§ 9. Формирование древнегреческой государственности

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 

 

9.1. Становление политического общества в Древней Греции

Протогосударства Крито-Микенского мира

Древнейшая   в   Европе   цивилизация сформировалась на о-ве Крит в первой половине II тыс. до н. э. Около двух столетий длившаяся война между отдельными племенами, населяв­шими остров уже более полутысячи лет, закончилась победой одно­го из них, с культовым и раннеполитическим центром в г. Кносса. Подчинение единому центру других племен и объединений стиму­лировало эволюцию новой общности к образованию протогосударст-ва, способствовало накоплению богатств в одном городе-дворце и со­циальному расслоению населения. Проявлением расцвета сложив­шегося протогосударства стало строительство огромного дворца в Кноссе — по сути целого города (площадью в 16 тыс. кв. м.); в поз­днейших греческих мифах — это знаменитый лабиринт   царя Миноса. Примерно в сер. XV в. до н. э. Критское царство завоевы­вается племенами ахейцев из континентальной Эллады, в результа­те чего образуется временный единый государственно-политический союз нескольких народов. Это стимулирует формирование поли­тических функций  ранней общественной  власти,  сохранявшей у протогреческих народов родоплеменной характер.

Минойское царство (просуществовавшее примерно до рубежа XII — XI вв. до н. э.) представляло собой типичное протогосударст-во, сходное с ближневосточными. Основой его было государственно-распределительное хозяйство с принудительным трудом населения и, в меньшей степени, рабов. Концентрация этого распределения во власти царского клана, занимавшего Дворец, позволило довольно быстро сложиться прослойке богатой знати, связанной с жреческими функциями и раздачей общественно-государственных запасов. Гла­ва царства был и верховным жрецом, причем вся протогосударст-венная иерархия была порождена выполнением религиозных обря­дов — Минойское царство было вариантом священного протогосу­дарства, теократии (подобно Египту эпохи Раннего царства). Особа царя считалась священной и неприкосновенной, он участво­вал главным образом в ритуализированных действиях, в принесении жертв и, видимо, не появлялся за пределами Дворца.

С именами полумифического критского царя Миноса и его брата Радаманта связаны сведения о первых законах. С их помощью пы­тались сохранить древний уклад (запретами на пьянство, на излиш­нее обогащение) и гарантировать родовое право на самозащиту. Суд :ще не носил государственного характера: «Судебные решения, — :пустя почти тысячу лет записал греческий философ Платон, — вы­носились просто и быстро; если судья сомневался в каком-нибудь деле, обвиняемый приносил клятву относительно вызывающего со­мнения вопроса; этим дело и кончалось быстро и ненарушимо...»

 

90

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

ьаздел н

 

91

 

 

 

Достижения критской культуры, прежде всего письменность, и, частично, формы предгосударственного уклада повлияли на сообще­ство ахейских племен, сформировавших ранние государственно-политические объединения уже в самой Элладе.

Территория исторической Эллады (Греции) заселялась с III тыс. до н. э. племенами, не имевшими ничего этнически общего с позд­нейшими греками. В конце III тыс. до н. э. в Элладу нахлынула первая волна завоевателей — племена ахейцев. К середине II тыс. до н. э. ахейское общество подошло к стадии образования в нем надобщинной администрации, в значительно большей степени, чем у народов Ближнего Востока, сохранив привязанность к родовому прежнему укладу.

Ахейское общество состояло из замкнутых родов-кланов, веду­

щих свое происхождение от одного предка. Такой клан был эконо­

мической, семейной, религиозной и ранней политической общно­

стью. Возглавлял его вождь, которым становился более чистый пи

крови старший из мужчин; он же был главным жрецом клана. В от*

ношении членов рода вождь обладал почти безграничной властью,

включая право жизни и смерти жены, детей, продажи их в рабство!

Он же творил суд, руководствуясь обычным правом семьи (Themis) \

во взаимоотношениях с другими кланами вырабатывались нормь*

междусемейного обычного права (Dike).    •

В процессе общения с крито-эгейским миром, и в ходе завоеваний г его, у ахейцев активизировалось становление протогосударства. Ocoi, бенно продвинулось оно на юге Эллады, где центром мощного объе- \ динения стал г. Микены. Микенское царство (втор. пол. II тыс. дс| н. э.) было довольно развитым протогосударственным объединением] Основу его исторически составило дворцовое хозяйство, возникшее из государственно-распределительной системы, обеспеченное трудом рабочих отрядов и, частично, плененных и купленных вне Эллады рабов. Возглавлял центральную администрацию правитель — в а -н а к а , государственные права которого опирались на втрое боль­шие, чем у других, земельные владения. При нем появляется специ­альный военный вождь. (Такое разделение власти также еще напо­минает восточные структуры.) В отношениях с подвластными племе­нами и кланами складывается общая налоговая система из 16 округов на основе учета земель. Со временем близкая к восточной предгосу-дарственная организация начинает вытесняться собственной, ахей­ской, более связанной с клановоплеменными традициями. Во главе каждого клана-племени становится вождь — басилей, одновре­менно являвшийся жрецом. Объединением кланов (что стимулирова­лось обычно внешними причинами) руководит совет вождей, делящий власть с на родным собранием. Вожди уже нередко наследуют в клане сЙой полномочия. Исторической кульминацией тенденции к государственно-политическому объединению ахейских племен стала знаменитая Троянская война в XIII в. до н. э.,

 

 

I

Известная по памятникам греческого эпоса — поэмам Гомера. Эта же •ойна стала, по-видимому, одним из факторов последующего упадка ахейских обществ, их разобщения, и в конце концов падения ахей­ской цивилизации под натиском новых завоевателей.

Дорийское завоевание: начало нового строя

На рубеже XIII — XII вв. до н. э. на территорию Эллады с севера вторга­ются племена завоевателей другой эт­нической принадлежности — дорийцы. Это вторжение, про­должавшееся до XI в. до н. э., окончательно раздавило клонившу­юся к упадку ахейскую цивилизацию и крито-микенскую культу­ру, основанную в том числе на раннерабовладельческих отношени­ях. Дорийцы подчинили себе большинство прежних племен либо вытеснили их в отдельные области прежней Эллады. Именно до­рийцы стали основателями новой греческой цивилизации и госу-j дарственное™.

Дорийские племена не составляли внутри себя ни языкового, ни национального, ни религиозного единства. Разные группы племен по-разному осваивали области прежней ахейской цивилизации, по-разному взаимодействовали с прежним населением. Это определило различные пути формирования нового общества и новых государст­венно-политических укладов.

Дорийцы объединялись в племена. Их ячейки составляли семьи патриархальные, находившиеся под властью главы семейства. Пле­мена во главе с вождями группировались вокруг городов, большин­ство из которых было основано еще во времена ахейцев; город-посе­ление подразделялся, как правило, на 3 филы-племени. Ассимили­руя прежнее ахейское население, дорийцы стали оседлым земле­дельческим обществом, приверженным городской цивилизации. Го­род постепенно делался религиозным центром-святилищем (преж­ний бог доминирующего племени признавался общим, но сохраня­лось почитание других, которые образовали своего рода священную иерархию во главе с Зевсом, Аполлоном или Афиной). Правил в та­ком городе басилей   —   жрец, который означал главу и патри­архальной семьи, и племени. Власть его обрела священный харак­тер: он носил особые царские знаки — скипетр, пурпурные одеяния, корону, восседал на троне, решая общие дела. Его слово становилось как бы живым законом в городе. Власть общегородского басилея на­следовалась по праву старшинства в его роде, хотя гомеровские поэ­мы и сохранили немало фактов об оспаривании трона другими пред­ставителями племени, мужчинами.

Роды-племена оставались вполне автономными. Их вожди соби­рались на совет вместе с басилеем, где решались политические воп­росы. Существовало и народное собрание, называвшееся в разных союзах племен по-разному (апелла, агора, экклезиа) и группировавшееся по племенам —этериям; собрание могло отме­нить или одобрить решения совета вождей, здесь же решались споры

 

92

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

1'АЗДЕЛ II

 

93

 

 

 

между этериями-племенами. Дорийское общество практически восп­роизвело многие черты прежней ахейской организации, однако сформировало и важное отличие: центром политического объедине­ния становился по-особому организованный город.

Становление полисной организации

К рубежу IX — VIII вв. до н. э. обно­вившееся дорийско-эллинское обще­ство вступило в новый этап своей исто­рии. Повсеместно поселения отдельных племен под влиянием внеш­них факторов и подчиняясь тяготению общинной жизни объединя­ются вокруг общих центров, где складывается единая надродовая и надплеменная администрация. 3-4 (редко больше) поселения вместе с прилежащими к ним сельскими округами вливаются в единый крупный город; это явление получило название синойкизма (слияния). Так появились крупнейшие впоследствии города-госу­дарства Эллады: Спарта, Афины, Коринф и другие.

В государственно-политическом отношении на смену примитив­ным царствам, представлявшим только первую ступень преобразо­вания надобщинной администрации в протогосударство, возникает правление «лучших людей», опирающееся на землевла­дельческую аристократию. Появление аристократической (вместо единоличной на Ближнем Востоке) формы раннего государства ста­ло одной из самых важных исторических особенностей становления античной государственности вообще.

К VIII в. до н. э. в большинстве ранних государств Эллады соци­альное расслоение населения достигло высокой степени. Образовал­ся экономически влиятельный слой земледельческой аристократии (бывшей родовой знати, старейшин, басилеев и т. д.), многие из ко­торых сохраняли и традиции религиозно-политического влияния на соплеменников. Политическое влияние знати опиралось на ее деся­тикратное как минимум превосходство в размерах земельных владе­ний, на дошедшие от прежней стадии догосударственного быта при­вилегии в сборе налогов, на традиционные судейские полномочия. Значительная часть земледельческого населения большинства обла­стей Эллады попала в правовую и экономическую зависимость от аристократии. Вместе с тем исторически именно аристократия стала тем активным социальным слоем, который продвинул общий про­цесс становления ранних государственных форм и институтов.

В этот так называемый архаический период (IX — VI вв. до н. э.) в большинстве образующихся полисов формируются новые предгосударственные институты, выражающие новый политический уклад. Власть басилея-царя утрачивает свое значение, он остается фигурой преимущественно религиозной и судебной. Место главенст­вующего политического учреждения занимает совет знати (б у л э ) , где решаются основные дела полиса, ведутся переговоры с представителями других полисов, решаются военные вопросы. Ря­дом с советом в той или иной форме существует на родное с о -

 

брание,   эпизодически  собирающееся  на  рыночной  площади  — агоре.   Для повседневной управленческой работы советы образу­ют особые коллегии —  притании,   обладающие исполнитель­ной властью. Некоторые города меняют царей на выборных пра­вителей   —   архонтов,   которые исполняют те же функции. В каждом полисе той эпохи (а само слово polis означало и собствен­но укрепленное поселение, и новую   государственную   об­щину) можно было найти особые здания совета (булевтерий), уп­равления (пританей), суда (династерий) и, конечно, площадь-агору. Реально политическая организация власти в ранних полисных госу­дарствах могла быть различной: или несколько древних аристокра­тических родов делили власть в полисе (Афины, Мегара, Милет), или аристократическое правление обретало форму коллектив­ного   царя   (Коринф, Митилены). Но отсутствие правильных и признанных правом полномочий не позволяет считать власть архаи­ческого периода вполне государственной.

Аристократическое правление опиралось на безусловное эконо­мическое давление землевладельческой знати и простую социаль­ную структуру: родовая знать — крестьяне-землевладельцы. Однако с началом VIII в. до н. э. положение изменилось. Началась великая греческая колонизация Средиземноморья, освоение и захваты побе­режья Малой Азии, Италии, островов Эгейского моря, Сицилии и других. Появился мощный военный и торговый флот, растет тор­говля, ремесленное производство. Вместе с этим вырос и новый со­циальный слой — демос. Уже не только владение землей и ста­рые привилегии определяли богатство и вес в полисе, девизом новой эпохи, по высказыванию спартиата Аристодема, стали слова «деньги делают человека». Новый социальный слой начал предъявлять серь­езные претензии к всевластию аристократии и вообще к организа­ции власти в полисах. Это породило длительную полосу историче­ски затяжных и порой очень острых социальных и политических

конфликтов.

Выход из этих неизбежных столкновений был в новой организа-щи власти и в реформах социально-правовых порядков. По всей Элладе VII — VI вв. до н. э. стали временем, когда на место ари-:тократического правления приходит   ранняя   тирания, или гдиновластие   энемнетов-законодателей.   Едино-яичное правление устанавливается или по согласию аристократии и общих интересах полиса — так было в Локрах, Митиленах, Афи-ах (650 — 540 гг. до н. э.), или тирания одного становится средст­вом борьбы демоса со старой аристократией, как в Коринфе, Мега-рах (670 — 630 гг. до н. э.). Ранние тираны  — это не монархи и •не прежние басилеи; их власть не наследственна, лишена религиоз-Вного значения и более напоминает диктаторскую с исключительно •неограниченными полномочиями. Иногда тирания удерживала не-|сколько десятилетий наследственное преемство власти в ряде грече-

 

94

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

ГЛЯДЕЛИ

 

95

 

 

 

ских городов. Выражая интересы крестьянства и демоса, правовая политика тираний была направлена против аристократии, против разрастания имущественного неравенства, против злоупотреблений, представлявшихся несправедливыми, но которые были только выра­жением времени. С именами первых тиранов связано и начало регу­лярного законодательства в греческих полисах, переустройство госу­дарственных институтов. Первым из исторически известных древ­них тиранов был Залевк в Локрах (Юж. Италия), пришедший к власти в 663 г. до н. э. Он переменил государственный уклад, запре­тил сделки с землей, составил жесткое по санкциям собрание уго­ловных законов, настолько прославившееся в Элладе, что его при­меняли и спустя 300 лет. Примеру Залевка последовал Харонд из Катан (на Сицилии). В других греческих городах роль тиранов вы­полняли особые арбитры, или законодатели, избранные на 5 — 10 лет для «наведения порядка», под которым понимался возврат к ста­рой жизни.

Тираниям удавалось достичь своих целей только временно. Со­циальный уклад греческих полисов неизбежно эволюционировал в направлении общества, основанного на частной или особой корпора­тивной собственности. Основным результатом периода тираний ста­ло ускоренное и завершенное оформление в полисах государствен­ной организации.

9.2. Спартанское государство

На юге Эллады (п-ов Пелопоннес) самым ранним и наиболее значительным из образовавшихся полисных государств была Спар­та, постепенно подчинившая себе большинство соседних областей. В силу ряда исторических причин, становление здесь государственно­сти было отмечено значительными особенностями по сравнению с другими греческими полисами. Это предопределило сохранившиеся надолго особые черты общественного уклада и государственной ор­ганизации в древней Спарте.

Становление Спартанского       Спарта была более чистым и непосред-

государства          ственным   историческим   результатом

дорийского завоевания, чем другие гре­ческие полисы. Захватывая в IX в. до н. э. юг Эллады, дорийцы в большей степени не ассимилировали, а вытесняли или порабощали местное население (видимо, из-за общей нехватки пригодных зе­мель). Тем самым пришельцы становились в совершенно особые из­начальные отношения с более многочисленными ахейскими народа­ми. Разрушив древнюю столицу Лаконии (Ферапнею), дорийцы за­гнали в горы прежнее население и в начале IX в. основали несколь­ко типичных для той эпохи завоевания поселков. 4 из этих селений впоследствии слились (см. выше синойкизм) в единый полис — Спарту, которая стала центром будущего государства.

 

Осевшие в Лаконии дорийцы разделялись на 3 племени-клана: Иллеи, Доманеи и Памфилои. Это деление надолго отразилось в раннем государственно-политическом укладе народа. Каждое из племен, в свою очередь, делилось на 9 фратрий — религиозно-родовых объединений с общими празднествами, культами, внутрен­ним самоуправлением.

Территориально новый объединенный полис делился на 5 мест­ных фил,   а те, в свою очередь, — на родовые «кварталы» — по 3 в филе (видимо, от каждого клана). В каждом родовом «квартале», сохраняя начала родоплсменного самоуправления дорийцев, изби­рался вождь и глава войска (по сути, ополчения). 5 руководителей фил — «царей» — составляли первоначальный Совет полиса; объе­динение полисных ополчений образовывало единое войско спартиа-тов. Цари-вожди (ко времени овладения Лаконией и становления Спарты) выдвигались только из двух знатных родов — Агидов и Эв-рипонтидов, впоследствии возведших свое происхождение к леген­дарным царям времен Троянской войны. Затем эти два рода, види­мо, поделили высшую военную власть в общих интересах, чтобы ус­транить постоянное соперничество: с конца IX в. до н. э. спартиаты стали выбирать двух   царей, которым принадлежала, по сути, власть вождей, типичная для зрелой надобщинной администрации, но еще не государства. Цари были военными предводителями, вер­ховными жрецами, судьями. Они же считались председателями на­родного собрания спартиатов, в котором могли принимать участие воины старше 30 лет.

В ходе завоевания сложилась и крайне своеобразная социально-правовая организация Спарта, основанная на корпоративной собст­венности завоевателей на землю страны и на насильственном при­своении продуктов труда порабощенных слоев населения.

Каждой спартанской патриархальной семье (их было немного — около 10 тыс.) выделялся участок земли — клер. Однако обраба­тывался этот клер не спартиатами, а зависимым населением — илотами. Илоты жили на участке со своими семьями, не могли с него уйти, часть произведенного должны были отдавать в качестве государственного налога условным собственникам — спартиатам. Причем нельзя было требовать более установленной властями нор-1мы. Илоты были лишены каких-либо прав, даже право на жизнь не (было безусловным, поскольку по решению властей периодически | проводились «чистки» всегда готового восстать населения.

Другую группу неполноправного, но более свободного, чем ило­ты, населения Спарты составляли п э р и э к и . Они жили по окраи­нам страны, вели самостоятельное хозяйство и с него платили госу­дарственные подати; их также привлекали к военной службе. Пэри-эки обладали собственным самоуправлением, но в общегосударст­венных делах подчинялись спартанским царям. Пэриэкам, в отли-| чие от спартиатов, дозволялось не только трудиться на земле, но и

 

96

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ II

 

97

 

 

 

заниматься ремеслами, торговлей, которые вообще были слабо раз­виты, в том числе из-за традиционной политики дорийцев, направ­ленной на всемерное сохранение родового равенства и земледельче­ского уклада.

Такой довольно странный и безусловно нежизнеспособный в дли­тельной исторической перспективе социальный порядок мог сохра­няться только в условиях особого единства верхушки общества — спартиатов. Это не могло быть достигнуто без специальных поли­тических и правовых институтов, которые бы сдерживали социаль­ное размежевание малочисленного спартанского общества, с одной стороны, а с другой — предоставили бы спартиатам особые права и особое место в государстве, выражавшем бы их общие интересы. Ре­шение этих проблем было найдено путем преобразований, приписы­ваемых спартанскому законодателю-реформатору Ликургу, которые законсервировали уклад спартанского общества и сформировали в нем подлинное государство.

Реформы Ликурга             На пути создания государственности

Спарта выработала свою систему, от­личную от типовой для остальной Эллады тирании. Аристократия не была низвергнута, а народному правлению был придан особый строй, примирявший все интересы внутри спартанского общества, а, кроме того, само это общество было поставлено под строгий государ­ственный контроль.

Полулегендарный царь Спарты Ликург (VIII в. до н. э.) восполь­зовался в своих преобразованиях опытом древних ахейских обществ. Первым и самым важным из нововведений было создание Со­вета старейшин — «В соединении с горячечной и воспален­ной, по слову Платона, царской властью, обладая равным с нею правом голоса при решении важнейших дел, этот Совет стал зало­гом благополучия и благоразумия» *. Тем самым в новоучреждае­мом государстве должно было установиться равновесие между тра­диционной властью царей — потомственных аристократов и вла­стью неорганизованной толпы, представленной народным собрани­ем.

Другим из существенных преобразований был передел земли. Он имел не только социальное, но и политическое значе­ние, «дабы изгнать наглость, злобу, роскошь и еще более старые, еще более грозные недуги государства — богатство и бедность» **. По своему замыслу, это было мероприятие, подобное тем, какие проводили древневосточные владыки в периоды перехода к государ­ственной организации, чтобы снизить остроту социального недо­вольства. Для спартанцев в этом, видимо, был путь к социальному

* Плутарх. Ликург. VIII. **Там же

 

сплочению их народа перед лицом зависимых и покоренных племен. Чтобы уничтожить всякое неравенство, Ликург распространил пере­делы и на личную собственность. Были выведены из оборота реаль­ные деньги, которые заменили неподъемной и не имевшей хождения вне Спарты железной монетой. Одним из следствий этого стало по­степенное исчезновение воровства в Спарте. Но спартанцы пошли и далее: было предписано ограничиться самыми необходимыми ремес­лами и искоренять особые искусства, чтобы стиль жизни зажиточ­ных граждан не имел реального выражения в богатстве вещей. Этой же цели должны были служить введенные Ликургом обще­ственные трапезы, которые восходили к родовым пирам и на которых все должны были угощаться простой пищей и из простой посуды. Для организации этих трапез спартанцы должны были впредь уплачивать небольшой налог, служивший знаком добропоря­дочного спартиата. Целый ряд постановлений был специально на­правлен против роскоши: так, дома следовало строить при помощи только топора и пилы, дабы не предаваться украшательству.

Законы равенства Ликург распространил и на брачно-се-мейную сферу. Женщины были в значительной степени уравнены с мужчинами, допущены к занятиям спортом, военным делом. Это должно было способствовать простоте нравов, что, в свою очередь, содействовало бы росту браков и рождаемости. По­ощрялись внебрачные связи, причем запрещено было проявлять собственнические чувства, ревность и т. п., в отношении женщин. Государство брало на себя заботу о воспитании всех без исключе­ния детей.

Постановлениями Ликурга было введено единообразное и обязательное воспитание и обучение всех спартиа­тов, в которых военное дело занимало главенствующее и почти ис­ключительное место. Запрещено было заниматься ремеслами, ис­кусствами, земледелием, торговлей. «Никому не разрешалось жить так, как он хочет, точно в военном лагере; все в городе подчиня­лись строго установленным правилам и делали то из полезных для государства дел, которое им было назначено». Спартанский образ жизни должен был охраняться многочисленными запретами на об­щение с иностранцами, нововведениями в религиозной сфере. Даже говорить спартиаты должны были по-особому: лаконично, эко­номя слова, стремясь к нарочитой точности и образности (на деле такой искусственный язык также служил национальной изоляции от прочих).

Законодательные постановления Ликурга были высказаны в так называемых р е т р а х — ответах оракула Аполлона на вопроша-ния царя. Они не были записанными, и священный смысл должен был обеспечить сохранение их требований на века. По замыслу за­конодателя, стабильность спартанского общества должна обеспечи­ваться и нравами, и общим укладом жизни, и государственными уч-

лЗак. 2930

 

98

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

IА ЗЛЕЛ II

 

99

 

 

 

реждениями, в которых народ в целом реализует власть. Одна из ретр завершалась словами: «Господство и власть пусть принадлежат народу».

Организация власти и управления

Система власти и управления в Спарте была основана на своеобразном сочета­нии традиционных институтов эпохи

протогосударства с принципом нового народовластия. Основным ор­

ганом в Спарте была герусия   — совет старейшин, возглавляв­

ший все государственное управление. Его образовывали 30 геронтов

(в том числе два царя); по-видимому, по два от каждой «обы»-квар-( i

тала. Геронтов избирали из наиболее известных граждан пожизнен^ S

но (первые геронты были назначены Ликургом) в возрасте старше,

60 лет. Герусия готовила внешнеполитические решения, руководила, |

деятельностью должностных лиц. Она же была судебным органом по |

политическим преступлениям и умышленным убийствам,  решала j

вопросы о причислении к полноправным гражданам или о лишении \

гражданства. Судебной власти герусии подлежали даже цари. Сама |

герусия считалась неответственной за свои решения.             |

В народном собрании —  апелла   — должны были принимать;j участие все спартиаты старше 30 лет, прошедшие указанное зако- j ном   воспитание.   Основанием  для  лишения   прав   политического гражданства была только неуплата взноса на установленные обще4, ственные трапезы. Собрание было только пассивным властным орга- | ном: «Никому из обыкновенных граждан не дозволялось подавать! свое суждение, и народ, сходясь, лишь утверждал или отклонял тоу I что предложат старейшины и цари».  Примерно в VI в. до н. власть собрания была еще более ограничена правом герусии и царей распустить его за неверное, с точки зрения традиции, решение. В теории собрание выбирало геронтов, должностных лиц; реально ре­шения принимались «ором», который надлежало истолковывать ге- ! русии; за ней, следовательно, оставалось и последнее слово.

С течением времени важнейшим институтом управления стала коллегия эфоров, появляющихся еще в VII в. Происхожде­ние этого установления не выяснено. Возможно, эфоры были пред­ставителями 5 территориальных фил Спарты. Первый из них — эфор-эпоним — председательствовал в общих собраниях апеллы и герусии, и сами народные собрания созывались эфорами; они же только имели право предлагать законы. Эфоры объявляли военную мобилизацию, передавали власть мирного времени в руки военных вождей-царей. Основным полномочием эфоров был суд: им были подчинены споры о собственности, о наследствах, договорах, менее важные уголовные дела. Эфоры были верховными судьями для пэриэков и илотов, им же принадлежала полицейская власть в полисе (в частности, они руководили отрядами молодых спартиатов в криптиях — государственных расправах с илотами). Они призывали царей на суд, контролировали общественные финансы,

 

интерпретировали обычаи, т. е. решали как бы конституционные вопросы Спартанского государства.

Цари (с VI в. до н. э. власть была наследственной) сохраняли ос­новные военные и религиозные полномочия предгосударственного иремени, утратив лишь собственные судебные права, которые ото­шли к герусии и в целом действовали вместе с нею. В военное время один из царей командовал армией вместе с 10 членами герусии.

Народовластие в Спартанском государстве было не прямым, а в шачительной степени представительным и опосредованным. При­чем представительство было передано главным образом должност­ным лицам, несменяемым и не зависящим от собраний граждан. Это придало государственной организации Спарты аристократический характер, всецело связанный, однако, с общенародным консерватив­но-политическим укладом.

Государственно-политический строй Спарты оставался практиче­ски неизменным в течение нескольких столетий. Особый уклад спартанской жизни предопределил ее очевидное военное лидерство среди других полисов юга Эллады — в VI в. до н. э. вокруг Спарты сложился т. н. Пелопоннесский союз нескольких обла­стей и полисов, который повел активную борьбу за общее преобла­дание в Элладе. В каждом из городов союза власть передавалась специальному совету из 10 аристократов, а Спарта ставила гар-мостов — наместников с военными и финансовыми функциями. В самой метрополии — Спарте — взаимоотношения исторических институтов власти несколько изменились в сторону преобладания царей (они стали главенствовать над эфоратом) и герусии (которая обрела право вето на решения собрания). Более четко была разделе­на судебная компетенция герусии, эфоров и народного собрания.

После победной для Спарты и союзников Пелопоннесской войны (431 — 404 гг. до н. э.) с Афинами и другими греческими полисами, спартанское общество стало быстро расслаиваться в социальном от­ношении, и это расслоение уже не могло сдерживаться даже стары­ми политическими институтами. Сократилось число полноправных спартиатов, власть стала практически изолированной от основной массы активного населения полиса (в конце IV в. до н. э. насчиты­валось лишь около 1 тыс. граждан Спарты). В III в. до н. э. очеред-яой политический кризис завершился почти полной ликвидацией традиционных институтов власти и рождением диктатуры царей в

эду массе неполноправных жителей Спарты. В ходе очередной £муты начала II в. до н. э. власть захватили илоты, их правление эыло подавлено только участием других полисов Эллады. В середи-II в. до н. э. (146 г.) Спарта утратила самостоятельность, став гастью греческих провинций Римской империи.

 

100

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

раздел и

 

101

 

 

 

9.3. Образование Афинского государства

Более развитым, чем Спарта, в социально-экономическом отно­

шении было второе из крупнейших древнегреческих государств —

Афинское (п-ов Аттика), вскоре подчинившее своему влиянию ocj

тальную Элладу. Классический путь формирования государственно»^

сти в Афинах привел к появлению там и более сложной государств'

венной организации, выражавшей интересы непосредственного на1-,

родовластия.        J

ч

,f i>

Становление        Аттическая   область   была   захвачен^

Афинского полиса             группой ионических племен в ходе обу [

щего дорийского завоевания, которые»

ассимилировав древнюю эгейскую цивилизацию, установили болеф?

соседские отношения с подчиненными народами. Осевшие в при-/

брежной Аттике ионийцы делились на 4 племени: Гелеонты, Арга^4

деи, Айгикореи и Гоплеты, — каждое со своими культом и некото-'

рыми особенностями в той роли, какую они играли в общем иониче^

ском союзе племен (их и называли «блестящими», «земледельца*-

ми», «козопасами» и «вооруженными» соответственно). Сложившее^

ся в XI — X вв. до н. э. первоначальное объединение племен носилф,

характер общинной конфедерации, в которую вливались вначале

три, потом четыре, пять и т. д. племен. Поселения-центры четырех'

племен постепенно слились воедино вокруг древнего города КекроИ

пии (см. выше синойкизм), ставшего затем Афинами по утверр|

лившемуся культу богини. Единство нового полиса обеспечивалось р|

основном единой военной организацией племен.    '•*•(!

В социальном отношении каждое племя состояло из больших кланов, которые, в свою очередь, разделялись на 50-90 больших се­мей-родов. Семьи в произвольном порядке группировались во фратрии — особые религиозные объединения со св.оими культо­выми праздниками и церемониями. Фратрии складывались в фи-л ы, которые после синойкизма стали чисто территориальными подразделениями общей территории полиса, причем не только го­род, но и вся Аттика соответственно делилась на 4 филы. Потомки покоренных доионических племен (фэты) стояли вне этой организа­ции, но признавались почти равноправными; они могли свободно за­ниматься земледелием, торговлей и ремеслами, у них были свои са­моуправляющиеся объединения — фиасы и оргеоны (фратрии).

Управление племенами осуществлялось царями-басилея-ми, власть которых у ионийцев не была наследственной, и сове­том пританов в числе четырех (видимо, глав племен). Прита-нам принадлежала высшая судебная власть в полисе и право объя­вить военную мобилизацию. Особую роль играли главы семейств и кланов: они были вправе взимать свою долю податей, начальство­вать в своем клане, даже приглашать царя на свое собрание. В опо­ре на такие родоплеменные привилегии, элита стала формироваться

 

в столь важный для Древних Афин социальный слой земельной ари­стократии. В начале VIII в. до н. э. новому социальному членению общества был даже придан условно-правовой статус, восходящий к прежним особенностям племен: первый класс назывался э в п а т -р и д а м и (обладателями больших земельных наделов с большим урожаем), второй — всадниками, третий — зевгитами (разночинцами).

Во второй половине VIII в. до н. э. давление на крестьянство со сто-1роны аристократии начало возрастать, ранее свободные земледельцы (попадают в кабалу разного вида к знати. Появляется категория земле-дельцев-пелатов и шестидольников (отдающих 5/6 урожая), затем (зависимые крестьяне превращаются в рабов, если не выплачивают цолг; наконец, к исходу VII в. до н. э. растет число продаваемых за Ат-гику рабов. Рабовладельческий уклад начинает размывать прежде со-[циально однородное ионийское общество. Знать превращается в соци-гсьно господствующий слой, и это вызывает ускоренную эволюцию |надобщинной администрации прежней эпохи в раннюю государствен-|ную структуру, подчиненную интересам этой знати.

Примерно в сер. VIII в. до н. э. под давлением эвпатридов поте­ряла свое прежнее значение власть басилевса: его сделали выбор-[ным и полномочия его свели к религиозной сфере. В 752 г. до н. э. [вместо царя был избран эвпатридами особый правитель — п р и -|т а н сроком на 10 лет, затем появилась должность архонта; с [начала VII в. до н. э. архонтов стали избирать на год, и их стало де-[вять (с 682 г. до н. э.). Функции постоянного властного органа стал [обретать прежний совет родовой знати — ареопаг (заседавший 'на холме святилища бога войны Ареса).

К середине VII в. до н. э. аристократическое правление в Афинах приобрело вид организации раннегосударственного типа, где доми­нировала роль выборных должностных лиц, соподчинявших свои полномочия с советами знати.

Первым по значению был архонт-эпоним (называвшийся так потому, что его имя стояло во главе списка молодых людей, внесенных в гражданский реестр в год его службы). Он устанавли-правила жизни полиса, считался «стражем семьи», контролиро­вал соблюдение отцами семейств своих прав и обязанностей, высту-1пал как «защитник слабых»; в связи с этим ему принадлежали зна­чительные судебные полномочия. На второе место был отодвинут [басилевс-архонт: он выполнял жреческие религиозные обя­занности на празднествах, был также председателем особого суда из |4 глав фил (пританий) по делам об убийствах, о неповиновении гла-Звам полиса. Третьим архонтом был полемарх — военачальник, [ответственный за безопасность полиса (вместе с главным советом); [для этого он наделялся полицейской властью и правом карать не-Iзначительные проступки граждан и, особенно, неграждан города. [Остальные архонты (6 фесмофетов) выполняли в основном су-

 

102

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

ГАЗДЕЛ II

 

103

 

 

 

дебные функции. Главные магистраты были подконтрольны Совету ареопага в части определения вообще возможности исполнять ту или другую функцию. Наиболее существенным признаком ранней государственной организации было, как видно, сочетание судебных и управленческих полномочий должностных лиц.

Рядом с архонтами стоял Совет — булэ.В него пожиз­ненно входили отбывшие их должности архонты, иногда — другие представители знати. Совет осуществлял общий надзор за жизнью города, за соблюдением установленного строя; он был и судебным органом в тяжких преступлениях, в частности, имел право присуж­дать к изгнанию.

Военная организация опиралась на систему навкрарий, особых группировок населения. Каждая из 4 фил делилась на 12 на­вкрарий (всего 48) во главе с одним из эвпатридов. Коллегию всех 48 навкрарий возглавляли 4 притана (по одному от филы), они и были высшим военным руководством ополчения полиса. Каждая на-вкрария должна была выстроить и оснастить военный корабль для флота (с экипажем), выделить двух всадников и солдат пехоты; для этого внутри навкрарий вводилось собственное налогообложение на военные нужды.

Во второй половине VII в. до н. э. в Афинах, как и в других гре­ческих полисах (см. выше, § 9.1), социально-политические противо- t речия знати и земледельческого населения, стремление воссоздать , прежний романтизированный социальный уклад привели к учреж­дению тирании. С правлением тиранов, особенно наиболее из­вестного Драконта (около 621 г. до н. э.), связывается появление в полисе писаного законодательства, направленного на стабилизацию общественного уклада. Однако экономическое развитие Афинского полиса, расширение связей с другими городами Эллады, Малой Азии, внутреннее развитие торговли и ремесла настолько укрепили новые слои населения, что прежний, основанный всецело на господ­стве родовой аристократии и землевладельческой знати, раннегосу-дарственный строй не мог не вызвать мощной волны недовольства и очередной смуты. Столь же привычно, как и в других греческих полисах, выходом из этой смуты в самом начале VI в. до н. э. (сти­мулированной нараставшей внешней угрозой) стала деятельность реформатора-эсимнета Солона.

Реформы Солона               Выходец из землевладельческой знати,

известный к тому времени военачаль­ник и поэт Солон (640-560 гг. до н. э.) был приглашен на долж­ность архонта в 594 г., с тем чтобы провести целый ряд преобразо­ваний, способных установить общественное согласие на основе ново­го уклада. Солон отказался от тирании, но жестко реализовал ре­формы, которые в целом переустраивали государственную организа­цию на более широкой социальной основе, отвечавшей интересам большинства народа.

 

В качестве предварительного условия преобразований Солон провел т. н. сейсахтейю (букв, «стряхивание бремени») — отмену всех долговых обязательств в полисе; должники были прощены, земли возвращены владельцам, проданные в рабство граждане выкуплены. Впредь запрещалось давать в долг под ус­ловием самозаклада. Проведенный закон озлобил буквально все афинское общество, поскольку не был осуществлен полный пе­редел земли (как надеялись бедные), а богатые утеряли значи­тельную долю имуществ. Впрочем, кризис был настолько велик, что афиняне предоставили все государственные полномочия Со-лону и впредь.

Сохранив за аристократией исключительное право на занятие высших государственных должностей, Солон придал аристократии имущественный характер. Старым четырем категориям населения Афин (эвпатридам, всадникам, зевгитам и фетам) был придан но­вый смысл: в них зачислялись граждане соответственно своим дохо­дам (не менее 500, 300, 200 мер зерна в год). Помимо того, что ка­тегория граждан отныне могла меняться и зависела от исчисления ценза, для других, невысших, слоев были предусмотрены свои возможности решать политические вопросы.

Все слои населения отныне допускались к участию в  народ­ном    собрании   и могли быть судьями; полномочия собрания были невелики, и все дела предварительно решались в других сове­тах. Рядом с ареопагом был поставлен новый совет — б у л э , куда определялось по 100 граждан от каждой филы (или Совет 400); менно булэ предварительно обсуждал вопросы, подлежащие выне-:ению на народное собрание. За ареопагом были оставлены надзор за всем» и охрана законов.

Солон отменил большинство изданных до него законов, в частно-;ти законодательство Драконта (кроме уголовного), и издал целую ерию правил, касавшихся суда, гражданских прав, брачно-семей-;ой сферы и т. д., которые создали совершенно новый правовой по­рядок. Отныне все граждане могли обращаться в суд сами, высту­пать в защиту потерпевшего и преследовать преступника (это уст­раняло патриархальные права эвпатридов). Граждане Афин обязаны были во время междоусобия занимать твердую политическую пози­цию под угрозой отнятия прав.

Реформы, проведенные Солоном или приписанные ему позднее, окончательно сформировали целостный государственно-поли­тический уклад. Родовая знать стала преобразовываться в поли­тическую элиту, связанную всецело с государственными института­ми.

После некоторых административных преобразований, правления тиранов из семьи Писистратидов (560-527 гг. до н. э.), в основном сохранивших государственные порядки Солона и продолживших его социальную политику в интересах широкой массы земледельцев-

 

104

 

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

РАЗДЕЛ II

 

105

 

 

 

граждан, в Афинах установился стабильный и развитый государст­венный строй, основанный на широком представительном народо­властии граждан.

1