§ 20. Развитие уголовной юстиции и уголовного права в Древнем Риме

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 

Уголовное право и уголовная юстиция Древнего Рима развива­лись собственным путем, практически не взаимодействуя с переме­нами, происходившими в сфере частного права и общего судопроиз­водства. Во многом это происходило потому, что главным источни­ком римского уголовного права стали законы (в виде постановлений народных собраний, сенатус-консультов, императорских конститу­ций); важные для частного права преторская юстиция и юриспру­денция оказали на сферу уголовного правоприменения небольшое влияние.

Формирование подлинной системы в уголовном праве произошло поздно: во втор. пол. II — перв. пол. I в. до н. э*. Зато все последующее развитие в императорскую эпоху было» продолжением принципов законодательства периода кризиса Pecfrf публики. Весь многовековой догосударственный и республикан­ский период в истории Рима был лишь временем становле*-' н и я уголовного права, когда оно постепенно переходило от охраны ценностей родового быта, неразрывных с религиозными

 

(установками,    к    преследованию    посягательств    на    устои    res publicae и общегражданский мир.

Становление уголовного права

В древнейший период назначения на­казаний за действия, расцениваемые как преступные, было в руках высших агистратов и верховных жрецов. Основными полномочиями обла-Ьал царь, который председательствовал в суде «двух мужей» из ренаторов. После свержения царей его возглавили консулы, •тот суд вершил дела по обвинениям римских граждан в посяга-.ельствах на «священные интересы римского народа» (perduello). Зторым видом был суд особых квесторов преступлений, з компетенции которых были обвинения в нарушении священных устоев рода и фамилии (parricidum); с начала III в. до н. э. квесто-ов заменил суд из «т р е х мужей», первоначально исполнявших эязанности только стражей при преступниках и исполнителей на­казания.

Инициатива уголовного обвинения исходила или от магистрата, ..и от любого полноправного римского гражданина.  Обвинитель указывал преступление и обвиняемого, назначал день, когда пред­полагал публично доказать свое обвинение. Магистрат повторял вы­зов для публичного сведения не менее 4-х раз. Если обвиняемый от­сутствовал на суде или бежал из города, то он без слушания и дока-..зательств обвинялся и объявлялся изгоем (запрещалось «предостав-Цлять ему огонь и воду», т. е. давать убежище и кормить). До конца |VI в. до н. э. и обвинение, и защита велись только непосредственны-||ми участниками процесса; могли быть помощники, в частности у обвиняемого, т. н.  похвалыцики, которые свидетельствовали репутацию и достоинства обвиняемого без отношения к конкретно-|Му обвинению. Приговор объявляли устно. В случае вынесения ма-ггистратами смертных приговоров, с конца VI в. до н. э. гражданин (?имел право апеллировать к народному собранию. Незначительные |преступления, за которые полагалось наказание в виде конфиска-не более половины имущества, разбирались в трибутных коми-|циях.

,     Определенного перечня преступлений и полагающихся за них 'наказаний в праве не существовало. Магистрат и суд сами решали, нарушает или нет «интересы римского народа» или «священные ус-Цтои» содеянное обвиняемым. Преступлением считалось только то, Iчто было совершено умышленно, с особой злостностью. Ника-khc действия, даже убийство, совершенные по неосторожности, тем 1 более случайно, не наказывались. Только неосторожные нарушения I священных церемоний и обрядов влекли порицание и могли повлечь «наказание в виде умаления чести.

Наиболее злостным из преступлений против священных устоев pиздревле считалось отцеубийство (к которому позднее при-Ц равняли другие убийства родственников мужского пола). За это пре-

 

206

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

1'АЗДЕЛ II

 

207

 

 

 

ступление полагалась смертная казнь, которую осуществляли симво­лическим способом: бросали в воду в мешке, куда вместе с преступ­ником засовывали петуха, змею, собаку и обезьяну. Однако до II в. до н. э. случаев применения осуждения за отцеубийство не было.

Уголовные правила XII Таблиц были немногочисленны. Наибо­лее тяжкие наказания полагались здесь за посягательства на обще­ственные интересы. Смертная казнь могла быть назначена за потраву посевов, особенно если это было сделано путем чародей­ства, за поджог, за ночную кражу. Опасным нарушением обще­ственных интересов и священных предписаний считался неправый суд: за взяточничество полагалась смерть. Такое же наказание влек­ло распевание «злых песен», что, по-видимому, рассматривалось как клевета во мнении богов. Смертью предписано было карать и тех, кто подстрекает врагов (по-видимому, к нападению на Рим). Поми­мо смертной казни, законы упоминали и телесное наказа­ние — бичевание; в древности его применяли и к гражданам, и, в особенности, к рабам (как дополнительное наказание при поджоге). По большинству преступлений субъектом их мог быть только сво­бодный римский гражданин. Однако за кражу наказывали и ра­бов — бичеванием и смертью (сбрасывали со скалы). В случае чле­новредительства допускалась саморасправа в пределах талиона: «Пусть и ему самому будет причинено то же».

С начала IV в. до н. э. уголовной репрессии начали подвергаться новые для права должностные преступления. В 391 г. до н. э. было возбуждено первое известное обвинение в посягательстве на госу­дарственное имущество со стороны магистрата, в 383 г. до н. э. — впервые обвинению подверглось плохое исполнение магистратом своих обязанностей легата, приведшее к ущербу для казны. В конце IV в. до н. э. были введены запреты на подкуп при предвыборной агитации и, соответственно, наказания за недобросовестные выборы. Наиболее типичными наказаниями в этих случаях стали штрафы, а также изгнание из Рима.

Формирование

специальных

уголовных судов

Развитие римского уголовного права, превращение его в целостную систему было неразрывно с новой организацией уголовной юстиции. Основой этой но­вой организации стали специальные суды — постоянные ко­миссии (quaestio perpetuae), каждой из которых поручался суд по своей категории дел. В большинстве случаев фактом создания особой комиссии для рассмотрения обвинений по новой категории дел и признавалась безусловная наказуемость того или иного дейст­вия, что ранее оставалось на усмотрении магистратов, а не закона.

Первая постоянная .комиссия была организована в 149 г. до н. э. по специальному закону, которым было признано наказуемым дол­жностное вымогательство со стороны магистратов, находившихся при исполнении должности. В конце II в. до н. э. было признано,

 

что за это преступление обвинение может быть возбуждено против любого лица, исполнявшего административную или судейскую дол­жность. Создание системы комиссий пришлось на первую половину I в. до н. э,, а подавляющее большинство было организовано едино­временно по законам Корнелия Суллы, диктатора в 81 — 79 гг. до

н. э.

По законам Суллы стало 8 постоянных комиссий (с учетом реор­ганизации прежних), в которых подлежали рассмотрению обвине­ния:

В преступлениях  против   величия   римского   на­

рода, или против республики. Сюда относились действия, направ­

ленные к уменьшению величия богов, города, сената, оставление

армии, а также восстание против магистратов, попытки их отстра­

нения, умаление власти трибунов. Судебная интерпретация пре­

ступлений была весьма разнообразной (само понятие умаления

величия  было введено в 102 г. до н. э.). Детализированную ква­

лификацию дал особый закон Юлия Цезаря, который включил в по­

сягательства на величие римского народа передачу врагу земли или

людей, поддержку врага, отпуск пленных, дезертирство, заговоры.

Наказываться  эти  преступления должны  были  преимущественно

«запрещением огня и воды».

В вымогательстве   и   взяточничестве   со сторо­

ны магистратов или других должностных лиц. Здесь исследовались

(с предварительным заключением особой сенатской комиссии) пре­

ступления, совершенные только при исполнении служебных обязан­

ностей. Наказаниями были штрафы, ограничение в правах, а по за­

кону Юлия Цезаря 59 г. до н. э. (где было дано общее понятие этого

преступления) — изгнание, а также исключение из членов Сената.

3)             В  злоупотреблениях   государственной   каз­

ной   — это был еще один вид должностных преступлений, одним

из проявлений которого было, например, хищение священного иму­

щества, нарушение целостности городских стен и укреплений. Ста­

рое право придерживалось практики назначения за это изгнания, а

с закона Юлия Цезаря и здесь применяли «запрещение огня и во­

ды».

4)Внарушениях предвыборных правил и под­купе. Впервые понятие этого преступления было введено в 159 г. до н. э., а законы с конкретными запретами появились в I в. до н. э. За организацию чрезмерных пиров для избирателей, подкуп влия­тельных лиц, а также за давление на судью в уголовном разбира­тельстве виновных ждало изгнание и связанное с этим ограничение или лишение прав гражданства.

5) В убийстве и приравненных к нему преступлениях, где главное место занимало убийство родственников. По римскому пра­ву далеко не всякое убийство подлежало преследованию (так, здесь не разбирались убийства детей, рабов, иностранцев), но только та-

 

208

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

кое, где можно было усмотреть посягательство на величие римского народа, т. е. убийство гражданина. Сюда же позднее были отнесены поджог на корабле, вытравление плода женщиной, другие особо зло­стные действия, последствия которых однозначно влекли гибель од­ного или многих людей. Наказанием за это прежде всего была смер­тная казнь.

В отравлении, что считалось одним из наиболее опасных

преступлений. К самому преступлению приравнивалось также изго­

товление ядов, разного рода магические действия с одурманивающи­

ми веществами. Как правило, ответственности подлежали все, кто

прямо или косвенно обнаружил причастность к этим действиям. По­

этому несколько позднее в компетенцию этой комиссии вошли обви­

нения в бандитизме. Основным наказанием за эти преступления бы­

ла смертная казнь.

В публичном   насилии, которое включало в себя дей­

ствия, помешавшие магистрату отправлять свои обязанности, а так­

же все, что нарушило общественное спокойствие. Сюда же позднее

отошли и обвинения в насилии против частных лиц (не связанные

ни с оскорблениями, ни с отнятием имущества, что считалось част­

ными деликтами — см. § 19). Виновных в публичных насилиях на­

казывали «запрещением огня и воды», в частных — конфискацией

1/3 имущества и лишением чести (infamia).

В обмане, куда входили самые разнообразные по виду пре­

ступления: от фальшивомонетничества до злоупотребления довери­

ем при частных сделках, включая обмеривание, обвешивание, изго­

товление фальшивых завещаний и т. д. Преступление это считалось

также недостойным для римского гражданина и наказывалось «за­

прещением огня и воды».

Законодательство Суллы не только создало восемь основных ка­тегорий преступлений, но внесло и существенные коррективы в ста­рые понятия частных деликтов. Многое из того, что ранее входило в сферу чисто гражданской ответственности, было криминализирова­но: избиение, нанесение телесных повреждений, вторжение в чужой дом для этих действий — и отныне наказывалось штрафами и ли­шением чести. По обвинениям в коррупции было введено новое на­казание в виде 10-летнего запрета избираться в магистраты.

Председателями комиссий были преторы — число их было уве­личено до восьми (либо особый судья без прав магистрата). От руко­водства комиссиями отстранялись только городской и перегринский преторы. Хотя комиссии назывались постоянными, состав их был различен и непостоянен: в каждую назначалось от 350 до 450 судей. Судьями считались внесенные в -особые судейские списки граждане высших сословий — сенаторы и всадники, которые судили и граж­данские дела (это было единственное, что роднило римское уголов* ное и гражданское судопроизводство). Членами комиссий не могл|й быть народные трибуны, квесторы, военные трибуны первых четьи

 

209

hex легионов, родственники сенаторов, отсутствующие «за морем», а РМкже лица моложе 30-ти и старше 60-ти лет. Для каждого процесса 1 общего списка судей, числящихся за нею, избиралось свое коли-;тво, либо начинали слушать дело все судьи комиссии, а далее их ело сокращалось. Рассмотрение дел по существу обвинения колле­ги граждан — фактически судом   присяжных, стало важ-йшим принципом развитой уголовной юстиции в Риме.

процесс в суде присяжных

Другим свойством римского уголовного процесса было то,  что обвинение по любому    делу    должно  исходить только от римского  гражданина, а не от должностного ли­ца, — обвинение   было   частным. Для начала судопроиз-нодства требовалось, чтобы римский гражданин как частное лицо и и   частном   порядке   предъявил перед судом обвинение дру­гому римскому гражданину. Для таких порядков, несомненно повы­шавших чувство гражданской ответственности за происходившее в 1хэсударстве,  разумеется,  требовались от гражданина и немалые юридические знания, и личное гражданское мужество — особенно, когда речь шла об обвинениях по адресу бывших магистратов или лиц, известных бандитизмом и насилиями.

Выдвижение обвинения открывало процесс. Обвинителей могло быть и несколько, тогда претор своей властью определял одного главного. На предварительной стадии затем следовали вопросы об­виняемому. Если он отвечал молчанием, это расценивалось как признание обвинения. Одним из законов Юлия Цезаря было введе­но правило, что обвинение должно быть сформулировано письменно и подано за подписью гражданина. Обвинение вписывалось в судеб­ный протокол, и назначался день судоговорения перед присяжны­ми — обычно 10-й, 50-й или 100-й после подачи обвинения. До это­го еще можно было отказаться от своего обвинения. Хотя за отказ уже против самого обвинителя могло быть выдвинуто серьезное в Риме обвинение в клевете (злостных клеветников клеймили на лбу) или в негражданском поведении.

Обвиняемый, как правило, ждал дня суда на свободе. Только от­цеубийц и отравителей сажали в тюрьму в качестве превентивной меры. Обвиняемый, не дожидаясь суда, мог скрыться — это счита­лось равнозначным признанию обвинения и влекло осуждение к «запрещению огня и воды», а также конфискацию имуществ. К тем же последствиям вела и просто неявка на процесс. Если суд не при­нимал за уважительные причины отсутствия, то выносился заочный приговор — по закону Августа такой приговор должен быть едино­душным.

Обвинение должно быть строго конкретным и единичным, не до­пускалось объединять обвинения (например, в убийстве и в поддел­ке завещания убитого). Единожды отвергнутое обвинение или сня­тое не могло быть повторено никогда более. На суде обвиняемому

 

210

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

 

 

 

 

полагалось быть одетым в траурное. Ему (как и обвинителю) могли помогать защитники из граждан, а также патрон. Судей определяли жребием, затем стороны согласовывали все кандидатуры; по закону Ватиния (57 г. до н. э.) можно было отвести даже всех судей. По каждому делу судьи всякий раз заново произносили клятву в верно­сти правосудию. Количество судей от начальной к конечной стадии процесса, как правило, сокращалось: начинали слушать дело, на­пример, 350 судей, речи сторон слушали уже 81 судья, голосование по обвинению проводили 51.

Порядок судоговорения был своеобразным: после заслушивания обвинения происходил обмен речами сторон, а затем, при необходи­мости, производилось испытание доказательств (представление до­кументов, заслушивание свидетелей и т. п.). Основными доказа­тельствами считались показания свидетелей (необязательно очевид­цев преступления, но вообще любого, кто имел какие-то сведения о нем). Одним из важнейших правил считалось то, что «показа­ния одного — не ев ид ете л ьств о»; но точных узаконе­ний, сколько нужно свидетелей, не было. По обвинениям в государ­ственных преступлениях показания могли давать и женщины, и ра­бы. Рабы давали показания только под пыткой (в обеспечение инте­ресов римского гражданина); если они давали показания против сво­его господина, то после процесса считались свободными. При Авгу­сте впервые был подвергнут пытке при даче показаний римский гражданин. Документы (официальные акты, письма) должны были представляться не позднее трех дней до судоговорения — обязатель­но в подлинниках (копии допускались только для финансовых доку­ментов провинций).

Основное место в судоговорении занимал обмен судебными реча­ми. Речей и со стороны обвинителя, и со стороны обвиняемого могло быть несколько — как правило, по четыре, но бывало и до 12-ти. Позднее вошло в правило («Чтобы была выслушана и вторая сторона»), что обвиняемому предоставляется время на 1/4 большее, чем обвинителю; стороны должны быть поставлены в равное положение. Эти два правила, введенные судом присяжных, стали классическими для уголовной юстиции. Время произнесения речей измерялось по водяным часам — клепсидрам. После испытания доказательств наступало время решения.

Решение выносилось присяжными по большинству голо­сов. С 139 г. дон. э. по закону Габиния были введены бюллетени для тайного голосования в народных собраниях, с 137 г. принятые и в судах. При обвинениях в государственных преступле­ниях голосование всегда оставалось открытым (поднятием рук). При Сулле было установлено, что вид голосования определяется по со­глашению сторон. Подсчет голосов проводился обязательно гласно, равенство истолковывалось в пользу обвиняемого. Вообще присяж­ные могли вынести троякий вердикт: «оправдан», «обвинен» и «дело

 

выяснено»; последнее также снимало обвинение, но как бы остав-

з в подозрении.

Лосле завершения судоговорения, но до объявления приговора ! ла быть объявлена отсрочка — в это время обвиняемый еще мог i ^ рыться из города, хотя и признав себя тем самым виновным. По-t .ic вынесения приговора наказание тотчас приводилось в исполне­ние. От немедленного наказания освобождались только беременные женщины. При осуждении на смертную казнь могла быть предо­ставлена отсрочка в 10 дней: предполагалось, что за эти дни гражда­нин сам покончит с собой, что снимет хотя бы частично позор с фа­милии.

Уголовная юстиция в империи

Номинально суд постоянных комиссий продолжал   существовать   до   начала III в. Но уже в период принципата он начал вытесняться новым порядком судопроизводства. При импера­торе Августе окончательно исчезло право апелляций к народному собранию: уголовную юрисдикцию осуществляли или Сенат, или комиссии. В I в. права комиссий постепенно переходят к   пре­фекту   города, в провинциях — к наместникам или легатам. Они, как и некоторые другие высшие чиновники, получали права уголовного суда по особым распоряжениям императора —   вне обычного   порядка   — почему и сама новая юстиция полу­чила наименование   экстраординарной. Судьи императора обретали право не только по-своему истолковывать уголовные зако­ны, но и отказываться от прежних судебных процедур; главным в процессе стало усмотрение магистрата или чиновника.

Обвинение перестало быть частным и перешло в руки государст­венных властей. С I в. получила распространение должность плат­ных доносчиков-обвинителей, которые инициировали возбуждение дела. При префекте города, и особенно префекте стражи, создава­лись должности профессиональных следователей-полицейских. Дела о незначительных преступлениях решались практически немедлен­но, обычным наказанием здесь стало битье палками. В расследова­нии более тяжких обвинений основой уголовного судопроизводства стал проводимый следователем или судьей  допрос    (inquisitio), почему и весь процесс приобрел т. н.  инквизиционный   ха­рактер. В практику вошли обязательные допросы обвиняемых под пыткой. Первоначально пытали только бродяг. Законом 212 г. допу­скалось пытать любого   по усмотрению судьи. По обвинениям в государственных преступлениях пытки стали обязательными («Всех и всякого в обвинениях в оскорблениях величия пытать, если дело того требует»). С III в. вошли в практику пытки и свидетелей — первоначально это распространялось на «колеблющихся в показани­ях», потом было отдано на произвол судьи. Некоторых знаменитых граждан, а в христианскую эпоху — священнослужителей, от пыток освобождали. Безусловно подвергались пыткам рабы.-

 

212

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАИА

Положение рабов в уголовной юстиции изменилось наиболее значительно. С одной стороны, они стали полноценным субъектом уголовного права: убийство рабов стало наказуемым — не только своих, но и чужих. С другой стороны, при определенных ситуациях право возложило на рабов особую ответственность: они могли совер­шить преступление и бездействуя, хотя в принципе римское уголовное право не допускало, что нарушить уголовный закон мож­но иначе, как действуя активно. В конце I в. до н. э. Сенат по ка­зусному делу впредь возложил ответственность за убийство господи­на на вообще всех рабов, бывших в то время в доме и как бы не принимавших мер к защите домовладыки, т. е. установил принцип объективного вменения преступления без выяснения конкретной вины каждого человека.

Система преступлений в главном осталась такой же, как и в I в. до н. э. Основой правоприменения в большинстве случаев остава­лись обширные законы Суллы и Юлия Цезаря. Но и императорским законодательством было внесено немало новшеств в трактовку от­дельных видов преступлений, а также сформированы новые их ви­ды.

Наиболее значительные изменения коснулись преступлений в оскорблении величества. С утверждением идеи представительного (от имени римского народа) единовластия, нарушением величия стали признаваться и посягательства на личность, честь, полномо­чия императора: осквернение его изображения, фальшивая клятва с упоминанием императора, даже развод с принцессой императорско­го дома. Изменились и наказания: практиковавшееся при республи­ке изгнание заменилось в большинстве случаев смертью, форму ко­торой определял сам император. С III в. преступников из «почтен­ного» сословия казнили отсечением головы, из «униженного» — от­давали на растерзание зверям. Вошли в практику и сопутствующие смертной казни наказания: полная конфискация имущества, анну­лирование завещания, «осуждение памяти» (включая срытие дома); наказание могло быть распространено и на членов семьи, прежде всего на детей. QIV в. император Константин ввел как обязатель­ную часть казни по этим обвинениям публичные пытки. Правда, наиболее распространенными наказаниями по этим обвинениям бы­ли повешение и приговаривание к самоубийству.

После семейного законодательства Августа оформилась группа преступления против святости брака и второй вид — половые пре­ступления. К первому виду отнесены были внебрачное сожительст­во, незаконный развод, нарушение предписаний императора по воп­росам брака; основным наказанием было изгнание с запретом появ­ляться в Риме, осуждение чести и лишение многих прав гражданст­ва. По второму виду наказанию стали подвергаться сексуальные на­силия, мужеложство (весьма распространившееся с конца I в. до н. э. под влиянием военного быта), скотоложство, а также вообще

 

раздели  213

проявления «разнузданности нравов». Причем в трактовке импера­торской юстиции наказание здесь могло последовать и за непри­стойные изображения или литературные описания (едва ли не пер-»ос в истории права преследование порнографии, под которой тогда понимали описание жизни проституток).

С объявлением христианства официальной религией возник еще один новый вид преступлений — против христианской веры и мо­рали. Вошли в практику и наказания, предусмотренные библейски­ми законами (см. § 8). Наказуемым стало считаться самоубийство, нарушение предписаний церкви относительно брачных запретов (родственные браки, инцест). Император Константин ввел примене­ние смертной казни за эти преступления. Причем в целом ряде слу­чаев римская уголовная юстиция стала возрождать идею симво­лического талиона, приговаривая за преступления, связан­ные с верой, к особым формам смертной казни: воинов — расстре­лять стрелами, женщин — закапывать в землю, проповедников — к

сдиранию кожи и т. д.

Другими, наиболее часто применявшимися за самые различные преступления наказаниями были осуждение к каторжным работам (в рудниках или в цирке), к телесным наказаниям; в отношении бродяг, не имевших местожительства, стало применяться бессрочное

заключение в тюрьму.

Система преступлений, принципы их оценки и критерии назна­чения наказаний в римском праве сохранились в общем виде до об­новления права, предпринятого в VI в. императором Юстинианом.

1