§ 1. ТРЕТЬИ ЛИЦА, ЗАЯВЛЯЮЩИЕ САМОСТОЯТЕЛЬНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ НА ПРЕДМЕТ СПОРА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

В гражданском процессе третьими лицами, заявляющими са­мостоятельные требования на предмет спора между сторонами, являются лица, вступающие в дело до принятия судебного по­становления судом первой инстанции путем предъявления иска для защиты своих прав и законных интересов (ст. 42 ГПК).

Из этого определения следует, что вступление такого лица в гражданский процесс есть не что иное, как предъявление иска. Некоторая особенность состоит лишь в том, что иск предъявля­ется к лицам, которые уже являются участниками процесса по определенному делу. Другими словами, это вторжение в чужой процесс, начатый другим лицом.

Третье лицо, вступая в процесс, заявляет самостоятельное требование о защите своих субъективных материальных прав и добивается присуждения в свою пользу предмета, о котором спорят первоначальный истец и ответчик, или признания за со­бой права, оспариваемого первоначальными сторонами.

Вопрос о том, кто является ответчиком перед третьим лицом, заявляющим самостоятельное требование на предмет спора, в действующим ГПК не решен. Неоднозначно этот вопрос реша­ется и в правоведении. Большинство ученых-процессуалистов до­пускают предъявление иска третьим лицом, заявляющим само­стоятельное требование на предмет спора, как к одной из перво­начальных сторон, так и к обеим сторонам.

Это объясняется тем, что предъявление иска к обеим перво­начальным сторонам основано на том, что обе они и вступающее в процесс третье лицо связаны предполагаемыми спорными пра­воотношениями. В данном случае субъектами предполагаемых спорных материальных правоотношений являются первоначаль­ный истец и третье лицо, ответчик и третье лицо.

В связи с этим во всех случаях, когда третье лицо оспарива­ет право на предмет спора у первоначального истца и ответчика, ответная сторона в споре по иску третьего лица представлена двумя лицами. Таким образом, при одновременном участии в процессе надлежащего и ненадлежащего истцов надлежащий истец занимает положение третьего лица, заявляющего самостоя­тельное требование на предмет спора, а не соистца.

Соучастниками оба эти истца быть не могут потому, что при соучастии предъявленные для совместного рассмотрения требова­ния не должны исключать друг друга, т. е. удовлетворение одно­го из требований не должно зависеть от отказа в удовлетворе­нии другого требования. Надлежащий же истец предполагается субъектом самостоятельного права на предмет спора по основно­му иску. Иск вступившего в процесс надлежащего истца никогда не может быть предъявлен совместно с иском первоначального (ненадлежащего) истца, так как эти иски исключают друг друга, поскольку надлежащий и ненадлежащий истцы являются носите­лями взаимно исключающих друг друга интересов.

Поэтому надлежащий истец, вступивший в процесс и участ­вующий в нем одновременно с ненадлежащим, имеет все призна­ки третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора. Однако было бы неверным утверждать, что во всех без исключения случаях третье лицо, заявляя самостоятель­ное требование на предмет спора, адресует его к обеим сторо­нам. В юридической литературе описаны случаи, когда третье лицо предъявляет исковое требование только к одной из сторон, не оспаривая интересов другой.

В гражданском процессе отношения между сторонами и третьим лицом, заявляющим самостоятельное требование на предмет спора, конкретизируются в ряде практических положе­ний. Например, если третье лицо адресует самостоятельное тре­бование к обеим первоначальным сторонам, а истец отказался от иска к ответчику, предметом рассмотрения остается иск третьего лица к истцу и ответчику.

Субъектами возможного мирового соглашения в такой ситуа­ции окажутся первоначальный истец, но уже в качестве ответчи­ка перед третьим лицом, и первоначальный ответчик — с одной стороны и третье лицо — с другой. Утверждение мирового согла­шения в таком случае явится правовым основанием полного прекращения производства по делу.

В случае если третье лицо адресует самостоятельное требова­ние только к первоначальному истцу, то отказ истца от иска к ответчику должен повлечь прекращение в этой части произ­водства по делу и освобождение ответчика от участия в процес­се. Первоначальный истец остается в процессе в качестве ответ­чика перед третьим лицом. Мировое соглашение может быть за­ключено между первоначальным истцом и третьим лицом.

Утверждение мирового соглашения в таком случае явится осно­ванием для полного прекращения производства по делу.

Если третье лицо адресует самостоятельное требование толь­ко к ответчику, отказ истца от иска влечет прекращение произ­водства по делу по первоначальному иску, но при этом ответчик остается в процессе уже в роли ответчика перед третьим лицом. Субъектами мирового соглашения в этой ситуации могут быть третье лицо и ответчик. Мировое соглашение между первонача­льными сторонами, утвержденное судом, является основанием для выбытия из процесса первоначального истца.

Согласно ч. 1 ст. 42 ГПК третьи лица, заявляющие самостояте­льное требование на предмет спора, могут вступить в процесс до принятия судебного постановления судом первой инстанции, т. е. до удаления суда в совещательную комнату. Однако следует учесть, что вступление третьего лица в стадии судебного разбира­тельства должно повлечь за собой отложение дела, поскольку рас­смотрение дела должно производиться с самого начала.

Это вызвано тем, что ему понадобятся дополнительные дока­зательства, обосновывающие его иск, которые вряд ли окажутся в распоряжении суда. Поэтому практически более целесообраз­ным является вступление третьего лица, заявляющего самостоя­тельное требование на предмет спора, в стадии подготовки дела к судебному разбирательству.

В связи с тем, что третье лицо, заявляющее самостоятельное требование на предмет спора, по правовой природе своего учас­тия есть не кто иной, как истец, то объем процессуальных прав и обязанностей у него такой же, как у истцов (ч. 1 ст. 42 ГПК).

Вместе с тем третье лицо, заявляющее самостоятельное тре­бование на предмет спора, отличают от первоначального истца следующие признаки:

— третье лицо, заявляющее самостоятельное требование на предмет спора, всегда вступает в начатый процесс;

— ответчиками перед третьим лицом, заявляющим самостоя­тельное требование на предмет спора, могут быть как одна из первоначальных сторон, так и обе стороны;

— основания требования третьего лица могут быть такими же (не теми же, а аналогичными) или иными;

— иск третьего лица, заявляющего самостоятельное требова­ние на предмет спора, не может быть предъявлен совместно с иском первоначального истца, поскольку третье лицо и перво­начальный истец являются носителями взаимно исключающих друг друга интересов, и удовлетворение требований истца долж­но повлечь отказ в иске третьему лицу.

В связи с тем, что вступление третьего лица, заявляющего самостоятельное требование на предмет спора, есть по правовой природе предъявление иска, оно должно быть оформлено по правилам, регулирующим предъявление иска (ст. 131 ГПК).

Судья, допуская третье лицо, заявляющее самостоятельное требование на предмет спора, к участию в процессе, должен вы­нести определение.

Вместе с тем третьему лицу может быть отказано в допуске к участию в процессе. На данное определение об отказе в допус­ке третьего лица в процесс может быть подана частная жалоба.

Лицо, намеревающееся вступить в чужой процесс с самостоя­тельным требованием на предмет спора, может в перспективе предъявить иск к той из сторон, в пользу которой состоится су­дебное решение. Однако данный путь защиты законных интере­сов «несостоявшегося» третьего лица не всегда эффективен, так как не исключено, что вещь, по поводу которой было рассмотре­но и разрешено дело между истцом и ответчиком, к моменту предъявления такого иска может быть уничтожена или оказаться в собственности добросовестного владельца и т. п.

В силу действия в гражданском процессуальном праве прин­ципа диспозитивности судья не вправе по своей инициативе привлекать в процесс третьих лиц, заявляющих самостоятельное требование на предмет спора.

1