирительных переговоров (Франция), арбитраж — добровольный (Италия) или обязательный (Австралия), опрос или даже голосование коллектива по вопросу о согласии на забастовку. На предприятиях, имеющих значение для национальной безопасности, проведение забасто­вок может быть запрещено или отложено правительством (главой госу­дарства) на определенный срок (в США такой «период охлаждения» может длиться до 80 дней).

Забастовки, не соответствующие требованиям закона, по иску рабо­тодателя или правительства (министерства труда) признаются судом не­законными. Участники такой забастовки могут быть уволены без выпла­ты компенсации, организаторы — подвергнуты наказанию (вплоть до уголовного наказания по суду), а профсоюзы, поддержавшие или органи­зовавшие незаконную забастовку, — оштрафованы судом. Штрафы бы­вают обычно очень крупными и, по существу, разоряют не только мест­ный, но и отраслевой профсоюз.

Конституции стран тоталитарного социализма, как правило, не содер­жат положений о праве на забастовку: они не разрешены, но и не запре­щены. Теоретически считается, что трудящиеся, которым принадлежит политическая власть и коллективная (социалистическая) собствен­ность, не будут бастовать против самих себя, однако на практике забас­товки, хотя и редко, но были (в широких масштабах в Польше). В ряде стран социалистической ориентации правительства даже поощряли за­бастовщиков на предприятиях иностранных фирм, демонстрируя этим борьбу против империализма. В условиях военных режимов в отдельных развивающихся странах всякие забастовки запрещены.

К числу социально-экономических прав относится право на здоровую окружающую среду, на охрану здоровья (положения об окружающей среде появились в новейших конституциях и связаны с современными экологическими проблемами). Реальное осуществление права на охрану здоровья зависит от системы здравоохранения, существующей в данной стране. В США и некоторых других странах действует система либераль­ной медицины: пациент сам оплачивает прием у врача и стоимость ле­карств. При данной системе есть, конечно, и муниципальные больницы, но ими могут пользоваться только наименее обеспеченные слои населе-

68

 ния. В Германии, Польше, Франции существует страховая (социальная) медицина. В этом случае создается специальный общегосударственный фонд здравоохранения, куда средства вносят государство из бюджета (это основная часть фонда, обычно 70—80%), предприятия (работодате­ли) и сами работники (в последнем случае это так называемая медицин­ская страховка, в Германии она составляет 6,5% от заработной платы), но в некоторых странах работники таких отчислений не делают. В дан­ном случае медицинское обслуживание и лекарства, по крайней мере во время пребывания в больнице, а часто и вне ее, бесплатны, однако до определенного предела: очень дорогие лекарства и операции дополни­тельно оплачиваются пациентом. В Великобритании, Дании, Италии, ряде тоталитарных социалистических стран существует государствен­ная медицина: расходы целиком оплачиваются из бюджета, пациент за­трат не несет. В некоторых странах с государственной медициной бес­платными являются и лекарства для амбулаторных больных (всегда при стационарном лечении), в других — лекарства для амбулаторных боль­ных платные, но существует много льгот и скидок в цене. Кроме того, дорогостоящие лекарства и операции также могут дополнительно опла­чиваться пациентом. Число стран с государственной медициной невели­ко. Законы о государственной медицине принимали социал-демократы, когда они были у власти. Во многих странах государственная медицина существует только для неимущих слоев населения. Применяются также различные смешанные формы медицинского обслуживания, чаще всего речь идет о государственно-социальной (страховой) медицине.

Конституции зарубежных стран, принятые в последние годы, содер­жат положения о праве работников на участие в управлении предпри­ятиями (обычно через своих делегатов). В соответствии с этим в ряде стран действуют законы о рабочих, заводских, производственных и иных советах, которые отчасти избираются работниками, а отчасти делегиру­ются работодателями. Они, однако, решают главным образом вопросы социального характера и не вправе вмешиваться в полномочия собствен­ника и администрации предприятий. Хозяйственная власть на предпри­ятии не может быть разделена — таково требование работодателей.

В странах тоталитарного социализма применяется более широкая формулировка — право на участие трудящихся в управлении общест­вом и государством. Она в основном относится уже к политическим, а не к социально-экономическим правам, но в ней содержится и социально-экономический элемент. На предприятиях стран тоталитарного социа­лизма создаются заводские, производственные советы, регулярно созы­ваются производственные совещания коллектива, значительными права­ми по закону обладают профсоюзные организации. Эти органы и органи­зации (в отличие от стран с рыночной экономикой) участвуют и в опреде-

69

 лении производственной деятельности предприятия. Правда, сами они находятся под руководством организаций коммунистической партии на каждом предприятии.

К рассматриваемой группе прав относится право на образование и свобода образования (в конституциях стран тоталитарного социализма говорится только о праве на образование). Положение о праве на образо­вание обычно дополняется указанием на необходимость определенной степени обязательного и бесплатного образования, которое гарантирует­ся созданием государственных и муниципальных школ. Во многих разви­вающихся странах обязательным и бесплатным является только началь­ное образование, но и этот стандарт удается выдержать не всегда из-за нехватки учителей, школьных помещений, нежелания посылать детей в школу (речь идет, например, о племенах пигмеев в Африке). Во многих развитых капиталистических странах обязательным является девяти-, а иногда одиннадцатилетнее образование. В большинстве постсоциалис­тических стран установлено обязательное и бесплатное восьми- или де­вятилетнее образование.

Свобода образования — это право учить детей и получать образова­ние взрослым любым способом: в государственных, муниципальных, цер­ковных школах, самостоятельно, экстерном и т.д., но всегда предусмат­риваются экзамены. Государственные школы, как и муниципальные, бес­платны, однако можно получать образование также в частных школах, частных пансионах, где число учеников в классе значительно меньше (в Великобритании, например, почти в 2 раза) и качество образования, как правило, выше (в постсоциалистических странах — далеко не всегда), но за учебу приходится платить довольно дорого. Высшее образование тоже может быть государственным и частным. В некоторых странах обучение в государственных университетах бесплатное, в других за него тоже надо платить, хотя и меньше, чем в частных университетах. В большинстве стран студенты не имеют государственной стипендии, хотя многие полу­чают ее от благотворительных фондов, муниципалитетов, предприятий. В странах тоталитарного социализма высшее образование бесплатное, все успевающие студенты получают стипендии, правда, их размер зачас­тую гораздо ниже прожиточного минимума. Аналогичная ситуация су­ществует и в большинстве постсоциалистических стран.

С правом на образование связана академическая свобода — свобода обучения, преподавания в соответствии с взглядами и концепциями пре­подавателя. Вместе с тем существуют государственные образовательные стандарты, определяющие объем и уровень необходимых знаний (во мно­гих странах, например в США, стандартов нет и преподаватель вправе читать лекцию по любой проблеме, которая объявляется заранее, а сту­денты по собственному желанию записываются на прослушивание ее).

 Законодательство запрещает при обучении внушать насилие, презрение к другим народам, нарушать моральные принципы. Иногда принцип ака­демической свободы применяется только к высшей школе.

В конституциях стран тоталитарного социализма нередко устанавли­вается, что обучение должно осуществляться на основе марксистско-ленинской идеологии и соответствовать целям коммунистического воспи­тания.

Конституции многих стран, особенно принятые после второй миро­вой войны, говорят о праве на социальное обеспечение (иногда — на социальную помощь) или на пенсию. Пенсии обычно подразделяются на трудовые и социальные. Первые выплачиваются государством при двух условиях: достижении определенного возраста и наличии необходимого трудового стажа. За рубежом пенсионный возраст обычно составляет 60—65 лет для мужчин и 55—60 лет для женщин (иногда он бывает выше), а стаж — 20—25 лет для женщин и 25—30 лет для мужчин. При неполном стаже работы выплачивается частичная пенсия. В одних стра­нах можно одновременно работать, получая заработную плату, и иметь пенсию по возрасту (Куба, Румыния и др.), в других такое совмещение запрещено (Франция). Для выплаты пенсий в государстве создается пен­сионный фонд, состоящий из средств из бюджета, отчислений предпри­ятий, нередко из налоговых отчислений от заработной платы (по жела­нию самих работников). Для получения права на пенсию работник дол­жен сделать определенное количество таких ежемесячных отчислений (в некоторых странах 40—50).

Социальные пенсии выплачиваются при инвалидности (в том числе инвалидам с детства, не имеющим возможности трудиться), в случае потери кормильца, для воспитания малолетних детей, в других случаях, установленных законом. Кроме государственных пенсий, определенным категориям лиц выплачиваются муниципальные пенсии или муниципаль­ные доплаты к государственной пенсии. В развитых странах, как прави­ло, выплачиваются дополнительно пенсии от фирм, в основном работни­кам, которые долго в них работали. По законодательству некоторых стран разрыв между минимальной и максимальной пенсией не должен быть значительным (например, в Швейцарии не более чем в 2 раза). Право на социальное обеспечение может включать социальное обслужи­вание (например, содержание в домах престарелых, инвалидов).

В последние десятилетия в конституциях ряда стран (даже развиваю­щихся) появилось новое социально-экономическое право — право на жилище. Оно обычно толкуется так, что каждый вправе приобретать себе жилище в любом районе страны (исключение составляют военные городки, закрытые зоны), а малоимущим гражданам жилье за низкую цену или бесплатно предоставляют муниципалитеты из государственных

71

 или муниципальных жилищных фондов. При аренде жилья наймодатель не вправе произвольно расторгнуть договор. Выселить арендатора можнс лишь в судебном порядке и по основаниям, указанным в законе (это не соблюдается во многих развивающихся странах). В постсоциалистических странах, где в городах жилье в основном принадлежало государства или местным органам власти и сдавалось гражданам в аренду по очень низким, просто символическим ценам, теперь разрешена приватизация государственного, муниципального, ведомственного (принадлежащего органам управления) жилья: по желанию квартиросъемщика оно бес­платно переходит в его собственность, и в отличие от прежнего порядке новый собственник должен сам заботиться о нем, проводить необходи мый ремонт. Собственник вправе продать жилище или иным образов» распорядиться им. Выселение лица из арендуемого жилья возможно только по судебному постановлению.

Среди социально-экономических прав и прав в области культуры конституции обычно называют свободу литературного, художественного научного и других видов творчества. Интеллектуальная собственность (право автора на свое произведение, идеи), о которой все чаще говорите? в конституциях, охраняется законом. В конституциях содержатся также положения о праве на участие в культурной жизни, праве пользоваться достижениями культуры, о доступе к культурным ценностям и другие положения, касающиеся прав в области культуры. В странах тоталитарного социализма творчество в области культуры должно соответствовать официальной идеологии (например, идеям чучхе в КНДР).

1