§ 1. Гражданское право в системе правовых отраслей

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

1. Особенности системы отечественного права

До недавнего времени отечественная правовая система, развивавшаяся как система советского права, представляла собой комплекс весьма многочисленных самостоятельных правовых отраслей, количество которых насчитывало несколько десятков. Ее главной особенностью было многообразие составляющих элементов при принципиальном отказе от их общего, традиционного деления на сферы частного и публичного права.

К числу известных преимуществ такого подхода можно было отнести возможность максимального учета специфики разнообразных видов общественных отношений, регулируемых правом, тщательность и разветвленность их регламентации. Однако при этом неизбежными стали сложности и громоздкость сложившейся системы, необходимость последовательного размежевания правовых комплексов, затрудняющие их взаимную согласованность. Это было особенно заметно в «пограничных», переходных ситуациях, складывавшихся «на стыке» отдельных правовых отраслей. Решение проблемы нередко искали в создании новых, «комплексных», или «вторичных» правовых отраслей наряду с прежними, общепризнанными, что еще более усложняло всю систему.

Однако главной задачей правовой системы является не разграничение правовых отраслей и их сфер (хотя очевидно, что без этого просто нельзя говорить об их системе), а обеспечение их единого, комплексного воздействия на регулируемые общественные отношения. Поэтому система права должна характеризоваться внутренней согласованностью всех входящих в нее подсистем (элементов), опирающейся на социально-экономические и организационно-правовые факторы.

Прежний правопорядок в той или иной мере достигал этих целей с помощью построения системы правовых отраслей по иерархическому принципу. Она представляла собой некую «пирамиду», во главе которой находилось конституционное (государственное) право. Затем следовали подчиненные ему «основные» отрасли – гражданское, уголовное, административное, процессуальное право, – в свою очередь возглавлявшие группы правовых отраслей, большей частью выделившихся из базовых, «материнских» (например, из гражданского права выводилось семейное и трудовое право, из административного – финансовое и т. д.). Таким образом, всю эту систему пронизывали публичные начала, оформлявшие безграничное, по сути, вмешательство государства в любые сферы жизни общества и его членов и обеспечивавшие преимущественную защиту государственных и общественных (публичных) интересов. Данный подход вполне соответствовал и административно-плановому характеру огосударствленной экономики, и реальной роли тогдашнего государства в общественной жизни.

Кардинальное реформирование экономического и общественного строя в качестве одного из неизбежных следствий имело изменение данной системы. Восстановление частноправовых начал и переход к принципиальному делению всей правовой сферы на частноправовую и публично-правовую привели к тому, что место «пирамиды» соподчиненных отраслей заняла новая их система, основанная на равенстве частноправового и публично-правового подходов. В этой системе две взаимодействующие, но не соподчиненные сферы частного и публичного права поглощают множество отдельных правовых отраслей и их групп.

Система частного права уже была охарактеризована ранее. Более сложную структуру должна, очевидно, приобрести сфера публичного права, в основном сохраняющая многообразие правовых отраслей (хотя, возможно, и требующая их известного «укрупнения», например, за счет расширения сферы действия классического конституционного и административного права). Очевидно также, что в этой системе не остается места для «комплексных правовых образований», представлявшихся иногда в виде новых правовых отраслей. Однако обе составляющие ее сферы пока еще находятся в состоянии формирования и окончательные ответы на возникающие при этом вопросы должна дать наука теории государства и права, учитывая также состояние и выводы отраслевых правовых наук.

Ясно также, что новая система права в большей мере соответствует задачам формирования правового государства и гражданского общества, которое не должно более находиться под постоянным и всеобъемлющим государственным воздействием. Единство и согласованность этой системы обеспечиваются не иерархической соподчиненностью ее элементов, а единством лежащих в ее основе общих правовых принципов, а также критериев выделения (обособления) правовых отраслей, определяющим функциональные особенности каждой из этих подсистем. Социально-экономическую базу такого положения составляют признание ключевой роли неотъемлемых прав и свобод личности, федеративная система государственного устройства, основанная на возрастающей роли регионов и местного самоуправления, а также рыночная организация хозяйства.

Основными общепризнанными критериями самостоятельности отраслей права являются наличие самостоятельного предмета правового регулирования, т. е. особой области общественных отношений, и метода правового регулирования, т. е. известной совокупности приемов, способов воздействия на данную группу общественных отношений, соответствующих их особому характеру. В качестве дополнительных критериев указывается также наличие особых, самостоятельных функций отрасли права, что связано с ее положением элемента общей системы права, и общих положений (Общей части), свидетельствующих о юридической однородности составляющих отрасль правовых институтов и норм. Гражданское право как самостоятельная правовая отрасль в полной мере отвечает всем перечисленным критериям.

2. Место гражданского права в правовой системе

Гражданское право составляет основу частноправового регулирования. Тем самым определяется его место в правовой системе как основной, базовой отрасли, предназначенной для регулирования частных, прежде всего имущественных отношений.

Из этого следует, что общие нормы и принципы гражданского права могут применяться для регулирования любых отношений, входящих в частноправовую сферу, если на этот счет отсутствуют прямые предписания специального законодательства (т. е. в субсидиарном, восполнительном порядке). Это касается прежде всего сферы семейного права, где такое положение получило прямое законодательное закрепление (ст. 4 Семейного кодекса РФ), но также и частноправовых отношений, затрагиваемых институтами трудового, природоресурсового, экологического права. Именно на этом, в частности, базируются небезосновательные попытки судебной практики использовать в отношениях, возникающих при необоснованном расторжении или изменении трудового договора, гражданско-правовые нормы о возмещении морального вреда1.

1 См абз 2 и 3 п 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»//ВВС РФ 1995 №3 С 10,ЖуйковВ Возмещение морального вреда// ВВС РФ 1994 №11 С 11–12

Напротив, нормы трудового или, например, семейного права не могут использоваться для восполнения пробелов в сфере гражданско-правового регулирования ни при каких условиях.

В настоящее время происходит известное расширение сферы действия гражданского права. Так, к нему теперь относится ряд отношений землепользования и природопользования, изменивших свою экономическую и юридическую природу в связи с признанием права частной собственности на некоторые земельные участки и другие природные объекты. Гражданско-правовые начала все больше проникают в сферу семейных отношений. Взаимоотношения индивидуального управляющего с нанявшей его компанией (например, акционерным обществом) строятся по нормам акционерного (гражданского), а не трудового законодательства. Все это свидетельствует о возрастании социальной ценности гражданского права как наиболее эффективного регулятора формирующихся рыночных отношений.

Таким образом, гражданское право занимает центральное, ключевое место в частноправовой сфере и в целом в регламентации большинства имущественных и многих неимущественных отношений. Косвенным показателем этого являются даже распространенные, хотя и необоснованные попытки применения гражданско-правовых норм к имущественным отношениям, входящим в предмет публичного, а не частного права.

Так, при возврате налогоплательщикам неправильно удержанных сумм налогов на них иногда начисляются проценты, предусмотренные за нарушение денежного (гражданско-правового) обязательства ст. 395 ГК. Между тем никаких гражданско-правовых, в том числе обязательственных, отношений между налогоплательщиком и налоговым органом не возникает, а потому нет и оснований для применения частноправовых правил. (Иное дело, что эту ситуацию можно рассматривать как деликт, т. е. причинение налогоплательщику имущественного вреда государственным налоговым органом, в силу которого последний обязан возместить потерпевшему все причиненные убытки.) В действительности же изложенная ситуация свидетельствует о необходимости учета в нормах публичного (налогового) права содержания соответствующих частноправовых отношений, а не только фискальных (публичных) интересов.

1