35. КРЕСТЬЯНСКАЯ РЕФОРМА 1861 Г.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 

Император утвердил 19 февраля 1861 г. ряд законодательных актов по конкретным положениям крестьянской реформы. Были приняты центральное и местные положения, в кото­рых регламентировались порядок и условия освобождения крестьян и передачи им земельных наделов. Их главными идеями были: крестьяне получают личную свободу, и до за­ключения выкупной сделки с помещиком земля переходила в их пользование.

Наделение землей осуществлялось по добровольному со­глашению помещика и крестьянина: первый не мог давать земельный надел меньше нижней нормы, установленной местным положением, второй не мог требовать надела боль­ше максимальной нормы, предусмотренной в том же положе­нии. Вся земля в 34 губерниях делилась на три категории:

нечерноземная, черноземная и степная. Каждая группа дели­лась на несколько местностей с учетом качества почвы, чис­ленности населения, уровня торгово-промышленного и транспортного развития. Для каждой местности устанавлива­лись свои нормы (высшая и низшая) земельных наделов. Предусматривалось безвыкупное выделение «дарственных наделов», размеры которых могли быть меньше минималь­ных, установленных в положении.

Душевой надел состоял из усадьбы и пахотной земли, паст­бищ и пустошей. Землей наделялись только лица мужского пола.

Спорные вопросы решались при посредстве мирового по­средника. Помещик мог потребовать принудительного обме­на крестьянских наделов, если на их территории обнаружива-

 

Втеударство и право в период перехода к буржуазной монархии            253

лись полезные ископаемые или помещик собирался строить каналы, пристани, ирригационные сооружения. Возможен был перенос крестьянских усадеб и домов, если они находи­лись в недопустимой близости к помещичьим строениям.

Собственность на землю сохранялась за помещиком вплоть до совершения выкупной сделки, крестьяне на этот период являлись только пользователями и «временнообязан-ными». В этот переходный период крестьяне освобождались от личной зависимости, для них отменялись натуральные на­логи, снижались нормы барщины (30—40 дней в год) и денеж­ного оброка.

Временнообязанное состояние могло быть прекращено по истечении девятилетнего срока с момента выпуска мани­феста, когда крестьянин отказывался от надела. Для осталь­ной массы крестьян это положение потеряло силу лишь в 1883 г., когда все они были переведены в состояние собствен­ников.

Выкупной договор между помещиком и крестьянской об­щиной утверждался мировым посредником. Усадьбу можно было выкупить в любой момент, полевой надел — с согласия помещика и всей общины. После утверждения договора все отношения сторон (помещик-крестьянин) прекращались, и крестьяне становились собственниками.

Субъектом собственности в большинстве регионов стано­вилась община, в некоторых районах — крестьянский двор. В последнем случае крестьяне получали право наследственного распоряжения землей. Движимое имущество (и недвижимое, ранее приобретенное крестьянином на имя помещика) ста­новилось собственностью крестьянина. Крестьяне получали право вступать в обязательства и договоры, приобретая дви­жимое и недвижимое имущество. Земли, предоставленные в пользование, не могли служить обеспечением договоров.

Крестьяне получали право заниматься торговлей, откры­вать предприятия, вступать в гильдии, обращаться в суд на равных основаниях с представителями других сословий, по­ступать на службу, отлучаться с места жительства.

В 1863 и 1866 гг. положения реформы были распростране­ны на удельных и государственных крестьян.

Крестьяне платили выкуп за усадебную и полевую землю. В основу выкупной суммы была положена не фактическая

 

254   VI.

стоимость земли, а сумма оброка, которую помещик получая до реформы. Был установлен годовой шестипроцентный ка­питализированный оброк, равнявшийся дореформенным го­довым доходам (оброку) помещика. Таким образом, в основу выкупной операции был положен не капиталистический, а прежний феодальный критерий.

Крестьяне выплачивали 25% выкупной суммы наличными при совершении выкупной сделки, остальную сумму помещи­ки получали из казны (деньгами и ценными бумагами), ее крестьяне должны были вместе с процентами выплачивать в течение 49 лет. Полицейский и фискальный аппарат прави­тельства должен был обеспечить своевременность этих вы­плат. Для кредитования реформы были образованы Крес­тьянский и Дворянский банки.

В период «временнообязанности»крестьяне оставались 'обособленным в правовом отношении сословием. Крестьян­ская община связывала своих членов круговой порукой: уйти из нее можно было, лишь выплатив половину оставшегося долга, и при гарантии, что другую половину выплатит общи­на. Можно было уйти из «общества», найдя заместителя. Об­щина могла принять решение об обязательном выкупе земли. Сход разрешал семейные разделы земли.

Волостной сход решал квалифицированным большинст­вом вопросы о замене общинного землепользования участко­вым, о разделе земли на постоянно наследуемые участки, о переделах, об удалении из общины ее членов.

Староста являлся фактическим помощником помещика (в период временнообязанного существования), мог налагать на виновных штрафы или подвергать их аресту.

Волостной суд избирался на год и решал незначительные имущественные споры или рассматривал незначительные проступки.

Был предусмотрен широкий набор мер, применяемых к недоимщикам: отобрание доходов с недвижимости, отдача в работу или опеку, принудительная продажа движимого и не­движимого имущества должника, отобрание части или всего надела.

Дворянский характер реформы проявился во многих чер­тах: в порядке исчисления выкупных платежей, в процедуре выкупной операции, в привилегиях при обмене земельных участков и пр. При выкупе в черноземных районах прояви-

 

ХЬсударство и право в период перехода к буржуазной монархия           255

лась явная тенденция превратить крестьян в арендаторов их собственных наделов (земля там была дорогой), а в нечерно­земных — фантастический рост цен за выкупаемую усадьбу. При выкупе выявилась определенная картина: чем меньше был выкупаемый надел, тем больше за него приходилось пла­тить. Здесь явно проявилась скрытая форма выкупа не земли, а личности крестьянина. Помещик хотел получить с него за его свободу. Вместе с тем введение принципа обязательного выкупа было победой государственного интереса над интере­сом помещика.

Неблагоприятными последствиями реформы стали сле­дующие: наделы крестьян уменьшились по сравнению с доре­форменными, а платежи (в сравнении со старым оброком) возросли; община фактически потеряла свои права на поль­зование лесами, лугами и водоемами; крестьяне оставались обособленным сословием.

1