§ 2. Развитие историографии всеобщей истории государства и права

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 

Зарождение историко-юридических знаний

Попытки познать, объяснить причины исторических перемен в политическом строе и праве начинаются с рождением

исторических и политических знаний в истории мировой культуры. Это не были еще законченно научные знания, и они не отделялись поначалу от общей историографии. (Основателем ее традиционно считают древнегреческого писателя Геродота, с книгой которого по­является и само слово «История» — повествование.) Познание соб­ственной для каждого народа истории права и учреждений шло сво­ими путями*, всеобщая же, мировая история права формирова­лась в большей степени под влиянием философско-исторических концепций.

* В интересах предмета содержание историографии здесь ограничено именно труда­ми и концепциями, посвященными всеобщей, всемирной истории государ­ства и права.

 

Самый ранний интерес к историческим формам государства был политическим. Тот же Геродот (V в. до н. э.) связал победы афинян над персами, причины которых он искал, в «Истории», с их образом правления и постоянной борьбой за собственное благо. Для Аристо­теля (IV в. до н. э.) истинное понимание государственного строя, конституции, возможно только через историю. Первая единая кон­цепция государственной истории появляется во «Всеобщей истории» древнегреческого писателя Полибия (II в. до н. э.). Для него было ясным, что общий ход истории и культуры подчиняется в том числе и эволюции форм государства. «Силой каких учреждений римляне покорили мир?» — спрашивалось в его труде. Ответ получался не­простым: народы вырабатывают свои моральные ценности, эти цен­ности рождают стремления нации и ее силу, сила реализуется в уч­реждениях, которые расцветают с силой народа и приходят в упадок вместе с ее исчерпанием; формы власти живут циклами — от воз­вышения к упадку. Тогда же, почти современник Полибия, древне­китайский историк Сыма Цянь (И в. до н. э.) трактовал государст­венные перемены иначе. Древнекитайская мысль не знала идеи прогресса истории. Поэтому для Сыма Цяня формы прав­ления меняются по тому, какое из трех вековечных начал больше или меньше в них выражено: традиции легендарных мудрецов, до­бродетельное законное правление или насильственная узурпация власти.

С утверждением в европейской культуре христианства на госу­дарство стали смотреть по-новому. Все формы государства преходя­щи, они изменяются в том направлении, чтобы лучше выразить ценность Христова правления — появляется идея христиан­ской монархии как смысла истории. Св. Иероним (IV в. н. э.), знаменитый писатель и проповедник, усмотрел в мировой исто­рии жесткие этапы на пути к всемирной монархии: 1) Вавилонское царство, 2) Персидская держава, 3) Империя Александра Македон­ского, 4) Римская империя. Позднее признали, что Империя Карла Великого и, наконец, Священная Римская империя германской на­ции, возникшие в Средние века, — следующие и, возможно, заклю­чительные этапы этого всеобщего пути государств.

С началом эпохи Возрождения такая чисто религиозная предна-чертанность всей эволюции государств стала вызывать сомнения. Французский правовед и философ Ж. Боден (XVI в.) в трактате «Шесть книг о государстве» (1576) связал изменения учреждений в государстве с тем, насколько его формы следуют правильным, пра­вовым представлениям, не сразу утверждающимся в истории. Госу­дарство последовательно меняется от раздробленной, сеньориаль­ной, монархии через тиранию к законной монархии, которая стано­вится благодетельной формой гмаути Вяжно£ть_для jrgcygapcTBeH-

естает быть п|д-

ил нала

Российской правовой академии Министерства юстиции РФ

если

ных перемен приверженности i раву, отме^л^^английскии пр'а'вШЬд

и философ Ф. Бэкон (XVII в.):

 

18

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

введение

 

19

 

 

 

ным для целей его существования — т.е. для блага общества и госу­дарства, — то оно излишне и ненормально в существе.

Возрождение с его вниманием к юриспруденции дало толчок по­явлению специальной истории права. Под влиянием потребности в истолковании старых законов, особенно древнего римского права, вошедшего в Средние века вновь в употребление в Европе, в XVI в. появляются специальные историко-юридические исследования. По своим задачам они разделяются на (1) историю законов и (2) древ­ности права, где изучали учреждения, юридический быт с тем, что­бы понять, о чем идет речь в старом законодательстве. Одним из первых таким историческим изучением классического римского пра­ва занялся французский правовед Ж. Куяций (XVI в.).

К исходу XVII в. сложились предпосылки перерастания истори-ко-юридических знаний в науку, становление которой приходится на эпоху Просвещения.

Начало научной истории права    На исходе XVII в. немецкий философ

и государства      Г. Лейбниц в трактате «Новый метод

изучения и обучения юриспруденции»

(1667) сформулировал новые задачи общего изучения истории пра­ва: они заключаются в общем разъяснении правового развития. Потому и по содержанию историография права может быть раз­личной: внутренней историей права (историей собст­венно юридических форм одного или нескольких народов) и внешней историей, помогающей уразуметь движение пра­ва. Но что влияет на перемены в государстве и праве? — закон­ченные для своего времени ответы на этот вопрос, поставившие юридическую историю на основу науки, дала фшюсофско-полити-ческая мысль Просвещения.

Теоретики английского Просвещения (Дж.Харрингтон, А. Смит)

полагали, что в истории формы правления приспосабливаются к от­

ношениям собственности. Французский правовед и литератор Ш.

Монтескье в своем трактате «О духе законов» (1748), едва ли не са­

мом знаменитом произведении европейской правовой мысли, связал

формы правления и законодательства с нравами народа, степенью

его просвещенности, с географическим положением: государства

гибнут, когда нравы в народе, в том числе дух свободы, приходят в

упадок. Эти рассуждения, хотя более философско-политического,

чем собственно исторического смысла, получили тогда европейское

распространение.               х

Под влиянием концепций Монтескье и, возможно, не без поле­мики с ним появился труд, который можно назвать собственно пер­вым опытом всеобщей истории государства и права, — книга мало­известного французского историка А. Л. Гоке «О начале законов, искусств и науки у древних народов» (в 3 т. 1758). Законы и прав­ление, замечал он, — часть общей культуры народа, но едва ли не самая важная, ибо они есть история человеческого разума. Древней-

 

шее из видов правления — монархическое: оно подобно родитель­ской власти и потому же оно благое; деспотизм рождается со стрем­лением к обширным империям. Для блага общества нужны нор­мы — так появляются законы (в Египте, Вавилоне, Иудее, Гре­ции — о чем шла речь в книге). Просвещение, переход к земледе­лию усложняет право; но оно может и рушиться: «Всякое государст­во, где народ судит и решает, по сути порочно».

Если Франция эпохи Просвещения отличалась более философ­ским представлением о задачах истории права, то в Германии того времени формировалась истинно ученая историография права. С именем выдающегося юриста И. Я. Мозера, автора многочисленных трудов по конституции германских государств от эпохи средневе­ковья, связано рождение исторического государство-ведения. С середины XVIII в. в германских университетах при занятиях юриспруденцией стал обязательным курс истории права. Представители особой юридической научной школы, названной гет-тингенской (по университету в Геттингене), выдвинули идею об обусловленности правовых систем прошлого духом времени, т. е. особым сочетанием духовных и культурных начал и политиче­ских стремлений. На перемены в государстве влиял реальный ход политической истории, т. е. сам процесс ее, отмечал в «Новом опыте юридической энциклопедии» (1767) немецкий правовед И. С. Пют-тер.

В стремлении ученых и философов Просвещения объяснить все явления прошлых времен с позиций некоего единого и неизменного Разума было, по сути, много неисторического. Это была история ус­ловного прогресса (или, напротив, регресса) разума, но не реальная история. Реакцией на такое представление стало формирование исторической школы права.

Историческая школа права Воззрения целой плеяды ученых За­падной Европы, главным образом Гер­мании, объединяемых названием исторической школы права, вернее было бы определить школой исторического права (в сопоставлении с внеисторическим правом как воплощением разума эпохи Просве­щения). Народы, по учению этой школы, живут своей исторической жизнью, вовсе не стремясь подчиниться каким-то отвлеченным стремлениям разума; каждый народ создает свое национальное пра­во со своими особенностями, выражающими его историю. И формы права развиваются органически: что присуще одному народу не может быть в любую эпоху воспринято без потерь другим. Вместе с тем право одних народов далеко не равнозначно другим в своих ценности и значимости для истории. Есть народы — виртуозы пра­ва, полагал германский правовед Ф. К. Савиньи, и только их исто­рия имеет научный интерес (к таким он относил римлян, германцев и церковное право). Поэтому, в частности, совокупная всеобщая, или всемирная, история права представлялась нереализуемой. Кни-

 

20

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

ВВЕДЕНИЕ

 

21

 

 

 

га Савиньи «История римского права в средние века» (в 6 т. 1815 — 1831) тем не менее стала едва ли не первым опытом в научной исто­рии государства и права проблемной истории, охватившей це­лый ряд правовых систем Западной Европы.

С именем другого представителя исторической школы — не­мецкого правоведа Г. Гуго — связывается принятое и в совре­менной науке разделение истории права на внешнюю (или историю памятников, источников, права) и внутреннюю (или историю отдельных юридических принципов и институтов). Абсолютизируя внутреннее органическое движение права, Гуго (вместе со всей исторической школой) стремился оправдать лю­бые правовые принципы (если они появились у народа, значит, они выражали его дух и стремления), тем самым отрицая субъ­ективное влияние и, особенно, нужды политики права и влияния власти на правовое развитие.

Основоположники исторической школы предприняли издание первого в мире специального историко-правового ежегодника «Жур­нал исторического правоведения», первый выпуск которого вышел в 1815 г. В предисловии, написанном Савиньи и посвященном обос­нованию исторических задач правоведения, указывалось: «История более не является собранием примеров, но цельным путем к по­длинному познанию нашего собственного состояния». Исследования, помещаемые в ежегоднике (Савиньи, К. Эйхгорна, Я. Гримма и других), должны были показать историческое возникновение совре­менного правопорядка, в том числе и «забвение» политиками исто­рических, единственно подлинных его начал.

Под влиянием исторической школы в первой половине XIX в. начались специальные исследования, посвященные национальной истории права и всеобщей сравнительной истории. Одним из выдаю­щихся образцов была «Немецкая государственная и правовая исто­рия» (в 4 т. 1808 — 1823Ж. Ф. Эйхгорна. Идею всемирного орга­нического развития государства и права попытался провести во «Всеобщей истории народов и государств» немецкий историк Г. Лю­ден (в 3 т. 1814 — 1822).

И последователи, и критики исторической школы, обратившись к специальным историко-юридическим исследованиям, в кратчайшее время завершили превращение всеобщей истории права в специаль­ную научную дисциплину.

Развитие научной истории государства и права в XIX в.

С оживлением внимания к националь­ным историям правового развития, к историческому изучению права древ­них народов, прежде всего Древнего Рима, в науке Европы развер­нулась специальная работа по критическому исследованию памят­ников древнего права. В первой половине XIX в. начинаются фунда­ментальные издания исторических источников, вначале главным об­разом памятников древнего права: «Памятники германской исто-

 

рии» (с 1826 г., свыше 100 томов), «Неизданные документы об исто­рии Франции» (с 1835 г., более 400 томов), итальянские «Памятни­ки истории отечества» (с 1836 г.), «Государственные документы Америки» (в 38 томах, 1832 — 1861) — некоторые из них продол­жаются и доныне. Германские историки Б. Нибур и К. Г. Брунс осуществили первые научные издания памятников классического римского права, в том числе знаменитых Законов XII Таблиц. Тру­ды французского археолога и языковеда Ж. Шампольона открыли историкам и правоведам путь в совершенно новый мир — египет­ской культуры и египетского права, до тех пор известных только по сведениям Библии и античных авторов. История государства и пра­ва удлинилась более чем на 2 тысячи лет. Еще в 1776 г. английские ученые опубликовали древнеиндийские Законы Ману. Теперь всеоб­щая история государства и права расширялась и географически: Персия, Индия, древний и новый Китай. Первым подлинно науч­ным по приемам исследования опытом всеобщей истории государст­ва и права в духе новых концепций и требований, пожалуй, стал многотомный труд французского историка и государственного деяте­ля К. Э. Пасторе «История законодательства» (в 11 тт. 1817 — 1837). Исследование было неокончено и доведено только до начала римской эпохи, но в нем впервые по-новому освещалась история права древних народов, даже его отдельных отраслей. Другим, более протяженным по исследованному времени трудом стал «Трактат о законодательстве» (в 4 т. 1827) французского литератора-правоведа Ш. Ф. Конта. Специальные работы появились по истории наследст­венного права, по истории брачно-семейного права.

История права в то время была обособлена от изучения истори­ческих форм государственной организации. Второму большее вни­мание уделяли юристы-государствоведы. Под влиянием социальной философии Гегеля и его школы, где государство ставилось на первое место среди причин эволюции юридических институтов, в трудах государствоведов исторический элемент изучения становился все бо­лее важным: именно в истории постепенно проявляется значение го­сударственной власти в обществе. Правда, иногда история форм го­сударства не отделялась от истории воззрений на государство — все это традиционно называлось историческим государственным правом. В русле такой школы возникли историко-государственные труды Ф. Виелькера и Р. Моля в Германии, К. Блюнчли в Швейцарии. Со­гласно концепции Р. Моля, например, новейшему государству, «ос­нованному на идее права», предшествуют исторически: (1) патриар­хальное, (2) теократическое, (3) патримониальное, или феодально-ленное, (4) классическое античное, (5) деспотическое государство; причем форма осуществления власти (монархия, демократия) несу­щественна — главное, насколько государство воспринимает свои за­дачи по обеспечению прав своих граждан.

 

22

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

ИНЕДЕНИЕ

 

23

 

 

 

Социологическое направление     В первой половине XIX в. под влияни-

историографии   ем общей исторической науки и быстро

развивающейся    тогда    политической

экономии в историографии государства и права сформировался но­вый подход к оценке закономерностей изменений историко-юриди-ческих явлений. Согласно ему, формы государства и права живут не самостоятельной жизнью — они всецело подчинены другим, более масштабным переменам в социальной жизни народов в отношениях собственности и экономическом строе. Такой подход, зародившийся еще в английской правовой науке XVIII в., быстро развился в целое социологическое направление, с середины XIX в. за­хватившее историографию государства и права и доныне оказываю­щее большое влияние на ее оценки и выводы; так правоведы и исто­рики желали найти быстрые ответы на глубинные вопросы истории права.

Начало направления связано с французской историографией первой половины XIX в. — главным образом с трудами знаменитых историков и политиков Ф. Гизо, О. Тьерри, Ж. Мишле. В своих ис­следованиях по истории становления национальных государств в Европе, по истории Французской революции XVIII в. они стреми­лись показать влияние классовой борьбы буржуазии («третьего со­словия») с дворянством на изменения форм государства, на право­вую политику власти, а в конце концов и на вообще крушение ста­рого и формирование нового правопорядка в Европе. Это была уже вполне отчетливая идея классовой борьбы в истории как определяющего фактора развития права и государственной органи­зации.

Эта идея классовой борьбы стала основополагающей для соци­альной философии и историко-юридической концепции марксизма, сложившегося в 1840-е г. под мощным воздействием социалистиче­ской идеологии. В трудах основателей школы — немецкого эконо­миста и философа К. Маркса, публициста и общественного деятеля Ф. Энгельса, — а также их ближайших научных последователей Ф. Лассаля, Ф. Меринга, П. Лафарга, К. Каутского и других роль классовой борьбы была представлена уже как главный фактор всех перемен в мировой истории, включая изменения государственных форм, правовых институтов, культуры и даже идеологии. В работе «Немецкая идеология» (1843) Маркс и Энгельс впервые в закончен­ном виде обосновали свой вывод о том, что государство есть лишь форма организации экономически господствующего в данный мо­мент в обществе класса. Позднее так же будет расценено и право: как возведенная в закон воля господствующего класса. Само проис­хождение государства и права, как попытается обосновать Ф. Эн­гельс в специальной работе «Происхождение семьи, частной собст­венности и государства» (1884), написанной по очень условным дан­ным американского этнографа Г. Моргана, связано с образованием классов в обществе и необходимостью политически оформить гос-

 

подство одной части общества над другой; право станет инструмен­том этого господства. Согласно марксистской концепции, государст­венная организация и правовые институты в истории не самостоя­тельны, они следуют изменениям в отношениях собственности и в экономическом строе, образуя вместе с ними целенаправленный ряд общественно-экономических формаций; итогом этого общественно-исторического процесса должно стать наступле­ние коммунизма с отмиранием государства и права.

Марксизм был лишь крайним воплощением социологического подхода к истории государства и права. Однако и другие исследова­тели стали рассматривать юридические явления только как продол­жение экономического строя. Так, английский историк права Ф. В. Мэтланд полагал, что экономические отношения — «основа, из ко­торой развиваются все государственные учреждения, правовые воз­зрения, искусство и даже религиозные представления».

Сравнительно-историческая школа

Развитие в середине XIX в. науки социологии, а затем появление сравни­тельно-исторического метода (см. § 1)

изменили исследовательские задачи историографии всеобщей исто­рии права. Правоведы и историки стали искать общие пути разви­тия правовых и государственных систем разных народов и таким пу­тем устанавливать общие закономерности перемен историко-юриди-ческих институтов. Всеобщая история государства и права стала по­ниматься только как сравнительная история: то, что одинаково у разных народов, — это предмет всеобщей истории права, то, что различно, — узконациональной.

Из всеобщей истории права стали выделять особую историче­скую, сравнительную этнологию, которая должна была установить происхождение государства и права у всех народов земли. Это про­исхождение должно быть единым, потому что, как замечал один из основателей этого направления немецкий историк и правовед А. Г. Пост в «Очерках по всеобщей сравнительной истории государства и права» (1878), в самые различные эпохи у разных народов проявля­ется замечательное согласие в юридических обычаях и институтах и по новым данным истории и этнографии «становится возможным от­крыть общую историю развития человеческого права». Сравнитель­ная история сделала важные наблюдения не только о тождестве юридических институтов у разных народов в разное время, но и о влиянии развития государства и права одних народов на другие, о возможном существовании когда-то единого права и общего государ­ственного строя у многих индоевропейских народов, позднее распав­шихся на отдельные системы. Примеры такого исследования всеоб­щей истории государства и права дали работы известного английско­го правоведа и историка Г. Мэна, посвященные праву древних наро­дов и древнейшим формам государственности.

Большой вклад в сравнительно-исторические исследования права

 

24

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

ИИ1-ЛКНИЕ

 

25

 

 

 

внесли также работы французского правоведа Р. Дарреста. В его ис­следовании всеобщая история права включила в себя правовые сис­темы древней Скандинавии, славянских народов даже до XIX в., кавказских народов, Венгрии, Персии. По его инициативе было на­чато издание общеевропейского по значению «Журнала истории французского и зарубежного права», выходившего десятилетия.

Сравнительно-историческая школа, конечно, не исчерпывала всех направлений историко-правового изучения во второй половине XIX — начале XX в., но она была определяющей в Европе. Класси­ческая юридическая школа исследования истории права также озна­меновалась важными новыми трудами и концепциями. Знаменитый немецкий историк Т. Моммзен, помимо известной «Истории Рима» (в 4 т.), опубликовал обширные собрания памятников римской исто­рии, в том числе надписей, которые вводили ученых в многовеко­вую, не только литературную, но реально правовую жизнь древнего римского общества. Его перу также принадлежат доныне классиче­ские труды по римскому государственному и римскому уголовному праву. Своеобразием концепционного взгляда на историю государст­венных и правовых институтов отличался труд О. Гирке по право­вой истории германских народов. Согласно общей идее, вся история права есть установление и развитие традиций «товарищественно-сти», в которой находят согласие и идея свободы личности, и инте­ресы государства и общества. В трудах европейски знаменитого гер­манского правоведа Р. Иеринга на основе исследований тысячелет­него взаимодействия римского права с правовыми системами других народов была раскритикована позиция исторической школы права на развитие права как тихий и безмятежный процесс: за утвержде­ние новых правовых принципов, выделял Иеринг, идет настоящая политическая и идейная борьба. О влиянии на развитие форм госу­дарства международных отношений, военного давления на страну в истории писал в своих исследованиях О. Хинтце.

Изучение истории государства     В дореволюционной  России  всеобщая

и права в России историография государства и права су-

ществовала по преимуществу в виде

двух параллельных дисциплин: сравнительного (или сравнительно-исторического) государствоведения и всеобщей истории права. Кроме этого, в курсах по специальным юридическим дисциплинам большое место занимали исторические сведения о законодательстве разных, стран и отдельных юридических институтах. Первым обстоятельным обзором всеобщей истории законодательства в связи с философией права стал 2-й том «Энциклопедии законоведения» К. А. Неволила (1840). История законов от древности до XIX в. была представлена в духе философии Гегеля, как раскрытие духа правды.

Всеобщая история государственных учреждений не рассматрива­лась как предмет с самостоятельными познавательными задачами: в истории государственного строя важнейших государств следовало

 

и и деть не более чем предпосылки современного конституционного правопорядка. Исторически значимым представлялось только то, •гго содействовало поступательному движению конституционных уч­реждений. Такую цель, например, ставил в обширном историческом очерке к «Государственному праву важнейших европейских держав» (1886) один из самых известных государствоведов А. Д. Градовский.

Одной из самых первых попыток создать специальный сводный курс всеобщей истории права был труд М. Н. Капустина «История права» (1872). В нем, однако, был дан обзор преимущественно древ­него законодательства, хотя и под влиянием сравнительно-истори­ческого метода. Активным сторонником сравнительно-исторических исследований государства и права выступил знаменитый русский ученый, социолог и правовед, академик М. М. Ковалевский. Им был создан целый ряд трудов не только по истории государственных учреждений и политических институтов отдельных стран Европы, но и комплексные работы по истории всего современного государст­венного порядка. Для трудов Ковалевского, как и других ученых на­чала XX в., было характерно то, что историю государственных и правовых институтов они не разделяли с историей идеологии, счи­тая ее важным фактором изменений и реформ в праве. Поэтому, на­пример, «Всеобщая история права» (в 4 вып., 1907) В. Г. Щеглова стала в большей степени историей философско-правовых концеп­ций, чем историей юридических институтов и учреждений.

В послереволюционное советское время систематическое изуче­ние и исследование всеобщей истории государства и права возобно­вилось только в конце 30 — начале 40-х гг. в связи с восстановлени­ем нормального юридического и исторического образования. В 1940 г. вышли первая программа и лекции нового учебного курса, состав­ленные П. Н. Галанзой. В 1944 — 1947 гг. коллективом авторов был опубликован первый в России (и в СССР) курс всеобщей истории государства и права в 4 томах. Советская историография государст­ва и права, как и вся историческая и юридическая наука той поры, находилась под полным влиянием идеологии марксизма, в освеще­нии и оценке явлений истории права определяющим был социологи­ческий классовый подход, больше места в трудах отдавалось вопро­сам общественного строя, чем развитию юридических институтов. Стремлением к сравнительному изучению государства и права был отмечен учебный курс 3. М. Черниловского «Всеобщая история го­сударства и права» (1970, 4-е изд., с изм. — 1995).

Современное состояние историографии

В современной, прежде всего западной историографии государства и права трудно выделить какие-либо внутрен­ние направления; невозможны из-за обширности накопленного за два века исторического материала стали и труды в полном смысле слова по всеобщей истории. В теоретическом плане на правовую ис­ториографию более всего в XX в. повлияли концепции немецкого

 

26

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВ/1

 

U НИЕ

 

27

 

 

 

социолога и историка М. Вебера, которому удалось показать исклю­чительность всей западной модели права и ее институтов и несводи­мость всеобщей истории права к ценностям только европейской юс­тиции, и английского историка А. Тойнби, предпринявшего беспри­мерный авторский труд по всемирной истории цивилизаций («Опыт исследования истории» в 10 т. 1934 — 1957). Согласно взгляду Той­нби и его последователей, мировая история не составляет единого поступательного процесса, а есть совокупность самостоятельных в своих основах цивилизаций (их насчитана 21); исторические формы каждой — и государственные институты — присущи только ей и не переходят во времени. Важным новым приобретением, вместо соц­иологического детерминизма, стало в науке признание права само­стоятельным фактором истории «как одной из причин, а не только одного из результатов целого ряда общественных, экономических, политических, моральных и религиозных явлений»*.

В содержательном отношении — ив научных трудах, и в препо­давании права — история государственных институтов разделена с собственно историей права (которую в свою очередь объединяют с проблемами истории юриспруденции и правовых воззрений).  Ис­тория    институтов   охватывает, однако, и эволюцию форм государственной организации, и правового положения классов насе­ления, и памятники законодательства (например, выдающийся по охвату материала и скрупулезности курс французского правоведа Ж. Эллюля «История институтов» в 5 т. 1969). История   п р а -в а    стала по преимуществу историей развития так называемого частного   права   (гражданского) и распространения правовых учений в законодательстве разных народов. Европейскую извест­ность здесь получили труды немецких историков X. Тиеме о влия­нии идей естественного права в Новое время, Ф. Виаккера по исто­рии правовых систем Нового времени. С 1967 г. во Франкфурте (Германия) работает специальный исследовательский институт по сравнительной истории права Нового времени, издающий несколько серий трудов: «Общее право»  («Jus commune»). Примечательным опытом действительно общеевропейской истории государства и пра­ва, включая Россию, стал обширный учебный курс шведского право­веда Э. Аннерса «История европейского права» (в 2 тт. 1974 — 1980; есть сокр. рус. пер.). В целом же история права несколько ус­тупила свое значение в общей юридической науке сравнительному правоведению, которое в силу особенностей развития большинства западных систем права становилось историческим.

Проблемное исследование всеобщей истории государства и права возобладало и в современной российской историографии. История формирования современного государственного строя в связи с исто­рией политических идей представлена в многотомной, написанной

* Берман Г.Д. Западная традиция права. М. 1994. С. 57.

 

1ылсктивом ученых Института государства и права «Истории бур-t уазного конституционализма» (1983 — 1986). Опытом сравнитель-IID исторического исследования одного важного элемента политиче-• кой системы общества стал труд «Институты самоуправления» 11995). Специальные исследования посвящались также истории го-i ударства и права отдельных стран и исторических периодов, кото­рые шли в русле своих научных традиций.

1