ГОСУДАРСТВЕННОЕ УГОЛОВНОЙ И ЭКЗЕКУЦИОННОЕ ПРАВО

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 

Римское уголовное право, как уже говорилось, на первом этапе своего развития ограничивалось только теми вилами преступлений, которые, в первую очерель, были направлены против устоев государственной власти как таковой, т. е. такими их видами, как государственная измена и преступления против религии. Но уже в период 200-х и 100-х годов до н. э., когда Рим превратился в огромный город с большим количеством проживавших в нем пролетариев и множеством рабов, такие ограничения оказались недостаточными. Даже элементарное обеспечение безопасности граждан требовало принятия самых энергичных мер в области уголовного законодательства, направленных против всевозможных насильников, поджигателей и воров. Результатом этих мер явилось создание государственных уголовных судов и, в первую очередь, особого рода полицейских (judicia publicd), которые, как правило, подвергали уголовному наказанию лиц, совершивших общественно опасные преступления со смертельным исходом. Судебные процессы, относившиеся к таким преступлениям, как государственная измена и злоупотребление служебным положением, содержали в своей основе элементы борьбы за политическую власть, что, безусловно, делало полицейские суды непригодными для использования их в этих целях. Поэтому вместо ранее созданных полицейских судов позже в 100-х годах до н. э. был введен процессуальный метод, построенный на базе коллегий, формировавшихся из дававших соответствующую присягу судей, которые разбирали наиболее тяжелые и запутанные дела, связанные с преступлениями, прямо или косвенно направленными против основ государственной власти, например, такими, как расхищение государственного имущества, скупка голосов избирателей во время проведения выборной кампании, факты вымогательств, допускавшихся крупными государственными чиновниками по отношению к провинциальным должностным лицам, убийство, умышленное отравление, фальсификация денег (фальшивомонетчики), подделка завещаний и множество других самых разнообразных видов преступлений. Процедура ведения судебного следствия в уголовных судах того периода довольно близко напоминала аналогичную практику ведения уголовных дел при отправлении англосаксонского правосудия. Итак, каждая из участвовавших в

По римскому праву лица, не имевшие подлежащего налогообложению имущества, но платившие налог только за детей (прим. ред.).

101

судебном разбирательстве сторон имела право исключать из коллегии по заранее утверждавшимся спискам определенное число судей. Предъявление необходимых доказательств было исключительно прерогативой сторон. Обвиняемому предоставлялись значительные преимущества перед обвиняющей стороной. Аля защиты своих интересов в ходе ведения судебного разбирательства он имел право нанять до шести адвокатов. Кроме этого, ему давалось определенное время на выступления в суде, которое в полтора раза превосходило время, отпускавшееся на выступление обвинителя. Члены судебной коллегии не имели права на вз имное обсуждение каких бы то ни было вопросов, непосредственно относившихся к судебному делу. Принятие окончательного решения по вынесенному судом обвинению производилось закрытым тайным голосованием. В случае получения в результате такого голосования одинакового количества голосов "за" и "против" обвинения суд принимал решение об освобождении обвиняемого. Само обвинительное заключение составлялось на основании закона заранее. Мера наказания за совершенное преступление в случае утверждения обвинительного заключения суда была предусмотрена законом заранее - в соответствии со строго и кратко сформулированной в нем мерой -и председателю судебной коллегии в этом случае оставалось только признать вынесенную меру наказания и огласить ее. В такого типа уголовных судах, а они составляли всего лишь только сотую долю, выступало множество блестящих римских адвокатов, получивших превосходное образование в лучших эллинских школах риторического искусства, и, надо сказать, что своими выступлениями они нередко делали себе отличную политическую карьеру.

К крупным реформам римского императора Августа относятся энергичные меры, предпринятые им в области уголовного права и полицейских судов. Тот набор полицейско-юри-дических мер, который был направлен против заведомо уголовных элементов римского общества и который развился в республиканский период, Август целиком отдал на откуп в руки городского префекта (мэра). Силой своей власти префект создал уголовно-правовой институт, который постепенно вытеснил даже существовавшие тогда судебные коллегии. Это практическое новшество, представлявшее собой новый порядок ведения дел по расследованию особо важных криминальных преступлений (cognitio extra ordinem), уже в период I столетия до н. э. полностью вытеснило устаревшую систему судебных коллегий. Введение новой техники процессуальных дел по своей сущности знаменовало обретение судами большей свободы действий, с одной стороны, а с другой - получение возможностей использования более широкого спектра уголовно-правовых норм с точки зрения дифференцированного подхода к наказаниям за совершенные уголовные преступления.

102

Как нам кажется, римляне прекрасно поняли необходимость дальнейшего совершенствования юридической техники в области как уголовного права, так и ведения процессуальных уголовных дел, и целенаправленно стремились к достижению быстрого, без проволочек, решения процессуальных дел и одновременно обеспечения правовой надежности разбирательства. Особенно примечательным моментом в практике римских юристов было то, что они в эпоху республики вели непрерывный и интенсивный поиск возможностей, которые могли обеспечить обвиняемому надежное правовое положение перед коллегиальным судом в ходе самого судебного разбирательства.

Намного более сомнительно и медленно римская государственная власть действовала в области экзекуционного права. В соответствии с первоночально весьма жесткими и строгими нормами экзекуционного права по отношению к личности провинившегося, применявшимися согласно римским Законам двенадцати таблиц, кредитор, благодаря существовавшей тогда особой системе обвинительного права, мог забрать должника в свой дом в качестве заложника и держать его у себя в течение определенного срока, назначавшегося самим кредитором. Если за отведенное ему время должник так и не мог выплать кредитору своего долга, то в этом случае последний имел полное право убить своего должника или, что нередко практиковалось в ту жестокую эпоху, продать должника в рабство. Характерной особенностью взаимосвязи этой нормы экзекуционного права с коллективной ответственностью всей родовой общины за долги одного из своих соплеменников было то, что возникшая ситуация оглашалась на форуме (в данном случае на суде) с тем, чтобы родственники оказавшегося в долгах и плененного кредитором сородича или его друзья - с оговоркой об определенной отсрочке в выплате долга - могли собрать необходимую сумму и вызволить его из беды. Далее, в соответствии с изданным приблизительно в 330 г. до н. э. так называемым законом "lex Poetilia" (закон Поэтилия) появилась поправка, согласно которой кредитор уже лишался права убивать своего должника или продавать его в рабство. Право кредитора в соответствии с этим законом ограничивалось тем, что он мог держать своего должника в заточении до выплаты всей суммы долга или заставить его отрабатывать долг.

По мере дальнейшего развития экономической жизни римского общества и достижения им более высокого уровня эта примитивная форма персональной экзекуционной системы права оказалась недостаточной. Именно поэтому была разработана и введена в судебную практику новая система экзекуционного права, по сути и духу вполне соответствовавшая существовавшей тогда ситуации. Здесь следует отметить один довольно интересный момент, связанный с невозможностью выплаты долга, т. е. фактически с банкротством,

» 103

а именно: римляне не стали создавать какого-то специального экзекуционного права, а прибегли к использованию трехступенчатого метода наказания лиц, не сумевших выплатить своих долгов кредиторам и поэтому оказавшихся в их представлении банкротами. Этот метод первоночально назывался римлянами методом missio in possessionem (метод наказания путем лишения, отторжения собственности), в соответствии с которым кредитор выступал в качестве совладельца (пайщика) собственности должника, т. е. в данном случае банкрота. Если, например, кредиторов было несколько, то все они могли участвовать в качестве таких совладельцев его собственности, но тогда претор, как правило, вводил в действие новую формулу, называвшуюся curator Ъопогит (куратор собственности банкрота), который отстаивал общие интересы всех кредиторов перед банкротом. Если банкрот не обладал соответствующим правом, то претором назначался magis-ter Ъопогит (управляющий собственностью), задача которого заключалась в составлении описи всего домашнего имущества банкрота, а также всех видов иного его имущества в целях подготовки распродажи его с торгов. Последней ступенью этого нового метода была уже сама распродажа всего описанного имущества банкрота, включая и другие, кроме домашнего, виды имущества и прочие материальные средства по максимально высоким ценам, после чего кредитор (или кредиторы, если их было несколько) получали каждый свою долю от распродажи имущества, пропорционально той сумме, которая была выплачена им покупателем.

Формула "Venditio bonorum" (распродажа имущества банкрота с торгов) первоночально оборачивалась тяжелыми последствиями для банкрота. Его угнетала потеря доброго имени и бесчестье (infamia). Во время правления Августа было обнародовано специальное распоряжение о банкротах, в котором говорилось о том, что если какое-либо лицо не по своей вине, а в результате не зависевших от него обстоятельств оказывалось несостоятельным и, таким образом, становилось банкротом, то в том случае, если он на добровольных началах полностью отказывался от всего своего имущества в пользу кредитора, который намеревался распродать его на торгах (cessio bonorum) в счет оплаты долга, он мог избежать грозившего ему бесчестья применения по отношению к нему персонального экзекуционного права. В годы правления Юстиниана (следовательно, в 500-е годы до н. э.) впервые были введены новые правила - о beneficium competentiae (компенсационная услуга), согласно которым в случае принудительного применения экзекуционного права банкроту оставлялась часть средств, необходимая для его существования. В более поздний императорский период правления начало действовать еще одно экзекуционное право, так называемое реальное экзекуционное право описи имущества банкрота, на основании которого кредитор мог в принудительном порядке

104

забрать из лома банкрота все его имущество (тапи militari -военной рукой).

Множество факторов явилось причиной того, что римское экзекуционное право так и не смогло подняться до того уровня, который мог бы обеспечить его соответствие конструктивным достижениям как в области гражданского, так и уголовного права. Вот только некоторые из этих факторов: привязанность норм экзекуционного права к гражданским процессам, в результате чего введение в экзекуционное право такой нормы, как выплата денежных штрафов, оказалось задержанным на длительный срок; примитивная техника использования персонального экзекуционного права в обществах с аграрным уклоном хозяйства; недостаточно эффективное совершенствование юридических норм, обеспечивавших реальную защиту недвижимого имущества. Но, по всей вероятности, наоборот, чрезвычайно важным фактором в жизни римского общества явилось то, что римляне больше уже не желали возвращаться в прошлое и мириться с фактами посягательств со стороны государственной власти на сферу личной жизни римского отца семейства, который, как civis Romanus (гражданин Рима), должен был иметь надежную защиту от какого бы то ни было вмешательства государственной власти в его личную жизнь и жилище.

1