§ 29. Развитие феодальной государственности в Германии

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 

29.1. «Священная Римская империя германской нации»

Становление германской государственности

С распадом империи Каролингов (сере­дина IX в.) на исторических террито-

!               риях германских племен образовалось

самостоятельное Восточно-Франкское государство. В королевство вошли земли преимущественно с германским населением. Такая эт­ническая сплоченность была редкой для средневековья. Королевство не обладало, однако, государственно-политическим единством. К началу X в. Германия представляла совокупность герцогств, круп­нейшими из которых были Франкония, Швабия, Бавария, Тюрин­гия, Саксония.

Герцогства не были реально взаимосвязаны друг с другом, они существенно различались даже по социальному укладу. В западных областях прочно утвердился вотчинно-ленный феодализм, почти не осталось свободного крестьянства, возникали новые социально-эко­номические центры — города. В восточных областях феодализация общества была слабой, социальный уклад был сориентирован на об­щинные связи, сохранялись значительные территории с догосударст-венным бытом варварских времен; там только появлялись поздней­шие из варварских правд (см. § 23).

Единство государства окрепло с утверждением на королевском престоле Саксонской династии (919 — 1024). Были временно пре­одолены междуусобные распри, несколькими удачными внешними войнами в основном определены территории, принадлежащие коро­левству, установлено особое политическое место короля в феодаль­ной иерархии — король Оттон I был коронован (в условном центре государства — Аахене). Формирование единой государствен­ной организации королевства было своеобразным в силу большой зависимости королевской власти от племенных герцогств. Становле­ние государственности в Германии шло в опоре на церковь как единственную носительницу государственного начала.

 

310

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

|'ЛЗДЕЛ HI

 

311

 

 

 

Единственными органами государственного управления в коро­левстве были церковные институты: монастыри, аббатства, епископ­ства. Только они реально и были заинтересованы в создании более централизованного государства: Римская церковь надеялась найти в новом государстве воспреемницу идеи Христианской Империи. Что­бы прочнее привязать церковь к королевской власти, германские монархи стали практиковать большие земельные пожалования духо­венству. Пожалования сопровождались передачей церкви юрисдик­ции и даже политических прав в отношении населения этих обла­стей, включая и феодалов. В начале XI в. началась даже передача в руки церкви целых графств, а графов ставили епископами. Еписко­пам и аббатам предоставлялось право королевского б а -н а в отношении подвластной территории (совокупность военных, административных и судебных полномочий).

Назначение на высшие церковные должности производилось ко­ролем. Тем самым церковная администрация превращалась, по су­ти, в государственную, учитывая, что священнический стаж боль­шинства высших иерархов начинался только с назначением. Цер­ковные сановники привлекались к несению дипломатической, воен­ной службы, выполнению политических дел. Вассалы епископов и аббатов составляли большую часть армии, нередко сами епископы и возглавляли полки. Это была особая имперская церковь (Reichskirche).

Такая церковная государственность несла в себе предпосылки очень неоднозначных политических следствий. Во-первых, к XIII в. многие епископства превратились в обособленные и политически замкнутые территории, лишь номинально подчиненные в ленной иерархии королю. Во-вторых, активная процерковная политика гер­манских королей неизбежно вовлекла Германию в вековую внешнеполитическую авантюру: борьбу за доминирование над Ри­мом и папством, за подчинение Италии. Эта борьба дополнялась стремлением обогатиться за счет цветущих городов Северней Ита­лии.

Война за Италию и возобладание над папством поначалу принес­ли огромные политические выгоды. В 962 г. Отгон I был коронован в Риме императорской короной. Образовалась Священная Римская империя, куда, помимо Германии, включились Италия, часть Юж­ной Франции и территории Центральной и Восточной Европы. Од­нако исторически образование империи, несомненно, воспрепятство­вало германскому национально-политическому единству.

В-третьих, переплетение королевской и церковной власти в им­перии вызвало уже в XI в. длительную борьбу за и н в е с т и -туру с папами, т. е. за право назначать в церковные должности. С избранием папой Григория VII стремление императоров диктовать свои условия потерпело крушение: Генрих IV был даже вынужден пройти унизительную процедуру своего «прощения» папой в замке

 

Каносса (тем и прославившемся). Борьба империи и j пг шства в „тоге завершилась подписанием Вормского KOHK°P^™ ^ гпягно нему выборы епископов в империи впредь должны фоСво0дитеьсЯУ различно: в Германии - под надзором «шеа других частях - без участия имперской власти. После император вручал епископу светскую инвеституру (власть), папа имвоРлТ?Уховной. Примирение имело не только церковные .послед ствия Оно в значительной степени выводило из-под политической подчиненности королей епископов, которым ранее передали госу­дарственные права. Центральная власть начала ослабевать.

Организация ленной монархии

Сложившееся к X в. Германское госу­дарство по внутриполитической орга­низации было типично ленной монар-

хией. Одной из важнейших ее ^особенностей ££^^££

нир ярнные поава церкви. К ли — ЛШ вв. ленная ис^ау          v

I ла "олиТиче^ки-^равовой вид: обычаи и право подааздаля in фео­дальное общество на т. н. «7 щитов» (ступеней), среди вый принадлежал королю, второй - епископам и *66 независимым князьям, четвертый - сеньорам и т. их были неравнозначны. Так, определялось, что судебные права не даютТникому ниже уровня 5-го «щита», что Р*™^-*^ ная юрисдикция (с правом назначения смертной в ояк> «е вручает^ г« ниже уоовня 4-го «щита». Устанавливая вассально-ленные ооя занноГти  Гаво вместе с тем и ограничивало свободное усмотрение SSSSpa^ ^нных традициях. Император мог держать ^ импер­ский лен незанятым не более года, но и Держател^мперских ленов не могли передавать их другим лицам без РазРеше™^^ться кс! имперском лене считался неделимым и не мог ПР^™™П^ му-либо без самого лена. Однако император Расп°Ряжан^™"£р мую только ленами от имени империи и своим собственным доме­ном; держания второго, третьего и т. д. уровней находились уже вне его контроля и прав. Тем самым^и значительная часть наседаюш была подвластна не императорской администрации , и .суду, а власти своих епископов, князей и сеньоров, что ослабляло государственно

политическое единство империи.  мпииям зависела

Кооолевская власть в империи по своим полномочиям зависела от политической ситуации. Предопределялось это тем, что герман-гкпго коволя избирали   на имперском съезде герцоги (князья; и   позднее наиболее важные архиепископы. В избрании могли при­нимать участие только обладатели исконных немецких земель. Пол-номо7ияУ монарха заключались в ленных правах, особых привиле™-ях (чеканка монеты и установление пошлин везде, по месту преоы :^ия) и верховной юрисдикции. Право законодательствовать толь­ко по личному усмотрению за королем не признавалось^ Ъиж*о ролю принадлежало право суда над князьями. В военных походах права монарха также не были неограниченны.

 

312

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАИА

 

1'ЛЗДЕЛ III

 

313

 

 

 

Королевский двор был узким по составу. Его управлению подле­жал только домен. Двор составляли королевские вассалы — ми нистериалы, некоторым поручалось исполнение постоянных должностей. Постоянным учреждением была только канцеля­рия, где велось государственное делопроизводство. Управляющий двором — майордом — назначался с согласия знати. Ближай­шие помощники короля носили звание королевских совет­ников. Эти должности не были инетитуализированы, а составля­ли скорее почетные ранги. Такой же смысл вкладывался и в ряд чи­нов королевского двора, которые считались как бы отличительными званиями некоторых высших магнатов — почетный столь­ник, чашник, маршал, канцлер. Со временем эти чины (лишь эпизодически связанные с исполнением подразумевае­мых функций и полномочий — в случае торжественных событий) закрепились за отдельными фамилиями наследственно: так, пфаль­цграф Рейнский считался одновременно имперским стольником, герцог Саксонский — маршалом.

Важнейшую политическую роль играли собрания знати. Они бы­ли унаследованы от франкских времен, однако иными были и со­став, и значение. На эти собрания призывались все связанные с фе­одально-ленными отношениями с королем: князья государства, пра­вители областей, архиепископы, в самой малой части — королев­ские министериалы. Собрания проводились практически ежегодно в X в., иногда — по два в год. На них обсуждались военные вопросы, назначения в епископские должности, судебные дела. В первой по­ловине XII в. значение собраний поднялось: они стали считаться не­обходимой частью обнародования императором законодательства.

Во главе местного управления по особым традиционным округам находились графы — с военной, судебной и полицейской вла­стью. Там, где графства превратились в полновесные лены, сформи­ровался и второй уровень управления — при помощи назначенных ф о х т о в , которым вручалась административная и полицейская власть в основном по отношению к несвободному населению-.

Военная организация империи основывалась на ополчениях фе­одалов. Ленники обязывались к конной службе, прочие, в т. ч. кре­стьяне, к пешей. Существовал и специальный налог на содержание войска. Другие налоги и доходы короны были связаны с домениаль-ными правами.

Политическое дробление империи

В конце XII — начале XIII в. на основе общего социального и экономического оживления Германии в политической

структуре империи обозначились важные изменения: прежние фео­дальные области (герцогства, архиепископии) превращались в почти полностью самостоятельные государства. Одной из важных социаль­ных опор для князей в стремлении к обособлению от империи стали германские города. XII — XIII вв. были временем начала расцвета

 

i ородской жизни в Германии: число городов возросло до 500, многие i тали важными политическими и экономическими центрами своих областей. Начиная с XIII в. почти все новые города возникали во нладениях отдельных князей и пользовались их покровительством. . Князья развернули борьбу за подчинение имперских городов своему феодальному иммунитету.

Наряду со старыми княжествами и областями важное значение приобрели вновь образовавшиеся. В 1156 г. выделилась из Баварии   ' в самостоятельное герцогство Австрия. В XII в. на основе небольшо­го поначалу маркграфства началось формирование герцогства Прус­сии. Общее завершение феодализации в стране привело к тому, что на месте прежних полуплеменных герцогств образовалось до сотни княжеств, из которых 80 были духовными. Территориальные князья заняли  место племенных герцогов франкского времени,  составив особое высшее сословие —   имперских    князей.       Князья могли держать свои лены и от негерманских государей, некоторые уже в XII в. оказались в вассальных отношениях с несколькими мо­нархиями Европы. Вместе с тем князья всячески препятствовали ус­тановлению прямых ленно-вассальных связей императора с подчи­ненными им феодалами. Императорская власть практически утрати­ла к концу XII в. опору в широкой среде рыцарства и поддержку собственных министериалов (которые в значительном числе превра­тились в свободных феодалов, сохраняющих свой статус благодаря связям с несколькими князьями сразу).

Негативное влияние на единство империи оказали династиче­ские события. После некоторого политического взлета в правление королей из династии Гогенштауфенов (1138 — 1254) в Германии настал кризис, вызванный пресечением династии. Кризис практи­чески закрепил реальную уже раздробленность империи. В 1273 г. на имперский престол был избран Рудольф I из новой династии Габсбургов. Основное внимание новых императоров сосредоточи­лось на расширении своих владений в Австрии. Имперская поли­тика перешла более на уровень идейно-политических акций, по­исков согласия между германскими князьями по государственным

вопросам.

Решающим этапом в оформлении нового государственного каче­ства империи стало правление короля Фридриха II Гогенштауфена (1220 — 1250). Продолжая авантюрную итальянскую политику первых'императоров, Фридрих II, отчасти вынужденно, отчасти из равнодушия к делам Германии, закрепил целым рядом актов широ­чайшие права областных магнатов. В 1220 г. духовным князьям бы­ла передана часть императорских суверенных прав: назначение епи­скопов в их княжествах, основание таможенных дворов и финансо­вые регалии, право ставить кого-либо вне закона. Духовные лены были объявлены неприкосновенными, а император обязывался их защищать от любых посягательств. Согласно заключенным в

 

'" '•          til             .I!

 

314

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

315

 

 

 

1231 — 1232 гг. Вормским привилегиям между королем и сословиями, сходные права получали и светские князья: они мог-ли чеканить свою монету, изымались от юрисдикции земских судов, приобрели законодательные права в своих землях. Единственным остатком государственной централизации под властью Фридриха II после этого оставалось только Сицилийское королевство, присоеди­ненное к империи. В королевстве сформировалось прочное государ­ственное управление, специальные финансовые ведомства, постоян­ные должности чиновников; издавались конституционные постанов­ления всеобщего значения. Однако в целом с середины XIII в. Свя­щенная Римская империя германской нации (официально доктрина священства империи была провозглашена в 1157 г., тогда же, когда монах Отгон Фрейзингенский обосновал концепцию самостоя­тельного, без папы, суверенитета империи и обусловленности вла­сти короля только «Божьим определением и народным избранием») стала представлять своеобразную политическую федера­цию самостоятельных германских (и негерманских) феодальных государств.

Государственная система империи XIV — XV вв

Усиление              государственно-поли-

тической самостоятельности отдельных германских княжеств  продолжилось в

XIV — XV вв. Границы огромной империи в это время стали в боль­шой степени номинальными. Внутри началось движение за откры­тый выход из ее состава: в начале XIV в. сложился Швейцарский союз, поведший борьбу за независимость.

Император обладал особыми правами политического верховенства, которые были далеки от реальных государст­венных полномочий. Даже в периоды укрепления империи не уда­лось превратить эту власть в наследственную. К XIV в. принцип избрания на престол по воле собрания высшей знати империи стал абсолютным. Это было закреплено в особом документе^ — Зо­лотой булле 1356 г.*, дарованной королем Карлом IV. Устанавлива­лись права особой коллегии — из 7 князей и архиепископов (владе­тельных князей Майнца, Кельна, Рейнского, Саксонского, Бранден-бургского, короля Богемии) на своем съезде избирать императора. Эти права были впредь наследственны и неразрывны с особым ста­тусом самих князей как суверенных правителей. Булла , закрепляла за князьями финансовые регалии, ранее принадлежав­шие императору (рудники, чеканку монеты), максимальный судеб­ный иммунитет, право заключать внешнеполитические союзы. Съезд князей становился практически постоянным политическим институтом империи: он должен был происходить ежегодно и вместе с императором решать дела «к общей пользе и благу».

* Буллой называли грамоту особого значения. Золотой — из-за особой пе-ч<ии, подвешенной к ней.

 

Императорская власть не имела в своем распоряжении ре­альной администрации. Управление империей осуществлялось бо­лее внеинституционно: благодаря личному присутствию императора в княжестве (они не имели постоянной резиденции) или родственным связям, благодаря вассальным связям, благодаря представительству от империи в местных учреждениях, благодаря привлечению князей на срок для выполнения королевских по­ручений, благодаря, наконец, обязательствам имперских городов. Финансы империи также были децентрализованы. Практически единственным рычагом власти было право опалы на про­винившегося, т. е. лишение возможности прибегать к защите императорского суда.

Значимым институтом императорской власти стали съезды фео­далов — райхстаги. Райхстаги сложились как продолжение собра­ний знати эпохи ленной монархии. С оформлением в социально-правовом укладе империи сословий, райхстаги стали рассмат­риваться как их представительства в деле управления империей. Вначале на съезды призывались только князья и, как вторая ку­рия, графы. С 1180 г. оформилась полновесная вторая условная ку­рия — графов и рыцарей, с XIII в. они участвуют уже регулярно. В XIV в. право участия через своих представителей получают им­перские и княжеские города, императорские министериалы. Уча­стие в райхстаге расценивалось как государственно-правовая обя­занность, неразрывная с подчинением императорской власти; уже в XIII в. правом предусматривались значительные штрафы за пре­небрежение этим. Император мог и отобрать право присутствия на

райхстаге.

Созывались райхстаги императором по его соизволению, точных приглашений не было. С конца XV в. райхстаг работал по куриям: 1) князей, 2) графов и рыцарей, 3) городов. В его компетенцию вхо­дили постановления по организации вооруженной силы империи, сбору налогов, управлению общеимперскими имуществами, новым таможенным сборам. Сословия утверждали предложенные импера­тором правовые обычаи, с 1497 г. стали влиять и на указы импера­торов. Собирались райхстаги по усмотрению императора и в том ме­сте, где он указывал. С 1495 г. созыв стал ежегодным; в этом же го­ду закрепилось за съездом и название Reichstag. Существование райхстага и некоторых других сословных институтов, их роль в им­перии определили Германию как сословную монархию, но весьма относительную в своем государственном единстве.

На райхстагах второй половины XV в. неоднократно вставал воп­рос о реформе империи, идеи которой активно разрабаты­вались в политической публицистике эпохи. Ослабление империи было в том числе и пагубно для значительного числа мелких прави­телей. Райхстаг 1495 г. провозгласил «всеобщий земский мир» в им­перии (в развитие идей о гарантиях прав всех в империи, появив-

 

316

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

317

 

 

 

шихся в виде «общего мира» еще в середине XII в.). Запрещались внутренние войны в империи, посягательство на установленные права и привилегии. Для некоторых гарантий создавался имперский суд (представлявший курфюрстов и города, председателем был им­ператор) с верховными судебными правами, а также имперская во­енная организация (до 4 тыс. конницы и 20 тыс. пехоты, созывае­мых по 10 округам, на которые разделялась империя). Была сделана попытка ввести единую имперскую подать. При императоре созда­вался общеадминистративный орган — имперский придворный со­вет. Однако в условиях почти векового кризиса германской государ­ственности, вызванного Реформацией XVI в., новые учреждения в большей степени остались действенными в пределах владений Габс­бургов, закрепивших за собой (1438) императорский престол,— Ав­стрии и восточных областей.

В конце XV в. полную самостоятельность от империи обрел Швейцарский союз. После Реформации и, особенно, завершившего Тридцатилетнюю войну Вестфальского мира 1648 г. Германия была официально признана союзом государств, а за территори­альными правителями закреплен титул королей. Номинально зва­ние императора и общеполитические полномочия сохранялись за ав­стрийским домом Габсбургов до начала XIX в., когда (1806 г.) Свя­щенная Римская империя была упразднена.

29.2. Развитие территориальной государственности: Пруссия

Формирование Прусского государства

Возникновение Пруссии было связано с развернувшейся в XII в. германской колонизаторской экспансией на восток Европы.   Территориально  и  политически  зарождавшаяся  Пруссия

Начиная с XIV в. Германия стала постепенно превращаться в политическую мозаику различных по значимости — ив общегер­манской истории и по размерам — государств. В кризисные периоды истории насчитывалось до 300 государств и полусамостоятельных владений, имперских ленов и т. д., объединенных условной федера­цией Священной Римской империи. Наиболее крупными и значи­мыми государствами в последующей германской истории стали Авс­трия, Бавария, Пфальц, Саксония, Баден. Особое место в государст­венно-политической истории Германии заняла Пруссия (Бранден-бург). Она не только стала в начале эпохи Нового времени наиболее мощным и влиятельным из германских государств, активным участ­ником европейской государственно-политической и военной исто­рии. Сложившийся в ней к XVII в. государственный абсолютизм был отмечен особым своеобразием и составил специфическое явле­ние в развитии государственных форм не только в Германии, но и в Европе.

 

была также едина с Тевтонским рыцарским орденом; многие захва­ченные и освоенные земли на границах Польши управлялись совме­стно. К середине XII в. сформировалось самостоятельное маркграф­ство Бранденбург, где правила своя династия. Оно стало центром будущего государства. (В 1230 г. впервые был упомянут новый центр Марки — Берлин.)

В первые века государства город и деревня в нем были мало отлич­ны друг от друга и управлялись единым образом: с помощью б у р г г -р а ф о в , осуществлявших главным образом юрисдикцию. С XIII в. управление Маркой изменилось. Область была подразделена на 30 ок­ругов, во главе которых поставлен ф о х т . Ему подчинялись и го­родские, и деревенские общины. Только крупные церковные вотчины обладали судебным и административным иммунитетами. Фохт объе­динял в своем лице полицейскую, административную, финансовую и судебную власть, предоставленную ему маркграфом как феодальным сюзереном области. Фохта назначал маркграф — первоначально или из состава своего двора, или выходцев из других областей Германии; позднее — по совету «мужей и городов» фохтства и обязательно из ме­стных известных лиц.

Высшее управление государством осуществлял дворец правите­ля, обладавший всеми типическими, чертами феодального двора. Не­которые особенности состава и принципов распределения полномо­чий были обусловлены военным характером новой обла­сти, постоянными колонизационными столкновениями. Наиболее стабильными должностями дворца были гофмейстер (дворец­кий), маршал (ведавший конными пастбищами, оснащением войска, позднее — начальник рыцарского ополчения), камера-р и и (руководивший финансами государства). При правителе был также протонотарий, считавшийся держателем большой пе­чати и начальником канцелярии.

Правительственные полномочия маркграфа имели в себе мало государственных черт и почти не отличались от домениальных прав, особенно в колонизируемых областях. Слабо были развиты и лен­ные связи: большинство феодалов находились в положении мини-стериалов домена правителя. Поэтому Бранденбургское государство XII — XV вв. (нераздельность Марки была закреплена Золотой бул­лой в 1356 г. вместе с наследственными княжескими правами ее правителя) по своей организации было не ленной монархией, а ран­нефеодальной.

В XV в. после нескольких десятилетий династических распрей, вызванных пресечением старой линии правителей Бранденбурга, престол маркграфства (курфюршества) заняли Гогенцоллерны (с 1415 г.). Их династия царствовала до исторического конца Прусско­го государства. С правлением Гогенцоллернов связано быстрое ук­репление военной силы Марки, присоединение новых территорий, создание новой администрации. Хотя в первые десятилетия их вла-

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ III

 

319

 

 

 

сти государству пришлось испытать и династическое раздробление, вызванное особым порядком наследования.

В XV в. завершилось оформление земских сословий (наряду с общеимперскими): духовенства, дворянства, городов. В Марке особое значение приобрело дворянство — не только как наи­более богатый слой землевладельцев, но и как носители вотчин­ного управления, которое получило большое распростране­ние посредством новой передачи иммунитетных прав от курфюрста. В XV — XVI вв. в политической системе Бранденбурга (как и боль­шинства других германских земель и княжеств) закрепились новые институты — ландтаги (земские съезды). Они вели происхождение от традиционных совещаний правителя с сословиями и своим дво­ром. В ландтагах участвовали приглашенные курфюрстом лица из духовенства, рыцарства и от городов. Принцип представительства сословий не сложился. В основном призывались по именным пригла­шениям правителя. Только города посылали определенное число де­путатов, снабжая их своего рода мандатами. В компетенцию ландта­га входило обсуждение налогов, мер по обеспечению «общего им­перского мира», законодательных предложений. Их влияние на крупные государственно-политические вопросы было невелико. Не­изменное, хотя и нерегулярное функционирование земских съездов означало, что в Бранденбурге XV — XVI вв. сложились элементы сословной монархии.

В этот период преобразовалось и местное управление княжества. В нем проявились черты территориально-административного го­сударственного, а не чисто домениального управления. Фохтства утратили свое значение, образовались округа (в исто­рических границах больших общин). Во главе такого земства ставился старшина — на небольшое время (до 6 лет) с военной и полицейской властью, а также общественно-хозяйственными фун­кциями (поддержание состояния дорог, мостов и т. п.). С 1500 г. но­вое управление стало чисто чиновничьим.

Большое значение для политической системы Бранденбурга име­ли религиозная Реформация и последовавший за нею общий пере­дел власти в империи. Приняв сторону протестантизма, бранденбур-гские курфюрсты во второй половине XVI в. существенно увеличи­ли свои владения за счет самостоятельных католических епископств и даже мелких князей. Протестантизм не предполагал возможности для новой церкви обладать земельными владениями. Поэтому были проведены крупные конфискации внутри княжества. Духовенство как сословие утратило свою обособленность и старые права. В 1542 г. в Марке было сформировано свое церковное управление по синодальному образцу: делами церкви правил отныне светский су­перинтендант и коллегия 3 — 4 духовных лиц.

 

 

Становление абсолютизма в Пруссии

XVII в. стал поворотным временем в становлении нового Германского госу­дарства. Курфюршество Бранденбург благодаря разного рода внутриимперским и даже общеевропейским политическим противоречиям и полуудачным войнам с соседями присоединило к себе несколько крупных областей. Наиболее важ­ным приобретением было герцогство Пруссия (1635), образовавшее­ся из земель прежних Тевтонского и Ливонского орденов, а также Померания, земли к западу от старой Марки. Власть и влияние пра­вителей Бранденбурга значительно выросли. В другом отношении, именно в первой половине XVII в. в государственной организации страны стали проявляться черты, характерные для абсолютной мо­нархии. Особенностью ее становления в Бранденбурге стало особое значение административной и военной организации.

Власть курфюрста не могла претерпеть существенных правовых изменений: ее статус предопределялся традициями и законами, об­щими для Германской империи, основные суверенные права были закреплены еще в Золотой булле и в Аугсбургском трактате 1555 г. Сохранялось общеполитическое влияние империи на дела княжест­ва. Курфюрст Бранденбургский, кроме всего, считался постоянным почетным имперским казначеем. После Вестфальского мира 1648 г. за Бранденбургом, как и за другими германскими землями, было полностью признано право на суверенную внешнюю политику и за­ключение политических союзов. В начале XVII в. курфюрсты утвер­дили династическую нераздельность владений (Герский д о -мениальный договор 1603 г.). Это стало важнейшей предпосылкой политического возвышения княжества.

На первую половину XVII в. пришлось становление центральной администрации княжества. До этого правительство Бранденбурга было практически неорганизовано.  Существовали только высший апелляционный суд   (Судебная    палата)    и орган общего финансового контроля за сословными институтами сбора налогов и пошлин .(Чиновная    палата).    Администрация курфюрста была представлена несколькими   советниками,    важнейшим из которых считался   канцлер.    Он, в частности, представлял правительство на ландтагах. Кроме этого, реальная администрация находилась в руках новых местных властей. Земли старых владений были поделены вначале на 3, потом на 2 особых старшинства. Они управлялись советниками-чиновниками, там были свои суды и финансовые органы. Во главе т. н. Новой марки, кроме того, стоял назначенный курфюрстом  штатгальтер   со всей полнотой во­енной, полицейской и административной власти. Своя администра­ция начала устанавливаться и в новых областях.

В 1603 г. для централизованного руководства владениями был создан Тайный совет из 9 членов — высших должностных лиц, на­значенных курфюрстом,. Первоначально Совет образовывался толь­ко для «подачи советов» правителю, для «лучшего ведения дел». Од-

 

320

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

ГАЗДЕЛ III

 

321

 

 

 

нако вскоре он сосредоточил у себя все нити реального государст­венного управления. Вне поля его деятельности оставались только Судебная палата и церковь. Совет стал высшим финансовым орга­ном страны, располагал прямыми полицейскими, хозяйственными, правовыми полномочиями. Заседал Совет дважды в неделю, причем курфюрст в его работе практически не участвовал, только утверж­дал регулярно его решения. Создание нового органа было разрывом с прежним принципом сословной администрации. Статус Совета и его деятельность неоднократно регламентировались специальными уставами. С 1616 г., по новому уставу, ему был вменен надзор и за Судебной палатой, а затем и церковью.

В 1651 г. Тайный совет был подразделен на 19 департаментов. Это была практически первая известная в Европе попытка сочетать высшие правительственные полномочия с ведомственным управле­нием. Департаменты строились и по ведомственному, и по террито­риальному принципу (так, 4 из них заведовали новыми землями, нескольким поручались международные дела по отдельным странам, нескольким — разные сферы отношений с империей). Совет был расширен. Его официально возглавил директор как председа­тель коллегии.

Второй стороной возрастания значения государственности в кня­жестве, а с нею и власти курфюрста стало развитие военной органи­зации. До XVII в. армия была невелика и состояла в главном из фео­дально-сословного ополчения от рыцарства (до 7,5 тыс. конницы) и городов (до 10 тыс. пехоты). В XVI в. началось строительство мощ­ных крепостей, размещение там постоянных гарнизонов. На протя­жении XVII в. в Бранденбурге был осуществлен переход к рекрутско-наемной системе формирования (первый набор — в 1620 г., со служ­бой всего в три месяца, полный переход на новую систему — в 1693 г.). Наборы осуществляли сами полки, для чего выделялись спе­циальные охотники-офицеры. Финансовая сторона рекрутства была возложена на специальных отдельных комиссаров. Рекрутство разрушило сословно-привилегированный характер армии: с 1703 г. набирать их начали и из крепостных. Это стала вполне абсолютист­ская армия нового подчинения и регулярного строя.

Переход к новой армии вызвал, во-первых, введение новых на­логов — повсеместных и общих — контрибуции, а затем и акциза. Во-вторых, стала формироваться совершенно особая ор­ганизация военно-гражданского управления в центре и на местах. В качестве посредников между гражданскими и военными властями учреждались в округах комиссары. При них — окружные коллегии из рыцарства и чиновников, выполнявшие обязанно­сти контроля за финансами и в силу этого с полицейской властью. При очередной реорганизации армии курфюршество было разделено на 3 военных округа, каждый во главе с военным губернатором (с 1655 г. — генеральным военным комиссаром). Под его началом сло-

 

жилась целая сеть военных должностных лиц: гене­рал-квартирмейстер (по размещению войск), генерал-провиантмей­стер (по интендантству), генерал-аудитор (по общему контролю за расходованием средств). На уровне провинций и новоприсоединен-иых земель учреждались должности старших комиссаров, при пол­ках, расквартированных по крепостям и городам, — комиссаров с финансовыми полномочиями. По сути, рядом с чиновничье-бюрок-ратическим государством сложилась новая организация — военное государство, регулировавшее различные сферы управления в един­стве и в замкнутой подчиненности верховной власти курфюрста. Это была не только административная особенность государственного строя Бранденбурга. В этом заключалась важнейшая предпосылка к нарочитой военизации политики Пруссии в XVIII в. и деформиро­ванному значению в ее последующей истории военного элемента.

Правовая политика власти во второй половине XVII в. была на­правлена также на отказ от старого сословного строя. В 1653 г. со­брался последний ландтаг полного состава. Потеряло значение,со­словное финансовое управление в связи с введением постоянных и неизменных, собираемых только по воле власти налогов. Дворянст­во стало превращаться в замкнутое сословие: запрещалось недворя­нам приобретать рыцарские имения, ограничивалось право вступать в брак с недворянами.

Благодаря искусной дипломатической игре курфюршеству уда­лось приобрести новый государственно-политический статус. По­скольку статус самого Бранденбурга в рамках империи не мог под­вергаться переменам, герцогство Прусское (крупнейшее из новопри­обретенных областей) было объявлено королевством. Это получило признание европейских государств (1701). Курфюрсты Бранденбурга получили титул прусских королей, а малонаселенная и экономически отсталая Пруссия стала политическим центром ре­формированного государства, в котором сложился особый, в о е н -jHO-бюрократический абсолютизм.

1