1. Обязательство как гражданское правоотношение

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Обязательство в самом общем виде представляет собой взаимоотношение участников экономического оборота (товарообмена), урегулированное нормами обязательственного права, т. е. одну из разновидностей гражданских правоотношений.

 

Следовательно, его содержание, как и содержание всякого правоотношения, составляют определенные права и обязанности его участников (субъектов) (подробнее о понятии и содержании гражданского правоотношения см. гл. 5 т. 1 настоящего учебника). Этим обязательство отличается от фактических (неюридических) отношений, в том числе от «моральных», политических и тому подобных «обязательств», не пользующихся признанием со стороны государства (публичной власти) и не содержащих в силу этого прав и обязанностей. Так, закон не придает значения данному близким людям «обязательству» не участвовать в азартных играх, так же, впрочем, как и «обязанности» выплатить карточный «долг».

Вместе с тем обязательства как гражданские правоотношения необходимо отличать от правоотношений, относящихся к другим правовым отраслям (главным образом публичного права)1. В частности, обязанность по уплате налогов является хотя и имущественной, но публично-правовой, а не частноправовой. Поэтому к налоговым отношениям, хотя бы и рассматриваемым в качестве «налоговых обязательств», в принципе неприменимы нормы обязательственного и в целом гражданского (частного) права (п. 3 ст. 2 ГК), например о законных процентах по денежным обязательствам, о способах обеспечения надлежащего исполнения обязательств, о перемене лиц в обязательствах и др. Сказанное следует иметь в виду и при оценке встречающихся иногда предложений использовать категорию «обязательство» в управленческих, финансовых, внутрихозяйственных (внутрифирменных) и иных отношениях, находящихся за пределами предмета гражданского права. Все они связаны с попытками обосновать применение в данных областях в том или ином виде богатого и тщательно отработанного инструментария обязательственного права, созданного для нужд гражданского оборота, т. е. для частноправовой сферы, а потому в той или иной мере игнорируют отраслевое различие правоотношений, особенности частноправового и публично-правового регулирования2.

 

Обязательство является лишь одной из разновидностей гражданских правоотношений. Поскольку обязательства оформляют процесс товарообмена, они относятся к группе имущественных правоотношений. В этом качестве они отличаются от гражданских правоотношений неимущественного характера, которые поэтому не могут приобретать форму обязательств1. Невозможно, например, существование обязательства по защите чести и достоинства личности или по выдаче патента на изобретение (хотя передача патентообладателем прав на использование своего изобретения другим лицам происходит в форме договорного обязательства, ибо такие права имеют имущественную природу). Иное дело, что обязательства, как и сам товарообмен, в отдельных случаях могут носить неэквивалентный или вообще безвозмездный характер, что не изменяет их имущественную природу. Обязательство может быть направлено и на удовлетворение неимущественного интереса управомоченного лица или иметь предметом совершение обязанным лицом действий неимущественного характера, если при этом не теряется связь с имущественным обменом (например, в виде получения контрагентом за совершение таких действий денежного или иного имущественного эквивалента), чем сохраняется имущественная природа обязательства. Таковы, в частности, возмездные обязательства по предоставлению культурно-зрелищных, медицинских, ветеринарных услуг, а также услуг по обучению и туристическому обслуживанию. Обязательство может быть направлено на организацию отношений товарообмена, т. е. содержать некоторые условия будущего перехода имущественных благ. Таковы, например, обязательства участников предварительного договора, которые обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором (п. 1 ст. 429 ГК), а также обязательства участников договоров полного и простого товарищества. Но такие предварительные обязательства, в том числе и с организационным содержанием, всегда прямо обслуживают имущественный (товарный) оборот, неотделимы от него и не имеют самостоятельного значения. Поэтому их существование не колеблет положения об имущественном характере обязательственных отношений1. Обязательства отличаются и от других имущественных гражданских правоотношений – вещных и исключительных. Эти гражданские правоотношения, оформляющие принадлежность (присвоенность) материальных и нематериальных благ, по своей юридической природе, как известно, являются абсолютными, поскольку в них конкретным управомоченным лицам противостоит неопределенный круг обязанных лиц («все третьи лица»), которые должны воздерживаться от неправомерных посягательств на чужое имущество и не препятствовать управомоченным лицам осуществлять их права («обязанности пассивного типа»).

Обязательства оформляют конкретные акты экономического обмена, возникающие между вполне определенными участниками. Поэтому они представляют собой типичные относительные правоотношения, характеризующиеся четким субъектным составом. В силу этого обязательство юридически связывает только конкретное обязанное лицо. Если, например, последнее в нарушение своей обязанности производит исполнение не своему контрагенту-управомоченному, а иному (третьему) лицу, то сам управомоченный обычно не вправе потребовать что-либо от этого третьего лица, ибо обязательство не может создать обязанности для тех, кто в нем не участвовал (п. 3 ст. 308 ГК). Но он сможет взыскать убытки со своего контрагента.

В абсолютных правоотношениях существо субъективного права, как известно, сводится к праву на собственное поведение (по отношению к неопределенному кругу обязанных лиц), тогда как в относительных правоотношениях оно становится правом требования конкретного поведения от обязанных лиц. Поэтому предмет обязательств составляют вполне определенные действия по передаче имущества, производству работ, оказанию услуг (выступающие в форме «обязанностей активного типа») либо воздержание от конкретных действий (например, обязанность не разглашать сущность полученного по договору секрета производства (ноу-хау) без согласия первоначального обладателя такой информации), а не общая обязанность не препятствовать кому-то в осуществлении его права, как в абсолютных правоотношениях.

Вместе с тем предметом вещных правоотношений могут быть только вещи, причем индивидуально определенные, а предметом отношений «интеллектуальной» и «промышленной собственности» – выраженные в объективной форме конкретные нематериальные объекты, тогда как предметом обязательства является поведение обязанных лиц, связанное с передачей самых различных объектов имущественного оборота, в том числе вещей, определенных не только индивидуальными, но и родовыми признаками, с производством работ, оказанием услуг материального и нематериального характера и т. д., по поводу которых не может возникнуть вещных или исключительных прав.

Обязательства тесно связаны с вещными и исключительными (абсолютными) правоотношениями. Ведь обладание имуществом (товаром) на соответствующем юридическом титуле, прежде всего – на праве собственности, с одной стороны, составляет необходимую предпосылку товарообмена, а с другой – становится его обычным результатом, закрепляя соответствующий имущественный объект за новым владельцем. Иначе говоря, абсолютные правоотношения закрепляют предпосылки и результаты товарообмена (т. е. относительных, обязательственных правоотношений), что позволяет говорить об их взаимозависимости, а иногда даже о производности обязательственных прав от вещных и исключительных1. Обязательства имеют черты общности с корпоративными (членскими) правоотношениями, тоже являющимися относительными и имущественными1. В п. 2 ст. 48 ГК не вполне точно говорится даже об обязательственной природе всех отношений участников корпорации со «своей» организацией. Некоторые из отношений, складывающихся, например, между участником полного товарищества или общества с ограниченной ответственностью и товариществом или обществом в целом на основе учредительного договора (в частности, обязанности по внесению имущественного вклада или по воздержанию от конкуренции с этим юридическим лицом), безусловно, имеют обязательственную природу. Вместе с тем отношения по управлению такой организацией (участие в формировании и работе общего собрания и других органов управления, контроль за их деятельностью и т. п.) являются корпоративными, а не обязательственными. Они оформляют не непосредственный товарообмен между участниками, а организацию управления и использования корпоративного имущества. Обязательства же являются юридической (гражданско-правовой) формой конкретных актов товарообмена, из которых складывается имущественный (гражданский) оборот.

1