1. ИДЕЯ ПРАВОВОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ В ИСТОРИИ ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЙ МЫСЛИ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Человечество с древнейших времен ищет оптимальные формы соотношения личности и

государства, сочетания их интересов. В идеальном варианте интересы личности

должны стоять на первом месте, благо народа должно представлять высший закон для

государства.

Однако практика далеко не всегда достигала таких высоких идеалов и обычно

останавливалась па более низких устремлениях – выгоде для государства, отдельных

слоев, облеченных публичной властью. Еще Аристотель выделял два рода правления,

один из которых направлен к выгоде правителя, другой – к интересам подданных,

общества.

Ведь государство, так же как и всякий иной социальный институт, можно

использовать по-разному, в различных целях. Оно может служить и некоторым

политическим группировкам, элитам, партиям, классам и т.н., но может действовать

и в интересах всего общества. В первом случае оно выступает в роли «хозяина», во

втором – в роли «слуги». Термин «слуга» используется не для того, чтобы

«унизить» институт государственности, а чтобы показать его служебное положение,

ведь в конечном счете данный институт существует не ради самого себя (не

государство ради государства), а ради общества, в целях создания благоприятных

условий для развития личности. Именно общество (налогоплательщики) содержит

государство, которое выступает лишь политической частью общества, исторически

призванной и обязанной его организовывать. Кроме того, слово «слуга» взято в

кавычки, что означает не только известную образность, но и условность по

отношению к слову «хозяин».

Государство, подобно любому явлению, способно привносить в жизнедеятельность не

только плюсы (позитивные результаты – упорядоченность, гарантированность прав и

свобод человека и гражданина, безопасность и т.п.), но и минусы (негативные

последствия – бюрократизм, произвол, злоупотребления властью, коррупцию, террор

и т.д.).

С возникновением государства значительная часть людей оказалась

неудовлетворенной тем, что данный социальный институт использовался не всегда в

общественных интересах, что его сила, энергия, власть  употреблялись не на общее

благо, а в корыстных целях узкого круга лиц, групп, классов. В таких ситуациях

государство из «слуги» общества превращалось в «хозяина», навязывало волю

большинству, подавляло его, чинило произвол.

Любая власть, и главным образом государственная, не знает собственных границ,

всегда стремится к неограниченному расширению властного пространства, что ведет,

как правило, к ущемлению интересов личности. Еще В.Г. Белинский предостерегал,

что «ни одна страсть не стоила человечеству стольких страданий и крови, как

властолюбие». «Каждый человек, – по Расселу, – изначально наделен двумя

связанными, но не тождественными страстями – стремлением к власти и славе. Обе

страсти ненасытны и бесконечны».

Как же быть? Что противопоставить такой страсти и такой тенденции к

неограниченному расширению? С помощью чего государственную власть можно будет

упорядочить, ограничить?

Люди все чаще стали задумываться над такими вопросами: как сделать, чтобы

государство не превращалось из «слуги» в «хозяина», как и с помощью какого

средства направлять его энергию, силу, власть в русло общего блага, какое

противоядие можно использовать в целях минимизации произвола и различных

злоупотреблений?

На эти вопросы отвечают по-разному, существует широкая амплитуда мнений. Одни

мыслители считают, что в принципе ничего нельзя противопоставить такой страсти.

Так, Л.Н. Толстой писал: «Сколько ни придумывали люди средств для того, чтобы

лишить людей, стоящих у власти, возможности подчинять общие интересы своим или

для того, чтобы передавать власть только людям непогрешным, до сих пор не

найдено средств для достижения ни того, ни другого...»2.

Другие ученые исходят из того, что государственную власть вообще не надо

ограничивать. Подобные идеи характерны для этатистов («эта-тизм» – от

французского «государство»), которые всячески возвышают государство над правом,

отвергают возможность жесткого упорядочения государственной власти со стороны

права, в результате чего, как показывает практика, политика переходит границы

рационального взаимодействия с экономикой и другими организующими

жизнедеятельность общественными системами, происходит огосударствление

социальной сферы.

Третья точка зрения выражает стремление к максимальному ограничению

государственной власти, а затем и к ее полному устранению с

 Цит. но Власть. Очерки современной политической философии Запада. М , 1989. С.

163.

2 Толстой Л.Н. Царство божие внутри нас // Поли. собр. соч. М., 1957. Т. 28. С.

132.

политической сцены, видя в этой власти главную угрозу для свободы личности.

Такие взгляды присущи анархизму («анархизм» – от греческого «безвластие») –

политическому течению, провозглашающему «своей целью уничтожение государства и

замену любых форм принудительной власти свободой и добровольной ассоциацией

граждан. С позиции анархистского типа политического сознания всякое право и

правление (правительство) есть вмешательство в жизнь общества, есть

источники всех социальных зол.

Мнение четвертой группы мыслителей не столь категорично. Они выступают, с одной

стороны, против ликвидации государственной власти, ибо без нее пока просто не

обойтись, а с другой стороны, не могут согласиться и с теми идеологами, которые

данную власть абсолютизируют, выводят ее из-под социально-правового контроля.

Речь идет о представителях концепции правового государства, которые в качестве

средства, организующего государственную власть, называют право. В этой связи

идея правового государства выступает одной из форм своеобразного компромисса

различных идеологий, той «золотой серединой» (мерой), к которой предлагали

стремиться еще древние

мудрецы.

Именно через право (а точнее, через такую его форму, как закон)

предоставлялось больше всего возможностей выразить и осуществить общественные

интересы, именно право, в отличие от других социальных норм (морали, обычаев,

традиций, религиозных норм и т.п.), носило формально определенный (письменный)

характер и могло детально регламентировать компетенцию органов государства, что

облегчало контроль со стороны общества за деятельностью чиновников. Все эти

качества послужили той объективной основой, которая позволила использовать право

в виде своеобразного «лекарства» от злоупотреблений властью со стороны

государства.

Идея утверждения права в общественной жизни родилась в тот период истории

человечества, когда начали возникать первые государства. Древнейшие памятники

письменности отразили процесс имущественного и социального расслоения

первобытных коллективов и возросшую вследствие этого потребность в

нормативно-властном упорядочении общественных отношений. Они зафиксировали, как

на смену первобытной организации власти пришло государство и что само его

формирование потребовало проведения законодательных реформ, положивших начало

правовой регламентации механизма государственного управления. С момента своего

возникновения право, таким обра-

 Подробнее об этом см.: Мамут Л.С. Этатизм и анархизм как типы политического

сознания.М,1989.

зом, выступает не только инструментом воздействия на общественные отношения, но

и средством обеспечения нормального функционирования государственной власти. Для

того чтобы упорядочить социальные отношения с помощью права, государство должно

было конституиро-. вать себя законодательным путем.

Итак, уже в древности начинаются поиски принципов, форм и конструкций для

установления взаимных связей, зависимостей и согласованного взаимодействия права

и власти. В общем ключе углублявшихся представлений о праве и государстве

сравнительно рано сформировалась идея о разумности и справедливости организации

такой политической формы общественной жизни людей, при которой право, благодаря

признанию и поддержке власти, становится властной силой (то есть

общеобязательным законом), а публично-властная сила (с ее возможностями насилия

и т.д.), признающая право, упорядоченная, а следовательно, ограниченная и

оправданная им одновременно, – справедливой (то есть соответствующей праву)

государственной властью. Такое понимание государства как правовой организации

публично-властной силы является основной идеей правовой государственности2.

Еще Платон писал: «Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет

силы и находится под чьей-либо властью. Там же, где закон – владыка над

правителями, а они – его рабы, я усматриваю спасение государства и все блага,

какие только могут даровать государству боги». Аналогичные взгляды развивались

Аристотелем: «Там, где отсутствует власть закона, нет места (какой-либо) форме

государственного строя. Закон должен властвовать над всеми...» Согласно

Цицерону, государство есть дело народа как соединение «многих людей, связанных

между собой согласием в вопросах права и общностью интересов». Право же

является, по его мнению, необходимым конституирующим источником

государственности вообще.

Идеи древнегреческих и древнеримских мыслителей, воплощавшиеся в характерных для

той эпохи понятиях, не имели еще логически завершенной формы, поэтому «говорить

о становлении концепции правового государства во времена античности – значит

делать очень большое допущение...»•. Однако в условиях рабовладельческого, а

затем и феодального строя они не имели шансов получить последова-

* См.; Воротшии Е.А. Идеи правового государства и истории политической мысли //

Политология: Курс лекций. М., 1993. С. 33-ЗА.

2 См.: Иерсесянц К.С. Идеи и конструкции правовой государственности: история и

современность // Социалистическое правовое государство: концепция и пути

реализации. М., 1990. С. 7.

3 Козлихин И.Ю. Право и политика. СПб., 1996. С. 28.

тельного обоснования. Существовавшая в те времена действительность не могла еще

дать необходимой информации.

В теоретически развитом и развернутом виде учения о правовом государстве были

оформлены гораздо позже – в условиях борьбы против феодального произвола и

абсолютистского деспотизма, в период буржуазных революций и утверждения нового

строя. Базируясь во многом на античных источниках, такие мыслители, как Ш.

Монтескье, Дж. Локк, Т. Гоббс, Ж.Ж Руссо, А.Н. Радищев и другие, вывели проблему

соотношения государства и права на светский уровень, освободили ее в

значительной части от религиозного мировоззрения.

В их трудах проявились стремления ввести государственное властвование в правовые

границы и прозвучало отрицательное отношение к абсолютизму государственной

власти. Соответственно радикальные изменения претерпела и трактовка государства.

Поскольку праву отводилась роль ведущей нормативной системы, постольку

государство предстает в теоретическом понимании в виде организации власти,

призванной гарантировать собственность и права индивидов, а также разрешать

возникающие между ними споры в законном порядке. Государство оказывалось

средством утверждения правопорядка как равновесия между частной собственностью и

общим благом. В трактовку соотношения государства и права в XVI–XVII вв. были

привнесены идеи, неизвестные предшествующей общественно-политической мысли, а

именно: идеи правового (конституционного) закрепления государственного строя;

единой для всей страны законности; верховенства общих (безличных) законов и

ограничения власти правительства, субъективных прав личности; взаимной

ответственности индивида и

государства.

Философская основа теории правового государства была сформулирована И. Кантом,

который рассматривал государство как «объединение множества людей, подчиненных

правовым законам», и считал, что законодатель должен руководствоваться

требованием: «Чего народ не может решить относительно самого себя, того и

законодатель не может решить относительно народа».

Учение И. Канта оказало огромное воздействие на последующее развитие концепции

правового государства. Под влиянием его идей в Германии сформировалось

представительное направление, среди сторонников которого были Р. Моль, В.

Велькер, Р. Гнейст и др. Благодаря их трудам идеи правового государства обрели

терминологическую определенность и получили широкое распространение.

• См.: Воротшин Е.А. Указ. соч. С. 37-38.

В России данная концепция развивалась в трудах ученых-юристов либеральной школы

– Б.Н. Чичерина, П.И. Новгородцева, М.М. Ковалевского, Б.А. Кистяковского.

Специальные исследования посвятили этой теме, в частности, В.М. Гессен (Теория

правового государства. СПб., 1913), С.А. Котляревский (Власть и право. Проблема

правового государства. М., 1915) и др.

Второе рождение эта идея обрела в современном мире в период развала

диктаторских, авторитарных режимов в Германии и Италии, Испании и Португалии,

колониальных империй, утверждения демократии. Концепция правового государства в

странах, переживающих кризис в их духовной жизни, в политике и экономике (как,

например, сейчас в России), является эффективным орудием борьбы за права

человека, за предоставление ему гарантий безопасности, достоинства, творческого

саморазвития.

Теория правового государства вовсе не застывшая догма. Она раз- вивается и

сегодня, постоянно наполняясь новым содержанием по мере накопления в истории

человечества правовых и нравственных традиций и политического опыта. Вместе с

тем следует помнить, что в юридической науке никогда не существовало, не

существует и сейчас единой общепризнанной концепции правового государства. Она

может обосновываться и разрабатываться с разных мировоззренческих позиций, в

рамках различных типов правопонимания, отражать реалии различных национальных

политических и правовых систем и т.д.1

 

1