§ 2. Сущность и содержание конституции

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Сущность и свойства конституции. Представители разных юриди­ческих школ по-разному характеризуют сущность конституции. Школа естественного права видит в ней своего рода общественный дого­вор, нормативисты — высшую, основную норму, институционалисты — статут не только государства, но и корпоративной организации общества в целом, марксизм-ленинизм — продукт классовой борьбы и закрепле­ния ее результатов. В современной науке конституцию рассматривают не только как юридический, но и как политический и идеологический документ. Ее сущность как юридического документа (в данном случае речь идет не о социальной сущности) состоит в тех качествах, которые были отмечены выше в определении конституции: в особом ее содержа­нии (предмете регулирования), ее высшей юридической силе, роли кон­ституции как юридическо/й основы текущего законодательства, в повы­шенной стабильности, что связано с порядком ее принятия и изменения, отличающимся от обычного законодательного процесса.

Некоторые из этих качеств, характеризующих различные стороны сущности, называют свойствами конституции. Иногда добавляют и другие свойства: более высокая степень обобщенности по сравнению с иными правовыми актами, комплексный характер конституции как пра­вового документа, ее значение как юридической базы законодательства и др. В ряде стран, однако, существуют отступления от этих признаков

30

 Иногда конституции регулируют не только основы общественного и госу­дарственного строя, но и несущественные детали (например, ст. 25-бис швейцарской конституции 1874 г. запрещает резать скот и пускать кровь без предварительного его оглушения). Наряду с исключительной ста­бильностью некоторых конституций (конституция США действует более 200 лет всего лишь с 27 поправками) основные законы ряда стран Азии, африки, Латинской Америки подвергаются частым изменениям: после многочисленных военных переворотов обычно принимаются новые кон­ституции (в Таиланде сменилось полтора десятка конституций, в Вене­суэле — около 30 и т.д.). Высшая юридическая сила конституции отчас­ти признается и в тех странах, где в ее состав входят нормы обычного права, ибо (в Швеции, например) считается, что они имеют большую силу, чем закон, хотя конституции некоторых развивающихся стран до­пускают «конституционно нарушающее законодательство» — принятие чрезвычайных законов (обычно 2/3 голосов всего состава парламента), которые несовместимы с конституцией, но превалируют над ее положе­ниями (Шри-Ланка, Ямайка и др.). Такие законы принимаются в чрезвы­чайных условиях, когда необходимо быстро реагировать на ситуацию, не прибегая к длительной процедуре изменения конституции.

Как политический документ конституция закрепляет соотношение социальных сил в обществе, их борьбу и сотрудничество, достигнутый компромисс, а иногда, напротив, — господство определенных слоев насе­ления или военно-политических группировок (последнее в первую оче­редь относится к временным конституциям, принимаемым в результате военных переворотов), регулирует политический процесс в обществе. Конституция отражает степень восприятия общечеловеческих ценнос­тей в обществе данной страны, содержит, хотя и в неодинаковой мере, программные положения о путях развития общества.

Эти качества, получающие свое выражение не в какой-то отдельной статье, а в содержании всего основного закона, и прежде всего закрепле­ние конституцией соотношения социальных сил в обществе, которые посредством борьбы и сотрудничества приходят к консенсусу по принци­пиальным конституционным вопросам общественного и государственно­го строя, обусловливают социальную сущность конституции.

С этой точки зрения можно различать в зарубежных странах не­сколько видов конституций: основные законы, отражающие влияние феодалов, — конституции полуфеодально-теократического характера (Бахрейн, Бруней, Кувейт, ОАЭ и др.); конституции, провозглашающие защиту интересов трудящихся, — социалистические конституции (Вьетнам, Китай и др.); конституции капиталистического общества (США и др.); постсоциалистические конституции (Болгария, Венгрия, Украина и др.). Многие конституции, особенно принятые в последние

31

 десятилетия, отражают процессы развития современной цивилизации, характеризуемые внедрением в капиталистическое общество элементов социализма (Италия, Португалия и др.), а в социализм — элементов капитализма (Китай и др.).

Как идеологический документ конституция в концентрированном виде отражает господствующую в обществе или принятую его руково­дящими силами социально-политическую доктрину, определенное ми­ровоззрение. Иногда положения о принятой идеологии непосредственно закреплены в конституции (идеи марксизма-ленинизма и Мао Цзедуна в китайской конституции 1982 г., исламских ценностей в конституции Алжира 1996 г., идеология мобутизма — от собственного имени пре­зидента Мобуту — в конституции Заира 1980 г., панча-сила в Индоне­зии и др.).

Содержание конституции. Основной закон имеет социальное и юридическое содержание. Социальное содержание конституции — это конкретизация ее социальной сущности. Оно богаче сущности, так как отражает необходимое (основы существующего строя, т.е. сущность) и случайное (несущественное, частные национально-специфические особенности отдельной страны). Конституции Японии и Индии одина­ковы по своей социальной сущности — это конституции капиталисти­ческого общества, но конкретные социальные силы в этих странах, определяющие их развитие, неодинаковы (в первом случае — крупная буржуазия, во втором — национальная буржуазия). Одинаковы по своей сущности, но различны по социальному содержанию конституции США и Египта, Мексики и Пакистана, Бразилии и Канады и т.д. Это нашло свое выражение в указанных выше различиях нескольких видов конституций.

Иногда дается иная классификация зарубежных конституций по и:

социальному содержанию: либеральные, этатические и смешанные, этатически-либеральные. Эта классификация в какой-то мере смыкается с предыдущей: конституции демократических стран — либеральные, тота­литарных — этатические, характеризующиеся гипертрофированной ролью государства. В условиях переходных периодов нередки этатически-либеральные конституции.

Правовое, юридическое содержание конституции — это тот юридически значимый материал, из которого она состоит. Это нормы, закрепляющие основы общественного строя (формы собственности, организацию управления экономикой, например плановое или рыночное хозяйство, партийную систему и др.), государственного строя (форму правления форму устройства государства и др.), основные права граждан (праве собственности, право на труд, на свободу слова, неприкосновенность личности и др.). Наряду с принципиальными положениями конституция

32

 содержит нормы, в которых эти положения детализированы (например, о парламентских процедурах, о некоторых полномочиях местного само­управления). Правовое содержание конституции неодинаково в монар­хии Бельгии (она регулирует многие отношения, связанные с троном) и республике Франции, в демократической Японии и тоталитарной КНДР, в развитой Италии и африканской Ботсване.

По своему характеру конституции могут быть демократическими, авторитарными и тоталитарными. Первые отражают общечеловеческие ценности, достижения в прогрессивном развитии политической и юриди­ческой мысли (Италия, Япония, Бразилия и др.). Авторитарные консти­туции нередко провозглашают господство и юридические привилегии определенных классов, социальных слоев, рас, этнических групп в обще­стве, устанавливают фиксированную партийную систему (чаще всего однопартийность, однако конституция Нигерии 1989 г. разрешает две партии, законодательство Индонезии — три), принижают роль парла­мента, ограничивают основные права граждан. Тоталитарные конститу­ции закрепляют господство одной партии, слитную партийно-государст­венную систему, вождизм, обязательную идеологию. Названные же в конституциях стран тоталитарного социализма основные права человека не осуществляются.

Тенденция развития зарубежных конституций. Общемировой процесс развития конституций прошел три этапа и сейчас находится на четвертом. На разных этапах их социальное и юридическое содержание изменялось. Первый этап длился от возникновения современных кон­ституций в XVIII в. до первой мировой войны и образования государств тоталитарного социализма. Конституционный процесс на этом этапе ох­ватывал в основном Европу, Северную и Южную Америку (исключение составляли африканская Либерия, Южная Африка и Австралия). Объем конституционного регулирования был узким, он ограничивался преиму­щественно личными и некоторыми политическими правами граждан, а также вопросами организации и деятельности органов государственной власти. На втором этапе — между двумя мировыми войнами — консти­туционное регулирование распространилось на некоторые вновь образо­ванные государства Восточной Европы, единичные страны Азии и Афри­ки («колониальные конституции»). В связи с возросшей экономической и социальной ролью государства это регулирование затронуло (и в ста­рых, и в новых государствах) новые области общественных отношений, а в появившихся конституциях стран тоталитарного социализма оно при­обрело почти всеобъемлющий характер, охватив сферу социально-эконо­мических прав, идеологии, создание тоталитарной политической системы. На третьем этапе — после второй мировой войны до рубежа 80— 90-х годов — конституционный процесс приобрел глобальный характер,

33

 распространившись на Азию, Африку, Океанию, поскольку в результате ликвидации колониальной зависимости возникло более 100 новых госу­дарств. На этом этапе в разных группах государств действовали четыре модели конституции: либеральные конституции прошлого (США, Бель­гии и др.), либеральные конституции «второй волны» (Японии 1946 г., Италии 1947 г. и др.), конституции тоталитарного социализма и либерально-этатические конституции во многих развивающихся странах (включая Латинскую Америку). В первых и особенно во вторых, в част­ности под влиянием ранних социалистических конституций, массового демократического движения, был существенно расширен объект консти­туционного регулирования: в них были включены социально-экономи­ческие положения, нормы о роли партий, принципы внешней политики, отчасти положения об общественных объединениях. Конституции тота­литарного социализма отрицали разделение властей и закрепляли прин­цип единства государственной власти в его специфическом понимании («Вся власть Советам!»), провозглашали руководящую роль марксистско-ленинской партии в обществе и государстве, преимущества в правах для «трудящихся», обязательную идеологию. Конституции новых, разви­вающихся государств (капиталистической ориентации) тяготели к за­падной модели, заимствуя отдельные положения основных законов тота­литарных социалистических государств (по национальному вопросу, о планировании, борьбе с эксплуатацией и др.). Конституции стран социа­листической ориентации во многом копировали социалистическую кон­ституционную модель, часто ухудшая ее (впрочем, они включали некото­рые либеральные положения). На этом этапе во многих странах особенно четко выявилось противоречие между юридической и фактической кон­ституцией, многие позитивные нормы конституций нередко носили лишь декларативный характер(особенно в социалистических и развивающих­ся странах).

Четвертый этап, начавшийся в конце 80-х — начале 90-х годов, характеризуется крушением тоталитарных режимов в Европе, Азии, Аф­рике. С конца 80-х годов до 1997 г. принято более 100 новых конституций, отразивших изменение ситуации и конституционных приоритетов. Они отражают также возрастаяие значения общечеловеческих ценностей (в какой-то мере это относится и к новым конституциям сохранившихся социалистических стран, к поправкам к ним), разрыв с тоталитаризмом, сближение различных правовых систем при более точном учете собст­венного опыта.

1