§ 2. ТРЕТЬИ ЛИЦА, НЕ ЗАЯВЛЯЮЩИЕ САМОСТОЯТЕЛЬНЫХ ТРЕБОВАНИЙ НА ПРЕДМЕТ СПОРА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Другой вид участия третьего лица в гражданском судопроиз­водстве предусмотрен ст. 43 ГПК, в соответствии с которой третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований отно­сительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне ист­ца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебно­го постановления, если решение по делу способно повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон.

Данные права и обязанности также составляют юридический интерес третьего лица в чужом процессе. Например, в случае пропажи пальто в гардеробе театра гардеробщик заинтересован в участии в процессе по иску зрителя — собственника пальто — к театру о возмещении стоимости пропавшего имущества.

В данном случае заинтересованность гардеробщика основана на том, что при удовлетворении иска театр впоследствии вправе предъявить к нему регрессный иск и взыскать ту сумму, кото­рую театру пришлось по решению суда выплатить собственнику пропавшего пальто.

В данном случае гардеробщик (третье лицо) в процессе по спо­ру между зрителем (истцом) и театром (ответчиком) никаких требо­ваний не заявляет. К нему также не может быть предъявлено требование о возмещении стоимости пальто, так как предметом спо­ра между сторонами является договор хранения, участником которо­го гардеробщик не является. Однако, участвуя в чужом процессе и доказав отсутствие своей вины в пропаже вещи, гардеробщик (третье лицо) может обеспечить в будущем защиту своих прав и в удовлетворении регрессного иска к нему судом будет отказано.

Таким образом, заинтересованность третьего лица без само­стоятельных требований на предмет спора в чужом процессе в подобных ситуациях иная, чем заинтересованность третьего лица, вступающего в процесс в порядке ст. 42 ГПК.

Данные третьи лица называются третьими лицами, не заявляю­щими самостоятельных требований на предмет спора, и могут участ­вовать на стороне истца или ответчика. Участвуя в чужом процессе, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, помогает истцу или ответчику, на стороне которого оно выступает, добиться вынесения решения в его пользу, но тем самым защищает свои за­конные интересы, т. е. предотвращает для себя возможность регрессной ответственности перед стороной либо обеспечивает себе воз­можность предъявления требования к стороне в будущем.

Заинтересованность третьего лица, не заявляющего самостоя­тельных требований на предмет спора, в чужом процессе должна иметь объективный характер. Это означает, что интерес должен быть основан на связи третьего лица по предполагаемому материальному правоотношению с одной из сторон.

В теории гражданского процессуального права высказана мысль о том, что правоотношение третьего лица со стороной производно и зависимо от первоначального спорного правоотношения между истцом и ответчиком, составляющим предмет основного иска. По­добная характеристика материального правоотношения, которым сторона связана с третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований, не соответствует действительному положению вещей.

В данном случае можно говорить о том, что существование третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, производно от существования сторон, поскольку вне процесса по спору между истцом и ответчиком не может по­явиться и существовать третье лицо. При этом необходимо отме­тить, что сами материальные правоотношения между одной из сторон и третьим лицом совершенно самостоятельны.

Так, в приведенном примере с участием гардеробщика в качест­ве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, основанием для привлечения его в процесс послужи­ло правоотношение, порожденное трудовым договором между ним и театром, а спорное правоотношение между истцом и ответчиком основано на договоре хранения. Каждое из этих правоотношений возникло и существует самостоятельно и не зависит друг от друга.

В ГПК характер юридической заинтересованности третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, определяется следующей формулировкой: третьи лица мо­гут вступить в дело, «если судебное постановление по делу мо­жет повлиять на их права или обязанности по отношению к од­ной из сторон» (ст. 43).

В ст. 167-169 ГПК РСФСР 1923 г. юридический интерес третьего лица был выражен несколько иначе. Вступление или привлечение третьих лиц было возможно, если решение по делу могло создать у них права и обязанности по отношению к од­ной из сторон.

В правоведении такая формулировка закона признавалась не­удачной, поскольку подавляющее большинство представителей теории гражданского процессуального права исходили из того, что решением суда никакие права и обязанности не создаются. Так, в частности, не признавалось правильным встречающееся в практике указание в резолютивной части решения о предостав­лении стороне права регресса, поскольку это право предоставле­но законом, а не судом.

Поэтому вопрос о том, может ли судебное решение создавать какие-либо права и обязанности, следует решать с позиции дей­ствующего законодательства. Так, Гражданский кодекс РФ, при­давая судебному решению значение юридического факта, называ­ет его в перечне оснований возникновения гражданских прав (ст. 8, 12 ГК).

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, могут вступить в дело как по собственной ини­циативе, так и могут быть привлечены к участию в деле по хо­датайству лиц, участвующих в деле, или по инициативе суда (ст. 43 ГПК).

Вступление или привлечение третьего лица допускается до постановления судом решения. Если третье лицо вступает в про­цесс по своей инициативе, оно должно подать в суд заявление, которое государственной пошлиной не оплачивается.

Допуск в процесс третьего лица, не заявляющего самостояте­льных требований на предмет спора, оформляется путем вынесе­ния судом соответствующего определения.

В ст. 43 ГПК установлено, что третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, пользуются про­цессуальными правами и несут процессуальные обязанности сто­рон. Подобно сторонам они могут давать суду объяснения, пред­ставлять доказательства, ходатайствовать о назначении эксперти­зы, участвовать в исследовании доказательств и в судебных прениях, совершать другие процессуальные действия, право на совершение которых предоставлено сторонам законом. Но процессуальное положение третьего лица, не заявляющего самостоя­тельных требований на предмет спора, не совпадает полностью с процессуальным положением истца, ответчика, соучастников.

Принципиальное отличие состоит в том, что стороны явля­ются субъектами основного спорного материального правоотно­шения. Сколько бы ни было лиц на стороне истца или ответчи­ка, все они — субъекты спора о праве, рассматриваемого и разре­шаемого судом. Каждый из соистцов связан правоотношением с ответчиком, каждый из соответчиков связан правоотношением с истцом. Данная связь соучастников по правоотношению с дру­гой стороной означает, что они обладают взаимными субъектив­ными правами и юридическими обязанностями.

Вместе с тем третье лицо, не заявляющее самостоятельных тре­бований на предмет спора, находится за пределами основного спор­ного материального правоотношения и не является его субъектом.

Например, если третье лицо участвует на стороне ответчика, оно не связано правоотношением с истцом и не обладает по от­ношению к последнему правами и не несет обязанности. Если же третье лицо выступает на стороне истца, у него нет субъек­тивных прав и юридических обязанностей по отношению к от­ветчику, так как нет с последним связи по правоотношению.

В связи с тем, что третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, не является субъектом основ­ного спорного правоотношения, законодатель не наделил его ря­дом процессуальных прав, принадлежащих сторонам.

Так третье лицо не имеет права на изменение основания и предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых тре­бований, а также на отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, а также на предъявление встречного иска и на требование принудительного исполнения судебного решения.

Права, в которых ограничено третье лицо, являются распоря­дительными, т. е. направленными на распоряжение объектом спора. Не будучи субъектом основного спорного правоотношения между сторонами, третье лицо не может совершать процессуаль­ные действия, направленные на распоряжение объектом этого правоотношения.

Поэтому то обстоятельство, что третьи лица, участвующие в процессе в порядке ст. 43 ГПК, наделены, по существу, всеми процессуальными правами и процессуальными обязанностями сторон, за небольшим, но важным изъятием, является одной из причин смешения третьих лиц этого вида с соучастниками.

В связи с этим, обращая внимание судов на необходимость различать стороны и третьих лиц, не заявляющих самостоятель­ных требований на предмет спора, в свое время Гражданская кассационная коллегия Верховного Суда РСФСР еще в первые годы применения Гражданского процессуального кодекса РСФСР правильно отметила, что «привлечение третьих лиц на свою сторону истцом или ответчиком не создает для третьих лиц положения стороны»1.

В гражданском процессе с участием третьего лица, не заявля­ющего самостоятельных требований на предмет спора, всегда имеется только один иск истца к ответчику, а не несколько па­раллельных исков, как при процессуальном соучастии.

При реализации своих прав третье лицо, не заявляющее са­мостоятельных требований на предмет спора, действует в про­цессе самостоятельно, т. е. никак не зависит от согласования своих процессуальных действий со стороной, рядом с которой оно выступает.

В связи с тем, что третье лицо не является субъектом спор­ного правоотношения в процессе по спору между первоначаль­ными сторонами, то ничего не может быть присуждено в пользу третьего лица и с него ничего не может быть взыскано. Взаимо­отношения между первоначальной стороной и третьим лицом по общему правилу рассматриваются и разрешаются в самостояте­льном судопроизводстве (например, по регрессному иску).

Вместе с тем решение суда по спору между первоначальными сторонами будет иметь преюдициальное (предрешающее) значе­ние для третьего лица в случае, если в будущем возникнет такое судопроизводство по спору между первоначальной стороной и третьим лицом, где один из них займет положение истца, а другой — ответчика.

Если проводить сопоставление сторон и третьих лиц, как заяв­ляющих самостоятельные требования на предмет спора, так и не заявляющих таковых в гражданском процессе, то необходимо отме­тить, что и те и другие имеют общие черты. Этой общей чертой, объединяющей стороны и третьих лиц, будет являться субъектив­ная (личная) заинтересованность в гражданском процессе.

Вместе с тем анализ процессуального положения третьих лиц обоих видов дает основания для вывода о том, что они сущест­венно различаются, в связи с чем законодательством предусмот­рены два самостоятельных вида третьих лиц. Так, ст. 42 ГПК предусматривает участие в судопроизводстве третьих лиц, заяв­ляющих самостоятельные требования на предмет спора, а ст. 43 ГПК — участие в судопроизводстве третьих лиц, не заявлявших самостоятельных требований на предмет спора.

1