§ 3. Ценные бумаги

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

1. Признаки и свойства ценной бумаги

В развитой экономике объектом товарного (имущественного) оборота становятся не только вещи, но и имущественные права, в том числе выраженные в специальных документах – ценных бумагах. Основную особенность этих документов составляет тесная, неразрывная связь выраженных в них прав с документарной (бумажной) формой их фиксации. В силу такой связи имущественное право существует лишь в форме бумаги, следовательно, передача (отчуждение) бумаги является передачей самого права, а ее утрата – прекращением права1.

Таким образом, только тот, кто имеет право на бумагу, может осуществить право, вытекающее из бумаги. Традиционное различие этих прав основано на том, что право на бумагу обычно является вещным, чаще всего правом собственности, имея объектом ценную бумагу как вещь (хотя, например, доверительный управляющий приобретает лишь обязательственное право на переданные ему учредителем управления ценные бумаги), тогда как право из бумаги – чаще всего обязательственное, поскольку ценная бумага всегда удостоверяет известное право требования. Поэтому, в частности, акционер, будучи собственником акции, не приобретает вещных прав на имущество акционерного общества. Вместе с тем право на бумагу и право из бумаги в нормальном случае имеют общую судьбу, ибо право из бумаги всегда следует за правом на бумагу, и несовпадение управомоченных по этим правам лиц в принципе должно быть исключено.

Ценная бумага как документ относится к категории движимых вещей (ср. п. 2 ст. 142 и п. 2 ст. 130 ГК). При этом выраженное в ней право может касаться как движимости, так и недвижимости (например, в закладной, оформляющей права на заложенную недвижимость). Многие ценные бумаги (в частности, акции и облигации) как вещи определяются родовыми признаками, несмотря на возможность их индивидуализации (например, по номерам), но могут быть и индивидуально определенными (вексель, выигравший лотерейный билет и т. д.).

1 По справедливому замечанию Г. Ф. Шершеневича, «если бы право могло быть осуществлено беспрепятственно без бумаги, то ему незачем было искать воплощения в бумаге. Поэтому ценной бумагой следует признавать не каждый документ, свидетельствующий о праве на ценность, а только тот документ, который право на ценность ставит в тесную связь с бумагой» [см.: Шершеневич Г. Ф. Учебник торгового права (по изданию 1914 г.). С. 173].

 

Для признания документа ценной бумагой он должен отвечать некоторым особым признакам (свойствам), вытекающим из требований закона. К их числу относится, во-первых Диитеральность. под которой понимается возможность требовать исполнения только того, что прямо обозначено в ценной бумаге. Отсюда необходимость установления и соблюдения строго формальных реквизитов, при отсутствии хотя бы одного из которых документ теряет свойства ценной бумаги (становится недействительным). Ценная бумага – строго формальный документ (п. 2 ст. 144 ГК).

Во-вторых, это легитимация субъекта права, выраженного в ценной бумаге, т. е. его узаконение в качестве управомоченного по бумаге лица. Речь идет прежде всего о способе обозначения такого субъекта, форме (или степени) его определенности (различной, например, в именных и предъявительских ценных бумагах).

Третьим важнейшим свойством такого документа является необходимость его презентации (предъявления обязанному лицу). Только в этом случае возможна беспрепятственная реализация выраженного в документе права, ибо лишь предъявление бумаги гарантирует осуществление права управомоченного лица и лишь предъявителю подлинника этого документа обязанное лицо должно предоставить исполнение. Другие документы, используемые в обороте, могут доказывать наличие или содержание известных правоотношений (расписка, текст договора и т. п.), но не становятся обязательным условием реализации составляющих их прав. Поэтому начало презентации отличает ценную бумагу от других документов, имеющих гражданско-правовое значение.

Ценная бумага, в-четвертых, характеризуется также абстрактностью закрепленного в ней обязательства, поскольку отказ от его исполнения обязанным лицом со ссылкой на отсутствие основания или его недействительность не допускается (п. 2 ст. 147 ГК). Данное правило действует и в том случае, если в самой ценной бумаге указано основание ее выдачи, которое, например, оспаривается должником. Лишь отсутствие предусмотренных законом реквизитов может повлечь недействительность ценной бумаги (и, следовательно, выраженного в ней права).

Наконец, в-пятых, ценная бумага придает выраженному в ней праву свойство автономности. Имеется в виду, что лицо, законным порядком приобретшее ценную бумагу, получает по ней право требования, не зависящее от прав на данную бумагу предшествующего обладателя, т. е. имеющее автономный (самостоя-

тельный) характер. В силу этого обстоятельства выраженное в бумаге право переходит к добросовестному приобретателю таким, каким оно обозначено в бумаге, и потому обязанное по данной ценной бумаге лицо не вправе противопоставить такому приобретателю какие-либо возражения, основанные на его правоотношениях с предшественниками1. Иначе говоря, участники правоотношения по ценной бумаге могут довериться ее формальным реквизитам, не принимая во внимание иных обстоятельств. Такое свойство нередко именуется также началом публичной достоверности2. Таким образом,

ценной бумагой признается документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы (реквизитов) имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении (п. 1 ст. 142 ГК)3.

Следует иметь в виду, что даже при наличии всех перечисленных признаков (свойств) документ приобретает силу ценной бумаги лишь при прямом указании об этом в законе (или в подзаконном акте, принятом на основании соответствующего закона) (ст. 143, п. 1 ст. 144 ГК).

2. Классификация (виды) ценных бумаг

Важнейшей юридической классификацией ценных бумаг, прямо предусмотренной законом, является их различие по способу легитимации (обозначения) управомоченного лица.

1 В английском праве приобретатель ценной бумаги по оспоримой сделке, например совершенной под влиянием заблуждения или обмана, не приобретает прав из бумаги, несмотря на свою добросовестность и даже факт регистрации сделки (см.: Penningtons Company Law. Butterworths. London, 1990. P. 347).

2 Подробнее см.: Агарков М. М. Основы банкового права. Учение о ценных бумагах. М., 1994. С. 199–202; Белов В. А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М., 1996. С. 96–99.

Этим свойством не обладают так называемые обыкновенные именные ценные бумаги, которые поэтому не всегда относят к числу ценных бумаг (подробнее об этом см.: Крашеншников Е. А. Ценные бумаги на предъявителя. Ярославль, 1995. С. 16–17,23–24). В литературе их иногда называют ректа-бумагами (от нем. Rek-tapapier – именные ценные бумаги), поскольку в них прямо («rekta») обозначено управомоченное лицо (векселя и чеки, содержащие оговорку «не приказу» или аналогичную ей и тем самым исключающие их передачу другим лицам).

3 Подробнее о различных определениях ценных бумаг, предлагавшихся в отечественной и зарубежной литературе, см.: Агарков М. М. Указ. соч. С. 173–188.

По данному критерию ценные бумаги разделяются на предъявительские, именные и ордерные (приказные) (ст. 145 ГК).

По предъявительской ценной бумаге (бумаге на предъявителя) удостоверенные ею права может осуществить любой ее держатель. Управомоченное лицо легитимируется здесь одним лишь фактом предъявления бумаги. Для передачи другому лицу выраженных в предъявительской бумаге прав достаточно ее простого вручения этому лицу (п. 1 ст. 146 ГК). Такой упрощенный порядок отчуждения бумаг на предъявителя свидетельствует об их повышенной оборотоспособности. Для легитимации управомоченных лиц по другим видам ценных бумаг необходимы дополнительные действия. Предъявительскими бумагами могут быть векселя, облигации, акции, чеки, банковские сертификаты, коносаменты (документы, удостоверяющие прием груза к морской перевозке)1.

Права, удостоверенные именной ценной бумагой, принадлежат прямо названному в ней лицу. Поэтому способом легитимации управомоченного лица здесь является удостоверение тождества держателя документа с лицом, обозначенным в бумаге (а иногда и в записях должника, обычно ведущихся в форме специальных книг или реестров, например реестра акционеров). Именные ценные бумаги оборотоспособны и могут отчуждаться в порядке, установленном для уступки права – цессии (п. 2 ст. 146 ГК), если только речь не идет о лишенных этого свойства «обыкновенных именных бумагах» (ректа-бумагах). Однако для этого требуется выполнить большее количество формальностей, чем при передаче иных ценных бумаг [в частности, совершить трансферт (изменение) записи о владельце в книге или реестре должника]. Поэтому оборотоспо-собность таких бумаг следует признать осложненной. Именными ценными бумагами у нас является большинство акций; ими также могут быть некоторые виды облигаций, векселей, чеков, коносаментов.

Права по ордерной ценной бумаге принадлежат обозначенному в ней лицу, которое вправе как само осуществить их, так и назначить своим распоряжением (ордером, приказом) иное упра-вомоченное лицо. Такая ценная бумага заранее содержит возможность дальнейшего отчуждения (оборота).

1 В ряде случаев к предъявительским ценным бумагам относят также деньги в виде банкнот. Такой подход основан на том, что традиционно, еще несколько десятилетий назад, банкноты содержали безусловное обязательство выпустившего их банка принимать их к обмену на свои активы. Однако современные банкноты ни по существу, ни формально не закрепляют такого обязательства.

Для легитимации по ордерной бумаге требуется удостоверение тождества ее держателя с лицом, обозначенным либо в ее тексте, либо в последней передаточной надписи (притом ряд таких передаточных надписей должен быть непрерывным). Права по ордерной ценной бумаге передаются путем совершения на самой этой бумаге (обычно на ее обороте) специальной передаточной надписи – индоссамента (от итал. in dosso – на спине, на обороте). Классическим примером такой бумаги является переводной вексель (тратта).

Индоссамент отличается от обычной уступки (передачи) прав тем, что совершившее его лицо (индоссант) остается ответственным перед законным владельцем бумаги за осуществление выраженного в ней права и несет перед ним солидарную ответственность со всеми другими надписателями и лицом, первоначально выдавшим бумагу (п. 3 ст. 146, п. 1 ст. 147 ГК). Следовательно, наличие индоссаментов повышает уверенность владельца ордерной бумаги в получении исполнения по ней, поскольку увеличивает круг обязанных лиц, и потому делает обладание такой бумагой весьма привлекательным. Однако индоссант может освободиться от ответственности перед держателем бумаги, сделав в индоссаменте специальную оговорку «без оборота на меня» (или «не приказу»), освобождающую его от ответственности перед всеми последующими держателями, кроме своего контрагента-приобретателя (индоссата).

Индоссаменты могут быть ордерными, содержащими прямое указание лица, которому или приказу (ордеру) которого должно производиться исполнение по бумаге, а также бланковыми, без указания лица, которому следует произвести исполнение, – в этом случае владелец бумаги может затем вписать указание на управомоченное лицо, либо совершить новый индоссамент, либо просто передать (вручить) ордерную бумагу новому владельцу, который, в свою очередь, вправе поступить с ней аналогичным образом. Это резко повышает оборотоспособность такой бумаги, сближая ее с предъявительскими бумагами (абз. 2 п. 3 ст. 146 ГК). Особой разновидностью ордера является препоручительный индоссамент, который не меняет управомоченное по бумаге лицо, а лишь содержит поручение иному лицу осуществить предусмотренные бумагой права (абз. 3 п. 3 ст. 146 ГК).

По содержанию удостоверенных ценными бумагами прав они делятся на:

денежные, выражающие право требования уплаты определенной денежной суммы (например, облигация, вексель, чек);

товарораспорядительные, выражающие право на определенные вещи (товары) (закладная, коносамент, складское свидетельство), и

корпоративные, выражающие право на участие в делах компании (акции и их сертификаты).

Денежные бумага обычно фиксируют обязательственные права требования, товарораспорядительные имеют вещно-правовое содержание, а корпоративные удостоверяют членские (корпоративные) права.

К названным группам ценных бумаг примыкает производные (дополнительные) ценные бумаги, которые закрепляют правомочия, производные от основных требований, удостоверенных главными (основными) ценными бумагами. К ним обычно относят купоны акций и облигаций, удостоверяющие право на периодическое получение дохода. Купоны часто бывают предъявительскими, несмотря на то что основная бумага является именной или ордерной. В этом проявляется их самостоятельный характер как особой разновидности ценных бумаг. Производными ценными бумагами являются также депозитарные расписки, удостоверяющие право их держателей на конвертацию этих бумаг в установленный срок в ценные бумаги другого вида, и фондовые варранты (называемые у нас опционными свидетельствами), удостоверяющие право на покупку или продажу определенного количества ценных бумаг (акций или облигаций) в установленный срок по заранее оговоренной цене1.

С точки зрения личности обязанных по ценной бумаге выделяют государственные и муниципальные бумаги, противопоставляемые частным бумагам юридических и физических лиц, в том числе корпоративным ценным бумагам (выпускаемым хозяйственными, главным образом акционерными, обществами). В нормальном имущественном обороте предполагается более высокая степень обеспеченности, надежности публичных бумаг (и соответственно более высокое доверие к ним со стороны управомоченных лиц).

Существует также деление ценных бумаг, основанное на их экономическом значении.

1 Фондовые варранты (опционные свидетельства) не следует смешивать с варрантами (залоговыми свидетельствами), являющимися частью складского свидетельства и представляющими собой товарораспорядительную бумагу (п. 2 ст. 912 ГК). Не следует смешивать с ними также опционы и фьючерсы, являющиеся договорами на право покупки или продажи фондовых ценных бумаг, в том числе в будущем и на определенных ими условиях. Такие документы являются формой биржевых сделок (договоров) и не относятся к числу ценных бумаг.

С этой точки зрения выделяются торговые (денежные), товарораспорядительные (товарные) и инвестицнонные ценные бумаги. Торговые бумаги призваны обслуживать кредитно-расчетные отношения (денежный оборот), т. е. торговлю деньгами. К ним относят прежде всего вексель и чек. Товарораспорядительные бумаги обслуживают оборот вещей (товаров). Это уже упоминавшиеся складские свидетельства, коносаменты и закладные.

Инвестиционные ценные бумаги призваны обслуживать фондовый рынок, будучи средством накопления доходов. Поэтому чаще их называют фондовыми. К ним относятся акции, облигации и производные от них бумаги1. Фондовые ценные бумаги одного выпуска удостоверяют равные права держателей и эмитируются (выпускаются) в массовом порядке специально определенными эмитентами (обычно соответствующими компаниями или публично-правовыми образованиями в лице их финансовых органов) для обращения на организованном, прежде всего биржевом, фондовом рынке. Эти черты составляют специфику фондовых бумаг2. В нашем законодательстве они получили теперь наименование эмиссионных ценных бумаг (ср. ст. 1 и 2 Закона о рынке ценных бумаг), призванное подчеркнуть массовый (серийный) характер их выпуска.

3. Проблема «бездокументарных ценных бумаг»

Термин «бездокументарные ценные бумаги» (т. е. «бездокументарные документы») пришел к нам из американского права3. Законодательство ряда развитых стран с начала 80-х гг. предусматривает возможность выпуска фондовых ценных бумаг «без оформления бумажных носителей».

1 Распространенные у нас в последнее время случаи массовой эмиссии «векселей» и их обращение на отечественном фондовом рынке свидетельствуют лишь о некомпетентности их эмитентов. Такие документы, даже при наличии у них свойств ценных бумаг, разумеется, не могут быть признаны векселями, ибо по своей юридической природе вексель никогда не был и не может быть «фондовой» или «эмиссионной» ценной бумагой.

2 Понятие фондовых бумаг пришло в наше законодательство из американского права, в принципе не знающего единой категории ценной бумаги, а выделяющего оборотные (negotiable instruments), товарораспорядительные (Documents of Title, quasi-negotiable, seminegotiable instruments) и инвестиционные (фондовые) ценные бумаги (investment securities, securities), имеющие различный правовой режим (ср. ст. 3–102,3–104,7–102,8–102 Единообразного торгового кодекса США–ЕТК США). Следует отметить, что именно основанные на таком подходе правила ЕТК США в последние годы служат непререкаемым образцом для отечественных экономистов, финансистов и предпринимателей, организующих фондовый рынок и действующих на нем.

3 Понятием «uncertificated security» в пп. «b» ст. 8–102 ЕТК США охвачены «пай, участие или другой интерес в имуществе или предприятии эмитента, которые не представлены каким-либо документом и передача которых регистрируется в книгах, которые ведутся в этих целях эмитентом или по его поручению».

Пионером «дематериализации» этих видов ценных бумаг в европейском праве стала Франция, законодательство которой (ст. 94 – II Закона о ценных бумагах в редакции от 30 ноября 1981 г., вступившая в силу с 3 ноября 1984 г.) прямо закрепило такую возможность применительно к акциям и облигациям. В Германии Закон о хранении и приобретении ценных бумаг (в редакции от 11 января 1995 г.) разрешил выпуск «глобальных сертификатов» взамен эмиссии множества ценных бумаг одного вида, например облигаций федерального займа1. Наиболее широко «оборотные недокументы» (negotiable non-instruments) используются в США (в Великобритании к ним относятся более осторожно).

Российское акционерное законодательство, в основном под влиянием американского права, также разрешило «бездокументарную эмиссию» акций. Акционерные общества получили возможность не прибегать к обычной эмиссии, требующей, помимо прочего, расходов по подготовке специальных бланков акций, а ограничиться записями в реестровых книгах. К «безналичной» форме выпуска ценных «бумаг» стало прибегать и государство (эмитировавшее, например, таким образом ГКО – государственные краткосрочные бескупонные облигации). Закон о рынке ценных бумаг разрешает выпускать в «бездокументарной форме» любые эмиссионные ценные бумаги. При этом правовой режим таких «бумаг», не существующих в физически осязаемой форме, у нас по-прежнему нередко определяется с помощью традиционных категорий, рассчитанных на ценную бумагу как документ (вещь). Так, ст. 28 Закона о рынке ценных бумаг прямо говорит о праве собственности на такие объекты и о переходе прав на эти «бумаги» как на вещи.

В действительности речь идет о том, что удостоверяемые традиционными ценными бумагами права при исчезновении (отпадении) «права на бумагу» по причине отсутствия самой бумаги получают вполне самостоятельное значение. Разумеется, они остаются правами требования, а не принимают на себя свойства вещей. Меняется лишь привычный способ фиксации этих прав (в документе, на бумаге), что ведет к отпадению надобности в устамовлении для них специального правового режима, во всяком случае рассчитанного на наличие документов (вещей), как в классическом учении о ценных бумагах.

1 Аналогичную возможность предусматривает и абз. 5 § 10 Закона об акционерных обществах ФРГ (в редакции 1994 г.). Однако в обоих случаях «глобальный сертификат» рассматривается как обычная ценная бумага (вещь), находящаяся в долевой собственности владельцев выпущенных акций или облигаций, причем любой из них вправе потребовать выдачи ему отдельных (конкретных) ценных бумаг (хотя на практике такая возможность почти не используется).

Поэтому п. 1 ст. 149 ГК прямо называет «бездокументарные ценные бумаги» особым способом фиксации прав.

Конечно, этот новый способ ставит и новые задачи по охране интересов управомоченных лиц, в том числе при их изменении в силу передачи (уступки) таких прав, обычно оформляемой теперь в виде трансферта. В связи с этим закон требует доказательств закрепления или передачи соответствующих прав в специальном реестре (обычном или компьютерном), в частности с помощью выдачи свидетельствующего об этом документа, а также ведения этих записей профессионалами, имеющими специальную лицензию (п. 2 ст. 142, ст. 149 ГК).

К такого рода действиям могут применяться и некоторые правила о ценных бумагах (если иное не вытекает из их существа, например из технических особенностей фиксации права). Ведь они касаются не только «прав на бумагу», но и «прав из бумаги». Однако названные способы фиксации прав не могут приравниваться к ценным бумагам1, ибо понятие «бездокументарная ценная бумага» является условным. Как невозможно создать «бездокументарный документ», так нельзя быть и «собственником права», ибо в европейском континентальном правопорядке нельзя установить вещное право на право требования. Различие юридического режима этих прав объясняет и различия в статусе собственника (субъекта вещного права) и кредитора (управомоченного лица), а также в режиме вещи (ценной бумаги) и права требования2.

1 Как это по недоразумению сделано в ч. 13 ст. 16 Закона о рынке ценных бумаг. Данный Закон, следуя принципам американского законодательства, вообще не проводит принципиального различия между документарной и «бездокументарной» формой выпуска ценных бумаг и соответственно – между гражданско-правовыми режимами вещных и обязательственных прав (что прямо следует из содержания ст. 2 и 18).

2 Примечательно, что в Германии, законодательство которой разрешает выпуск в «бездокументарной форме» государственных ценных бумаг, подзаконным актом прямо установлена «юридическая фикция»: применение к таким обязательственным правам правового режима движимых вещей (касающегося прежде всего порядка их передачи и защиты добросовестных приобретателей). Такой подход порождает не столько практические, сколько теоретические трудности, связанные с его противоречием классическим правилам BGB, что, по мнению немецких юристов, требует специального законодательного решения (см.: Claussen С. P. Bank-und Borsenrecht. Mtlnchen, 1996. S. 334–336; Brox H. Handelsrecht und Wertpapier-recht. 12. Aufl. MUnchen, 1996. S. 243).

Необходимо, кроме того, подчеркнуть, что «замена» бумажных носителей, ведущая к исчезновению классических ценных бумаг, свойственна лишь правам, удостоверяемым фондовыми («эмиссионными») ценными бумагами и лишь постольку, поскольку они носят именной, а не предъявительский характер. Закон и здравый смысл исключают возможность создания предъявительских «бездокументарных ценных бумаг», а выпуск в «бездокументарной форме» ордерных бумаг хотя и не исключается законом (п. 1 ст. 149 ГК), тем не менее едва ли может получить широкое распространение. Не случайно такой возможности не предусматривает даже российский Закон о рынке ценных бумаг. По этой причине нельзя всерьез воспринимать предложения о создании, например, «бездокументарного векселя», ибо векселя не являются «эмиссионными» ценными бумагами1. Таким образом, появление «бездокументарных ценных бумаг» отнюдь не ведет к «отмиранию» самой этой классической категории объекта гражданских прав.

Дополнительная литература

Агарков М. М. Учение о ценных бумагах. М., 1994;

Белов В. А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М., 1996;

Жариков Ю. Г., Масевич М. Г. Недвижимое имущество: правовое регулирование. М., 1997;

Козырь О. М. Недвижимость в новом Гражданском кодексе России // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. М., 1998;

Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1995 (гл. 6,7);

Крашенинников Е. А. Ценные бумаги на предъявителя. Ярославль, 1995;

Новоселова Л. А. Денежные расчеты в предпринимательской деятельности. М., 1996 (гл. 1 и 2).

1 Вполне обоснованно поэтому требование ст. 4 Закона о переводном и простом векселе (СЗ РФ. 1997. № 11. Ст. 1238), в соответствии с которой «вексель должен быть составлен только на бумаге (бумажном носителе)».

 

1