37. СУДЕБНАЯ РЕФОРМА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 

Структуру дореформенной судебной системы составляли разнообразные исторически сложившиеся органы, делавшие ее сложной и запутанной. Существовали особые суды для дво­рян, горожан, крестьян, специальные коммерческие, совест­ные, межевые и иные суды. Судебные функции отправляли и административные органы — губернские правления, органы полиции и др.

Рассмотрение дел во всех судебных инстанциях происхо­дило при закрытых дверях. На деятельность суда сильное давление оказывали различные административные органы, ведение следствия и исполнение приговора предоставлялись органам полиции, которые, кроме того, могли принимать на

 

Государство и право в период перехода к буржуазной монархии            261

себя и судебные функции по «маловажным»делам. По словам А.Ф. Кони, «следствие было в грубых и нечистых руках, а между тем составляло не только фундамент, но, в сущности, единственный материал для суждения о деле», так как суд получал дело, знакомился с ним только по материалам, подго­товленным полицией.

Делопроизводство могло тянуться годами. В судебном процессе господствовали инквизиционное начало и теория формальных доказательств.

Работа по подготовке судебной реформы, начавшаяся в 50-х гг., особенно интенсивно пошла после провозглашения крестьянской реформы. К началу 1861 г. на рассмотрение Государственного совета было представлено (с 1857 по 1861 г.) 14 законопроектов, предлагавших различные измене­ния в структуре судебной системы и судопроизводства: огра­ничение числа судебных инстанций, введение устности, глас­ности, состязательности и пр. Материалы судебной реформы составили 74 тома.

В конце 1862 г. в судебные инстанции был разослан проект «Основных положений судоустройства», в котором были сформулированы новые принципы: бессословность суда, от­мена системы формальных доказательств и определения об «оставлении в подозрении». Ничего, однако, не говорилось о независимости судей.

К новым принципам относились: идея отделения суда от администрации, установление состязательности, отделение судебной власти от обвинительной, введение присяжных за­седателей. Предполагалось, что у присяжных будут изъяты дела о государственных («для сохранения уважения к инсти­туту присяжных») и должностных (из-за опасения чрезмерно­го возвышения судебной власти) преступлениях. Авторы про­екта настояли также на выделении института мировых судей из общего порядка судопроизводства, подчеркивая их специ­фику.

Отзывы, поступившие с мест на разосланный проект, от­метили неполноту и непоследовательность в отделении суда от администрации, непоследовательность в определении компетенции института мировых судей. Усмотрена была опасность в создании института присяжных поверенных и широких полномочиях следователей.

 

262   VI.

Дискутировался вопрос о моделях суда присяжных. Какую выбрать — континентальную (где ставился вопрос «виновен ли подсудимый?») или английскую (где вопрос звучит «совер­шил ли подсудимый данное деяние?») (Выбрана была первая модель). В отношении института мировых судей также име­лись разногласия: как должны решать они дело — по закону или по своему усмотрению, лишь ссылаясь на закон? (Выбра­ли первый вариант.)

В ноябре 1864 г. были утверждены и вступили в силу основ­ные акты судебной реформы: Учреждения судебных установ­лений, Устав уголовного судопроизводства. Устав о наказани­ях, налагаемых мировыми судьями.

Создавались две судебные системы: местные и общие суды. К местным относились волостные суды, мировые судьи и съезды мировых судей, к общим — окружные суды, учреж­даемые для нескольких уездов, судебные (по гражданским и уголовным делам) палаты, распространявшие свою деятель­ность на несколько губерний или областей, и кассационные (по гражданским и уголовным делам) департаменты Сената. Власть этих судов распространялась на все сферы, кроме тех, где действовала юрисдикция духовных, военных, коммерчес-• ких, крестьянских и инородческих судов.

Реформа судебной системы закрепила новые принципы:

отделение суда от администрации, создание всесословного суда, равенство всех перед судом, несменяемость судей и сле­дователей, прокурорский надзор, выборность (мировых судей и присяжных заседателей).

В ходе подготовки и проведения реформы были созданы новые институты присяжных заседателей и судебных следо­вателей и реорганизована деятельность старых. Изменились функции прокуратуры, а именно: поддержание обвинения в суде, надзор за деятельностью судов, следствием и местами лишения свободы.

Прокурорская система возглавлялась генерал-прокуро­ром. При Сенате учреждались должности двух обер-прокуро­ров, а в судебных палатах и окружных судах — должности прокуроров и товарищей прокуроров. Все прокуроры назна­чались императором по представлению министра юстиции.

Формирование принципов состязательности в судебном процессе потребовало создания нового специального инсти-

 

Государство и право в период перехода к буржуазной монарх                263

тута — адвокатуры (присяжных поверенных). Наряду с при­сяжными поверенными в коллегиях при судах в процессе (по разрешению суда и по договоренности одной из сторон) могли участвовать частные поверенные. Руководящим орга­ном коллегии адвокатов стал Совет присяжных поверенных.

Для удостоверения деловых бумаг, оформления сделок и других актов учреждалась система нотариальных контор в губернских и уездных городах.

В основу преобразований реформы 1864 г. был положен принцип разделения властей: судебная власть отделялась от законодательной, исполнительной, административной. В за­коне отмечалось, что в судебном процессе «власть обвини­тельная отделяется от судебной». Провозглашалось равенст­во всех перед законом.

Путаницы в системе старых судебных учреждений не стало вместе с отменой принципа сословности судов. Однако пережитки сословности сохранились в виде судебных учреж­дений с особой компетенцией (волостные, духовные, воен­ные, коммерческие и инородческие суды). Да и само разделе­ние системы на общие и местные судебные учреждения не способствовало ее унификации.

Мировые судьи избирались уездными земскими собрания­ми и городскими думами. Достаточно высокий имуществен­ный и образовательный ценз практически закрывал доступ на эту должность представителям низших классов. Кроме того, занимать должность почетного мирового судьи, кото­рая не была оплачиваемой, могли позволить себе только со­стоятельные люди.

Мировой округ включал, как правило, уезд и входящие в него города. Округ делился на мировые участки, в пределах которых осуществлялась деятельность мировых судей.

На созывающиеся съезды мировых судей ложилась обя­занность кассационного рассмотрения жалоб и протестов, а также окончательное решение дел, начатых участковыми ми­ровыми судьями.

Закон определял сферу юрисдикции мировых судей: им были подсудны дела «о менее важных преступлениях и про­ступках», за которые предусматривались такие санкции, как кратковременный арест (до трех месяцев), заключение в ра-

 

264   VI.

ботный дом на срок до года, денежные взыскания на сумму не свыше 300 рублей.

В сфере гражданско-правовой на мировых судей возлага­лось рассмотрение дел по личным обязательствам и догово­рам (на сумму до трехсот рублей), дел, связанных с возмеще­нием за ущерб на сумму не свыше 500 рублей, исков за оскор­бление и обиду, дел об установлении прав на владение. Споры о праве собственности на недвижимое имущество были у ми­ровых судей изъяты.

Окружные суды учреждались на несколько уездов и состо­яли из председателя и членов. Новым институтом, введен­ным реформой на уровне первого звена общей судебной сис­темы (окружных судов), были присяжные заседатели. На суд присяжных предлагались дела «о преступлениях и проступ­ках, влекущих за собой наказания, соединенные с лишением всех прав состояния, а также всех или некоторых особенных прав и преимуществ».

Избранная континентальная модель института присяж­ных заседателей (ответ на вопрос «виновен ли подсуди­мый?») определила организацию и порядок их работы.

Присяжным заседателем могло стать лицо в возрасте от 25 до 70 лет, обладающее цензом оседлости (два года). Для выбо­ров присяжных составлялись общие списки, в которые вклю­чались: почетные мировые судьи, служащие (кроме профес­сиональных юристов), все выборные должностные лица, во­лостные и сельские судьи из крестьян, прочие лица, распола­гающие недвижимостью или доходом. Не могли включаться в списки священники, военные, учителя, прислуга и наемные рабочие.

Общие списки служили основой для составления списков очередных и запасных заседателей на год. За три недели до судебного заседания председатель суда по жребию отбирал тридцать очередных и шесть запасных заседателей. В заседа­нии оставалось двенадцать присяжных. Присяжные заседате­ли могли быть отведены как подсудимым (двенадцать при­сяжных) , так и прокурором (шесть человек). Из числа неотве­денных избирались двенадцать присяжных, из них — один старшина.

После рассмотрения дела по существу и окончания пре­ний председатель суда разъяснял присяжным правила о силе

 

265

Государство и право в период перехода к буржуазной монархии

 

 

 

приведенных доказательств, «законы о свойствах рассматри­ваемого преступления»и предупреждал их против «всякого увлечения в обвинении или в оправдании подсудимого». Для судьи-профессионала это был способ влияния на неискушен­ных в судейских делах присяжных заседателей.

Председатель суда вручал присяжным письменные вопро­сы о факте преступления и вине подсудимого, которые огла­шались в суде. Вопросы разрешались присяжными по боль­шинству голосов. Отмена вердикта была возможной лишь в случае, если суд единогласно признавал, что «решением при­сяжных осужден невиновный». В этом случае он выносил по­становление о передаче дела на рассмотрение нового состава присяжных, решение которых было окончательным. Закон подчеркивал, что «приговор, постановленный судом с учас­тием присяжных заседателей, считается окончательным».

При окружных судах учреждался институт следователей, осуществлявших под надзором прокуратуры предваритель­ное расследование преступлений на закрепленных за ними участках. До реформы предварительное следствие осущест­вляли земский суд и управа благочиния (надзор за ними был со стороны прокурора, стряпчих, губернского правления). Обвинительное заключение составлялось в канцелярии суда, т.е. следствие не было отделено от суда. Реформа отделила предварительное следствие от судебного расследования. Рас­следование делилось на генеральное (предварительное, без предъявления обвинения) и специальное (формальное, с предъявлением обвинения).

На судебные палаты возлагались дела по жалобам и про­тестам на приговоры окружного суда, а также дела о долж­ностных и государственных преступлениях по первой ин­станции. Дела рассматривались при участии «сословных представителей»: губернского и уездного предводителей дво­рянства, городского головы губернского города и волостного старшины. Судебные палаты выступали в качестве апелляци­онной инстанции по делам окружных судов, рассмотренных без участия присяжных заседателей, и могли заново, в пол­ном объеме и по существу, рассматривать уже решенное дело.

Кассационные департаменты Сената рассматривали жа­лобы и протесты на нарушение «прямого смысла законов», просьбы о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельст-

 

266   VI.

вам приговоров, вошедших в законную силу, и дела о служеб­ных преступлениях (в особом порядке судопроизводства). В 1872 г. было учреждено также Особое присутствие Сената, рассматривающее политические дела особой важности. Де­партаменты Сената были кассационными органами для всех местных и общих судов России и могли рассматривать любое дело, решенное в низших инстанциях с нарушением установ­ленного порядка.

При разработке реформы было высказано предложение создать должность областного главного судьи, который осу­ществлял бы общее руководство судопроизводством и назна­чал на судейские должности, но оно было отвергнуто прави­тельством, опасавшимся, что судебная система может полу­чить тем самым излишнюю, с его точки зрения, автоном­ность. Тогда же было отвергнуто и предложение о допущении защиты на стадии предварительного следствия.

В целом становление новых судов встретилось со значи­тельными трудностями. Новые принципы их деятельности:

гласность, состязательность, несменяемость судей, их неза­висимость (пусть относительная) от административных влас­тей — не могли не вызвать подозрительности и противодейст­вия со стороны государственной бюрократии. Первоначаль­но (в апреле 1866 г.) были созданы только два судебных округа (Петербургский и Московский), в остальных районах новые суды создавались в течение долгого времени, постепенно и по частям.

Несмотря на свой буржуазный радикализм судебная ре­форма с самого начала несла на себе ряд пережитков прошло­го. Ограничение компетенции суда присяжных, особый по­рядок придания суду должностных лиц, недостаточное ог­раждение судейской независимости от администрации — все это ослабляло эффективность проводимой реформы. Ничем не ограниченное право министра юстиции назначать судей, не вдаваясь при этом в объяснения, стало одним из главных каналов давления администрации на судебные органы.

Предание государственных чиновников суду осуществля­лось постановлениями их начальства, а не по решению суда. Присяжные заседатели устранялись от рассмотрения дел, имеющих политический характер. Эти и другие изъятия из

 

267

Государство и право в период перехода к буржуазной монархии

 

 

 

общего судебного порядка постепенно готовили почву для надвигающихся контрреформ.

В 1862 г. городская и уездная полиция была объединена в единую полицейскую систему со сложной «иерархической лестницей», начинающуюся с урядника и пристава и на уезд­ном уровне возглавлявшуюся исправником. В губернских го­родах руководство полицией осуществлял полицмейстер. Вся губернская полиция подчинялась губернатору и генерал-гу­бернатору. Вершину полицейской пирамиды представлял ми­нистр внутренних дел. Ему же подчинялись включенные в 1880 г. в единую полицейскую систему губернские жандарм­ские управления.

Согласно «Временным правилам об устройстве полиции» (1862 г.) в уездах создавались уездные полицейские управле­ния, в которые входили городничий со своей канцелярией, представлявшие уездный город, и земский исправник с зем­ским судом, представлявшие уезд.

В составе канцелярии градоначальника, заменившей упра­вы благочиния, создавались сыскные и охранные отделения. Полиции поручалось проведение дознания, материалы кото­рого она передавала следователю, а тот — прокурору.

Меры пресечения, которые применяла полиция, включа­ли отобрание вида на жительство, установление надзора, взя­тие залога, передачу на поруки, домашний арест, взятие под стражу.

Органы полицейского надзора сконцентрировали в своих руках всю реальную репрессивную власть в центре и на мес­тах.

С отменой крепостного права достаточно длительное время готовилась «тюремная реформа». В 1879 г. все руковод­ство тюремными заведениями сосредоточилось в Главном тюремном управлении. Изменилось положение заключен­ных, стал активно использоваться их труд, была создана сис­тема медицинского обслуживания. Но к заключенным могли применяться специальные виды наказаний, не предусмотрен­ные в законе, — розги, помещение в карцер, перевод на хлеб и воду. Предусматривались другие виды наказаний — заключе­ние в крепость, исправительный дом, арест, а также ссылка и каторга (срочная и бессрочная). Каторгу отбывали в Сибире и на Сахалине. Отбывшие каторгу переводились в состояние

 

268

ссыльных поселенцев. Ссылка заключалась в принудитель­ном поселении (чаще всего в Сибирь).

Указом 1863 г. были отменены телесные наказания для женщин, дополнительные телесные наказания, клеймение, ограничивалось применение розг. В армии отменялись шпиц­рутены, но сохранялись розги.

В 1871 г. были отменены шпицрутены для ссыльных, в 1885 г. отменяются розги.

1