§ 41. Государственность Византийской империи

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 

Византийскому государству, выросшему из Восточной Римской империи (см. § 15), принадлежит особое место в истории. Единст­венное из крупных государств античности, Византия сформирова­лась на основе, развитой и во многих отношениях законченной государственности и правовой культуры и сохранила новую органи­зацию в течение всего Средневековья. Византия стала особым политическим и культурным миром, где традиции античности со­прикоснулись с не менее влиятельным наследием древневосточных и эллинистических монархий и где из этого взаимодействия разви­лась собственная государственная и правовая традиция. Эта тради­ция, в свою очередь, оказала определяющее влияние на становление и развитие государственности у югославянских и причерноморских народов. Охватив в эпоху своего расцвета под единой властью сре­диземноморские и ближневосточные народы, Византия стала исто­рическим посредником в соприкосновении новых западных обществ феодальной эпохи с государствами и традициями Азии. Вместе с тем она послужила ареной прямой исторической конфронтации Запада и Востока, многое определившей в последующей мировой истории, ускорившей и закат самой империи.

Становление и развитие имперского государства

Государственно-политическое обособ­ление двух восточных областей Рим­ской империи было связано с реформа­ми императора Константина (нач. IV в.) и новым административ­ным устройством. В итоге, после установления в империи условного двоевластия правителей-августов, две из четырех областей-префек­тур были подчинены своему императору (Восток и Иллирия). В 330 г. местом пребывания двора и армии восточного правителя был

 

424

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

425

 

 

 

сделан древний город Византии на берегу Босфора — по имени но-вооснователя он получил имя Константинополь*.

Окончательное отделение Восточной империи пришлось на конец IV в. С восшествием на византийский престол императора Аркадия (395) западная и восточная части прежней римской державы больше политически не объединились. В то время как Западная Римская империя в V в. попала под власть кочевников и варварских племен, Византия упрочила свою независимость и самостоятельность. Были успешно отражены нашествия вандалов и остготов. Богатству и прочности империи способствовали более высокий уровень развития торговли, ремесел в греческих и малоазиатских владениях, особый характер сложившегося аграрного строя, где большее место заняло государственное и церковное землевладение. Прежний рабовладель­ческий уклад интенсивно преобразовывался в особый строй полуго­сударственного феодализма, характерный именно для Византии (см. §42).

В IV—V вв. Византия практически без изменений сохраняла унаследованную от Римской империи государственную и админист­ративную организацию. Видоизменялся только военный строй: важ­нейшее место заняли располагавшиеся по пограничным областям империи отряды-племена кочевников и славян, с которыми устанав­ливались особого рода союзы под условием несения военной службы. Это определило в дальнейшем особую организацию местного и воен­но-финансового управления. Своего расцвета и наибольшего могу­щества Византия достигла в правление императора Юстиниана (527-565). Были осуществлены обширные внешние завоевания, под властью Восточной империи оказались Палестина, Египет, северное побережье Африки, Италия, юг Испании. Средиземное море стало внутренним морем империи. При Юстиниане были проведены важ­ные правовые и административные реформы, в которых стала обри­совываться новая организация государства. Особое место в государ­стве заняла греческо-православная церковь, подчинившаяся импе­ратору и с этого времени все более отдалявшаяся от западной.

Ко второй половине VII в. Византия пришла в период упадка. Большая часть ее владений на Ближнем Востоке и в Малой Азии были завоеваны сначала персами, затем арабами. Империя стала преимущественно греко-славянским государством. Менялась и соци­альная организация византийского общества: основной экономиче­ской и военной силой стали подвластные только государству кресть­яне. Коренным образом переменился военный строй империи, а с ним отмерла вся прежняя римская провинциальная административ­ная организация. Некоторое усиление централизованной власти и организующей роли государства произошло в правление императо­ров Исаврийской династии (717-802). На основе изымания церков-

* По имени античного греческого города в эпоху Возрождения Восточная (Ромей-ская) империя получила название Византии.

 

ных земель под знаком провозглашенного иконоборчества стала формироваться новая система военно-служилого землевладе­ния (родственного западному феодализму) и в целом государ­ственного феодализма.

В правление императоров Македонской династии (867-1056) внутреннее и внешнеполитическое положение Византии поначалу стабилизировалось. Были вновь завоеваны области югославянских протогосударств, Южная Италия. Государственная организация приобрела новый облик военно-бюрократической империи с безус­ловной властью императора и разветвленнейшим административно-бюрократическим аппаратом. К X в. в рамках государственного феодализма сложилось крупное служилое землевладение военной знати. Стремление к феодальной самостоятельности знати вызвало в империи волну междуусобиц, а затем и явный военный и поли­тический кризис. Владения Византии в Малой Азии и в Италии со­кратились. Империя стала испытывать новое мощное давление со стороны новых западных государств, а главное — со стороны рим­ских пап. Императоры новой династии Комнинов (1081-1204), ве­дя постоянную борьбу с еретическими и народными движениями внутри империи, постепенно потеряли почти все прежние визан­тийские владения. В начале XIII в. под ударами рыцарей-кресто­носцев, спровоцированных на это Германской империей и папами, Византия вместе со своей столицей Константинополем пала и вре­менно прекратила свое существование в качестве отдельного госу­дарства.

Императорская власть      Византийская  монархия  стала  новым

историческим этапом в развитии форм

монархической государственности вообще — по сравнению и с элли­нистической, и с римской монархией. Император не просто возглав­лял государство, его фигура и власть стояли в центре всех властных и административных отношений, включая социально-хозяйствен­ный уклад и религиозную жизнь.

Правитель империи обладал особым личным и политическим статусом. Это подчеркивалось особой титулатурой, знаками досто­инства, почти священным характером власти. С IV в. императоры стали применять к себе греческий титул василевса («царству­ющего»), с VII в. он считался уже официальным. К XIII в. прибави­лось обозначение правителя как «автократора ромеев» (самодерж­ца) . Наряду с царской диадемой, мантией и особыми сапогами (взя­тыми от римлян) византийские монархи стали отличать себя особой короной, перенятой в IV в. от персов. Воспринята была и процедура коронации нового правителя: вначале ее совершал префект прето­рия, с V в. — константинопольский патриарх. Коронация не счита­лась необходимым конституционным требованием для признания власти монарха, чтобы не ставить его в зависимость от церковных властей.

 

426

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

427

 

 

 

 

 

рал тона ни со временем

В период зрелой империи закрепилось признание богоуста-новленности власти василевса: «Моя императорская власть была свыше поставлена... Десница Господа возложила на меня власть» (Феодор Ласкарь. «Силенциум»). Это в особенности должно было выделить абсолютную безответственность и само­властность василевса. Византийские правители изначально считали несуществующими какие-либо политические или правовые ограничения их статуса, подобно римскому lex de imperium. Импе­ратор считался стоящим вне закона и выше него: «Бог подчинил императору законы, посылая его людям как одушевлен­ный закон»*.

Положение императора выражалось в совершенно особых, уже не чисто воинских почестях, которые было предписано ему оказы­вать, в особо торжественных процедурах и обрядах общения с ним, принятых при византийском дворе. Достоинство императора распро­странялось и на его семью. Императрица считалась как бы коллегой супруга, правительницей, и обладала также государственным стату­сом. Другие члены императорской фамилии составляли высшие ран­ги служилой иерархии.

Власть василевса была неограниченной во всех отношени­ях. Однако считалось, что в своем правлении и даже в законодательст­ве монарх должен придерживаться некоторых общих правил. При вос­шествии на престол василевсы приносили царственную присягу, в ко­торой обязывались признавать правила Св. Писания, семи вселенских соборов, воздерживаться от смертной казни и калечащих наказаний в отношении подданных. Традиция римского права, переданная зако­нодательством Юстиниана, также должна была уважаться. Нельзя было издавать специальных постановлений в нарушение всеобщих за­конов. За этим был даже специальный бюрократический контроль в виде правила множественного визирования. Власть должна была при­держиваться некоторых правил политической этики, направленных к благу народа и государства: «Император есть законный господин, об­щее благо всех подданных, который не внемлет страстям ни в благоде­янии, ни гневу в наказании. Он должен защищать и поддерживать прежде всех Священное писание, постановления семи соборов, затем права римские» . Закрепленные законодательно, эти правила созда­вали особый режим объективной законности, присущий византийской монархии. Хотя влияние его на практику было более религиозно-моральным, этот режим был важной особенностью власт­ной законодательной деятельности.

Верховенство власти монарха выражалось и в том, что василевс по собственному усмотрению определял наследника престола. Выве­ренной традиции престолонаследия в Византии не было ни юриди-

• Новеллы Юстишцы. 105. В 4

 

чески, ни фактически (особенно, учитывая, что из 107 правителей за историю империи только 42 умерли своей смертью). Наследник избирался царствующим императором — чаще из прямых потомков или родственников, но в принципе это не было обязательным. При своей жизни император передавал преемнику императорские права. Только с IX в. предпочтение стало оказываться сыновьям императо­ра. Нередки были случаи раздела престола между несколькими со­правителями; в X в. таких случилось даже до пяти одновременно. Возможность самовольного прихода к власти, ссылаясь на мифиче­скую волю предыдущего монарха, сделала дворцовую борьбу за пре­стол важнейшим ослабляющим фактором византийской государст­венности.

Окончательное восшествие на престол сопровождалось провозг­лашением «согласия великого сената и народа Константинополя». Такая зависимость от согласия знати и городского патрициата была вполне реальной до IX в. Но и в дальнейшем при прерывании дина­стий, внутренних смутах не раз нового василевса избирали из военачальников, родственников прежних монархов. Определяющую роль в избрании играла землевладельческая, а затем и бюрократи­ческая знать, представленная сословием сенаторов. В период ранней империи немалое значение в провозглашении монархов имели и особые спортивно-политические партии горожан — д и м ы . Поли­тические объединения развились из сложившихся еще в римское время цирковых партий болельщиков, различавших себя по цветам возничих колесниц: левки (белые), венеты (синие), русии (крас­ные) , прасины (зеленые). Со временем значимыми стали только ве­неты и прасины, а другие примыкали к ним. Собираясь на стадио­нах, партии закрепили за собой права предъявлять требования васи-левсам, участвовать в решениях важных политических вопросов, в том числе в провозглашении, императора. Разделение по партиям приобрело и социальную окраску: венеты объединяли преимущест­венно выходцев из греко-римской земельной аристократии, праси­ны — торгово-финансовое население столицы и крупнейших горо­дов. Во главе димы избирался д и м а р х . Для участия в охране столицы за объединениями признавалось право иметь вооруженную милицию (до 1-1,5 тыс. ополченцев), которая бывала важной силой во внутренних смутах и дворцовых переворотах. Различия партий дополнялись и приверженностью их к разных течениям внутри пра­вославия. До IX в. димы были реальными участниками государст­венно-политической жизни империи.

Административная система

Василеве стоял во гланг всей админист­ративной организации империи. Цснт-

пр.р

ГЦИ,

I-    11 •'' '      '         | ч М1     ШфППМ ,

 

428

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

429

 

 

 

ную роль в нем играли четыре высших сановника: префект претория Востока, в ведении которого было общее управ­ление и суд в провинциях, префект столицы, управлявший Константинополем, квестор дворца, руководивший подго­товкой законодательства и осуществлявший юридический контроль за управлением (эту должность обычно занимал образованный юрист), магистр официя. Последний был наиболее влия­тельным администратором, в его ведении были полиция, охрана дворца, почты и тайные службы, международные и дипломатиче­ские отношения. Магистр руководил 4 специализированными канце­ляриями. Другим высшим сановником, ближайшим к особе импера­тора, был препозит «священных покоев», надзирав­ший за служащими личных нужд императора и семьи, внутренней охраной, снабжением двора, за штатом евнухов, которые были в особом доверии при византийском дворе. Финансовыми делами им­перии руководили комит «священных щедрот» (управ­лял общегосударственными имуществами, пошлинами, сборами де­нежного характера) и комит частных дел (ведал личным имуществом императорской фамилии). Военными делами управляли в центре двое магистровармии.

Собрание высших должностных лиц дворца — консисто­рий — уже при Константине стало рассматриваться совещатель­ным органом при василевсе. Со временем за ним закрепилось назва­ние Государственного совета. Собирался совет только по воле мо­нарха. Помимо обсуждения дел общеполитического, административ­ного или юридического характера, в совете проходили приемы по­сольств, депутаций, здесь также слушались важнейшие уголовные и гражданские дела.

Особое административное и политическое значение имел сенат. Фактически это не было определенное учреждение, тем более с точ­но узаконенными полномочиями. Традиционно звания сенаторов (нескольких внутренних разрядов) принадлежали служилой знати, обладателям других почетных титулов, но также жаловались импе­ратором. Это было, по сути, высшее сословие империи (см. § 42). К IV в. сенаторов было до 2 тысяч. Им принадлежала важная роль в узаконении власти императоров, в одобрении принятых законов или других важных решений. Со временем сложилась практика узких и расширенных заседаний сената (в последнем случае должны были являться все имевшие это звание). К IX в. значение сената упало, у него были отняты полномочия вмешиваться в законодательство. Вместе с членами консистория сенаторы стали образовывать аморф­ный синклит, условно объединявший в некую административ­ную общность высших сановников государства. Ссылка на то, что решение принято совместно с синклитом, стала показателем соблю­дения некоей сословной законности в империи.

К IX в. система центральной дворцовой администрации видоиз-

 

менилась. Появились новые службы и должностные лица, носившие чисто греческие названия. Изменилось и внутреннее содержание ад­министративных функций. Каждый управляющий, как правило, возглавил особое бюрократическое ведомство, получив звание ло­гофета. Главной фигурой государственной администрации стал логофет дрома, в ведении которого были пути сообщений, телеграфная связь (световая), иностранные дела, текущее законода­тельство, полиция. Помимо него, были логофеты казначейства, во­енных дел, уделов, мануфактур. Командование сухопутной армией возлагалось на доместика, морским ведомством руководил друнгарий флота. Имуществами императора ведал хар-туларий. В IX в. возникло специализированное ведомство госу­дарственного контроля — сакелларий, в задачи которого вхо­дил надзор за чиновниками и за финансовыми делами. Но права ве­домства были малы.

Особо разветвленным был финансовый аппарат управления. Главное налоговое ведомство — геникон, — помимо установ­ления налоговой политики, управляло некоторыми императорскими поместьями, ведало водоснабжением, рудниками. Кроме него, было несколько казначейств, каждое из которых ведало особым родом доходов и расходов (например, сакеллий — денежными, вестиа-рий — натуральными, но и чеканкой монеты). Каждое из казна­чейств хранило свои виды императорских имуществ, занималось своим родом государственных поставок. Взаимное переплетение полномочий, наделение ведомств еще и судебными правами созда­вало не только административную неразбериху, но и благодатную почву для гигантских, прославивших Византию, коррупции и зло­употреблений.

Имперская бюрократия    Расцвет чиновничьей бюрократии со-

ставил еще одну черту византийской

государственной администрации. Уже в IV в. только в аппарате пре­фектур насчитывалось свыше 10 тыс. профессиональных чиновни­ков. Должности могли покупаться (в 535 г. была установлена точ­ная такса за покупку). Законом вместе с тем чиновникам предписы­валось «по-отечески» относиться к населению, требовательно отно­ситься к исполнению государственных дел.

Новая, по сути сословная, административно-бюрократическая система установилась после преобразований конца IX — начала X в. при василевсе Льве Мудром (886-912). Количество ведомств центральной администрации возросло до 60. Государственная служ­ба стала как бы обозначением особого социального, сословного ста­туса, сопряженного с привилегиями. Доходы чиновников не облага­лись налогами, для них устанавливалась внутриведомственная юрисдикция (правда, наказывались даже за орфографические ошибки в документах), в случае общих преступлений к чиновни­кам не применялись тяжкие наказания. Вместе с тем чиновникам

 

430

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

431

 

 

 

запрещалось заниматься промышленной и любой хозяйственной де­ятельностью.

Все государственные служащие были расписаны по своеобразной табели о рангах, где устанавливались три рода государст­венной службы (военная, придворная и гражданская) и до 60 ран­гов. Соответствующий ранг давал право на занятие того или другого бюрократического поста и был неразрывен с ним. Каждому рангу полагалась своя квота выплат (до 500 тыс. серебряных номисм) за должность. 18 высших рангов включали главнейших лиц импера­торской фамилии и придворных служащих. Военные ранги первен­ствовали перед гражданскими, даже весьма важными (так, логофет дрома числился в 7 ранге, а эпарх, правитель столицы, — в 18-м). Титулы давались пожизненно, но они не были наследственными. Борьба чиновников за сохранение рангов, титулов, за продвижение по служебной лестнице, за доходы по должности и около нее стали отравой административной системы Византии. К XI в., по замеча­нию современника, чиновничья «филия» (блат) стала политическим явлением в государстве. Хотя законом Льва Мудрого и предписыва­лось несправедливого и невежественного судью подвергать конфи­скации имущества, позорящей стрижке и вечному проклятию, от­торжение бюрократии от общественных нужд и интересов было по­всеместным. Процветало взяточничество. Частичной мерой борьбы с этим явлением стало установление в XII в. чрезмерно большого жа­лованья для чиновников,' что якобы должно было изменить цели их интересов.

Местное и военное управление Местное управление в Византийском

государстве играло особо важную роль

из-за обширности и разноэтничности империи. Оно было неразрыв­но с военной организацией и менялось в зависимости от того, какие черты она приобретала.

В IV—VI вв. византийская армия строилась по позднеримскому образцу и состояла из ополченцев, служивших по 20-25 лет, и час­тично из рекрутов по набору. Для облегчения набора армии было до 13 пограничных округов во главе с герцогами (duces) и распределе­ние военачальников по отдельным областям империи. Территори­альное деление государства также было унаследовано от Римской империи. Византия подразделялась на 2 префектуры во главе с пре­фектами претория (Восток и Иллирия), затем на 7 диоцезов — ок­ругов во главе с викариями и наконец на более чем 50 провинций. Во главе гражданского управления провинции стоял п р е з и д , ве­давший ранее всего сбором налогов, надзором за местной админист­рацией. Он же был и главным судьей в своей провинции. Военные власти были представлены собственными чинами. При Юстиниане провинции были укрупнены, усилено разделение военных и граж­данских полномочий чиновников.

В VII-VIII вв. в империи совершился переход к новому военному

 

строю, основанному на полуфеодальной по своей природе службе крестьян и людей других сословий за предоставленную им государст­вом в пожизненное неотчуждаемое владение землю. Стратиоты получали разных размеров наделы (в 5 условных единиц для конной службы, в 4 — пешей, в 3 — службы на флоте). Для лучшей органи­зации и прямого управления новым родом военнослужащих провин­циальное устройство было заменено особыми округами — фема-м и . Первоначально фем было 3, затем до 29 (в сер. X в.) и до 38 (в XI в.). Каждая фема должна была выставить от 4 до 10 тыс. воинов, главным образом легкой кавалерии. Со временем появились и тяже­лые кавалеристы — катафракты, служба в которых была обязанно­стью с особого, подобного рыцарскому на западе надела. Стратиоты платили основной в империи поземельный налог, но были свободны от всех других натуральных и денежных повинностей. В фемах граж­данская и военная власть были слиты воедино. Наместником был доместик фема . Хартуларий ведал интендантскими де­лами, чисто гражданскими — протонотарий. Во главе фема стоял военачальник — стратиг, а военный штаб был и органом общего управления. Одним из высших должностных лиц был и фемный судья. Фемы подразделялись на турмы во главе с тур-мархом, далее на наместничества и банды. В степях фемное устрой­ство заменялось на особые области — т а г м ы .

В правление династии Комнинов фемное устройство пришло в упадок и перестало служить основой военной и административной организации. Возродилось оно к XI-XII вв. уже в чисто военном об­личье, возглавлял новые фемы военачальник — д у к а .

Самостоятельную территориальную единицу представляла сто­лица — Константинополь вместе с отнесенной к нему округой (до 100 миль). Столицей управлял особый чиновник — эпарх, — обладавший и военной, и гражданской, и судебной властью. Помимо прочего, на нем лежала ответственность за безопасность дворца и государственных учреждений, как и за весь т. н. внутренний город. Он ведал городским устройством, организацией ремеслен­ных и торговых корпораций, рынками и морским делом, исполнял в широком смысле полицейские функции, в том числе начальствуя над стражей и специальными гвардейскими отрядами. В ранний пе­риод Византии некоторое время сохранялись также в качестве полу­почетных должностей, связанных с организацией игр, празднеств, звания консулов и преторов в городах.

Города, особенно на побережье Малой Азии и в Иллирии, распо­лагали значительным самоуправлением — каждый по своему тради­ционному образцу. К IX в. самоуправление было упразднено в связи с общим укреплением централизации, усилением автократии вла­сти, а главное — возобладанием военных принципов в местном уп­равлении, «как не соответствующее порядку вещей, при котором обо всем печется император».

 

432

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

433

 

 

 

Государство и церковь     Формально христианская церковь За-

пада и Востока считалась единой. Од­нако с распадом Западной Римской империи единство стало фиктив­ным. Обособлению способствовали не только исторические особен­ности восточной церкви в вопросах вероисповедания и богослуже­ния, но и отличные от Запада отношения церкви с государственной властью.

Византийский император считался главой церкви в империи. Высшие церковные иерархи были как бы министрами священных дел и обязывались действовать во исполне­ние общегосударственных постановлений. За церковью признава­лись права самоуправления. Однако церковные соборы (высший орган церковной власти) в Византии собирались только по указу василевса. Он же утверждал постановления этих соборов и важные решения церковных властей. Император регулировал внутрицер-ковную жизнь, включая вопросы истолкования Священного писа­ния и даже богослужения. В церковно-политическом отношении та­кое главенство стало принятым обозначать как цезарепа-п и з м , слияние церковной и светской высшей власти при доми­нировании государства.

До IV в. особой иерархии церковных властей не существовало. Всеми делами общин или области управляли епископы. В восточной церкви епископы в особенности были заняты и ведением церковного хозяйства. Епископы городов, где традиционно проводились церков­ные соборы или частные церковные съезды, со временем получили особый статус митрополитов. В V-VI вв. митрополиты, опираясь на учение отцов церкви, стали как бы верховными церковными иерар­хами; на место избрания епископов пришло их постановление мит­рополитами. Наиболее почетные и уважаемые из иерархов называ­лись патриархами. Первоначально этот титул не имел особого зна­чения. Позднее титул закрепился только для митрополитов Кон­стантинополя, Иерусалима, Антиохии и Александрии. За патриар­хами стали признаваться особые права, в том числе и по внудрицер-ковному управлению и взаимодействию с государственными властя­ми. Константинопольский патриарх получил значение вселен­ского, этому способствовала централизаторская политика импе­раторов. С IX в. патриарх стал проводить процедуру миропомазания елеем императора, которая означала передачу и божественной вла­сти.

Константинопольский патриарх возглавлял синод восточной цер­кви — постоянный административно-церковный совет, куда входи­ли митрополиты и архиепископы, настоятели крупных монастырей и высшие церковные администраторы. В восточной церкви благода­ря наличию крупных земельных владений и обширному хозяйству сложилась особая разветвленная администрация, значение которой для своего населения подчас превосходило государственную. Вы­сшую администрацию церкви представляли великий эко-

 

ном, ведавший всем хозяйством, верховный управи­тель монастырей, верховный смотритель свя­щенных даров, ведавший церковной утварью и священными регалиями, великий канцлер, занимавшийся в том числе и внешними сношениями церкви, церковной дипломатией, вели­кий интендант монастырей, выполнявшие судебно-юридические функции дефенсор, протонотарий и др. К X в. сложился и свой административный аппарат епископий. Его возглавлял начальник секрета-канцелярии (хартофилак) Финансово-казначейские дела вели эконом, сакелий. Было ведомство и внутрицерковного контроля. Территориальные и цент­ральные администрации были соподчинены. Большинство дел реша­лось в Константинополе, где под началом синода сложилась своя бюрократия, только формально имевшая церковный характер.

Поворотным пунктом в истории восточной церкви стал ее официальный разрыв в 1054 г. с западной, связанный с попыт­ками римских пап восстановить значение своей власти и в ви­зантийских владениях. Разрыв сделал восточную церковь в еще большей степени зависимой от государственной власти и импе­раторской политики.

Кризис и падение Византии      К началу XIII в. общий социальный и

внутриполитический кризис Византии

сделал ее положение неустойчивым. Ослаблению империи способст­вовала агрессивная внешняя политика римского папства, Венециан­ской республики и мощное общеевропейское движение крестовых походов. Во время IV крестового похода рыцарские армии разгроми­ли Константинополь и остатки единых владений византийских им­ператоров.

По описанию современника, «когда Константинополь был взят латинянами, случилось так, что держава ромеев, как грузовое суд­но, подхваченное злыми ветрами и волнами, раскололась на множе­ство мелких частей, и каждый ухватил один — одну, другой — дру­гую часть». После разгрома 1204 г. на месте Византийской империи сложилось несколько обособленных государств.

Центральная часть вошла в Латинскую империю. В ней взяли власть руководители рыцарских западных ополчений, а реально ос­новные богатства и значительная часть территории перешли под уп­равление Венеции. Со временем, подчинившись перенесенным с за­пада феодальным порядкам, Латинская империя раскололась на не­сколько феодальных сеньорий, ставших добычей окрестных госу­дарств. Наиболее крупным остатком Византии стало Никейское царство. В нем были сохранены государственные и политические традиции империи, включая императорскую власть. Государствен­ная администрация даже еще централизовалась и усилилась. Воз­никли должности великого стратопедарха (своего рода

заместителя императора в его отсутствие),   великого    к о н о -

 

434

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

435

 

 

 

 

 

с т а в л а (предводителя западных наемников). Большую государ­ственную роль стал играть татий дворца — наставник импе­раторских детей. В областном управлении было сохранено и восста­новлено фемное деление. Другими крупными осколками Византии были Эпирское царство на Балканах и Трапезундская империя в северо-восточной части Малой Азии. Последняя довольно скоро по­теряла государственно-политическую общность с Византией, подпав под влияние институтов и политики Грузинского царства, пережи­вавшего в ту пору короткое время расцвета.

После продолжительной военной и политической борьбы прави­телям Никеи удалось в 1261 г. восстановить империю, объединив некоторые наиболее важные центральные области под властью кон­стантинопольских императоров. В возрожденной Византии устано­вилась власть новой династии Палеологов (1261-1453).

Возрожденная империя мало походила на прежнее могуществен­ное государство. Ее территория и военные возможности сократи­лись в несколько раз. В последний период истории Византии в ней упрочились и расширились отношения государственного феодализ­ма. Одновременно начался общий упадок городской жизни, мор­ской торговли. Господствующие позиции на Средиземном море за­хватили итальянские города. Это обусловило скорый упадок эконо­мики Византии, с этим — и возможностей византийского государ­ства. Важную роль в падении империи сыграли народно-крестьян­ские восстания на Балканах в первой половине XIV в. Во время некоторых из них даже образовывались своеобразные плебейские республики, на несколько лет выходившие из подчинения цент­ральной власти.

С конца XIII в. самым опасным соперником для Византии стало государство турок-османов, переживавшее процесс своего становле­ния (см. § 45). На протяжении XIV в. турки завоевали почти все владения Византии в Малой Азии, а к концу века начали овладе­вать Балканами. После выигранных сражений турки подчинили се­бе югославянские государства (Сербию, Болгарию). Территория Византии была сведена к Константинополю с несколькими острова­ми. Империя стала вассалом османских султанов, платя большую дань. Наконец, в 1453 г. османы захватили и разгромили Констан­тинополь. Последний император Константин XI погиб в сражении. Город был переименован в Стамбул, став столицей нового государ­ства.

1